Определяя твою суть

11.

Я и не знала, что из Академии Теров можно выходить под предлогом работы. Но реальность оказалась куда лучше, чем я представляла. Ещё недавно я мысленно похоронила себя на неделю в этом мужском обществе — а теперь можно наконец выдохнуть чуть свободнее.

Пробираясь сквозь шумную рыночную толпу, я ловила на себе взгляды. Некоторые бандиты знали меня по рассказам Кюри, другие же разглядывали с любопытством. Я лишь улыбалась в ответ. Даже нищие у храма Дайры сегодня казались почти родными. Так и хотелось раскинуть руки и представить себя кораблём, плывущим по людским волнам. Боже, какое же это блаженство — чувство свободы!

— Чувствуешь свободу? — рядом возник Този и с улыбкой наблюдал за моим восторженным лицом. — Кажется, тебя как минимум месяц из тюрьмы не выпускали.

Я рассмеялась и ответила ему такой же задорной улыбкой.

Този сказал, что задание нам дали самое лёгкое. Ему бы, конечно, подкинули что‑то посложнее, но со мной — «слабым существом» — пришлось выбирать попроще. Никто пока не знает моих способностей, поэтому нам поручили ловить маньяка на городских улицах.

«Вот радости привалило! Всегда мечтала ловить насильников!» — с иронией подумала я.

— Итак, — заговорил Артозий Лым, отведя нас в небольшую уличную едальню. Кафе это не назовёшь, но кормят сносно. — Преступник выходит на охоту по ночам.

«Ну а как иначе!» — мысленно возмутилась я, но вслух лишь изобразила удивление:

— Как ты догадался? — добавила я восхищения в голос и взгляд.

Вдруг до моего носа донёсся знакомый сладкий аромат ягод Джи, а следом — запах самца‑перевёртыша. Джейк где‑то рядом! Я быстро огляделась и тут же поймала на себе его внимательный взгляд. Он стоял на другой стороне улицы и наблюдал за мной сквозь толпу.

Маська радостно вильнула хвостом и потянулась. Я невольно прогнулась на стуле, почти сделав мостик. Оборотень лукаво блеснул зелёными глазами и растворился в толпе.

— …и мы поймаем этого бандита! — воодушевлённо воскликнул Този и громко ударил кружкой о столешницу.

Его крик вывел меня из транса. Оказывается, я пропустила весь план — была слишком поглощена встречей с Джейком. Но, глядя на довольную физиономию Този, я не стала переспрашивать. Решила положиться на его ум и магические способности.

Артозий ел, пил и снова ел, дожидаясь часа «икс», а я всё сильнее нервничала. Я по‑прежнему ощущала присутствие Джейка, но не решалась отойти от Този. В какой‑то момент я всё же улизнула — и тут же попала в лапы оборотня.

Он смотрел на меня сверху вниз, давя своей силой. Маська внутри заворчала, зашипела, попыталась вырваться — но вскоре признала превосходство собрата. Джейк одобрительно погладил меня по макушке и хлопнул по плечу. Мне это не нравилось, но раз уж даже Анамиса сдалась, куда уж мне со своим недовольством…

— Развлекаешься? — пробасил он грубым голосом. — Жало ждёт от тебя слишком многого. Надеется на твоё проворство. — С каждым словом моя голова склонялась всё ниже. — Тебя не учиться послали, а работать! Ты забыла?

— Я делаю всё, что могу, — тихо буркнула я и вжала голову в плечи.

— Не «всё, что могу», — рыкнул Джейк мне в ухо, — а всё, что надо! — Его грубые пальцы обхватили мой подбородок, заставляя посмотреть в зелёные глаза зверя. — Раз Жало взяла слабую безвольную сучку, то она увидела в тебе что‑то. Но ни я, ни мой зверь этого не понимаем! Заниматься мелким хулиганством может каждый ребёнок. Ты же тратишь звериное проворство на ерунду.

— Я постараюсь, — заверила я бандита и невольно схватилась за его руку. — У меня есть неделя. Один день только прошёл…

— Второй уже заканчивается, — шепнул он и грубо тряхнул меня. — В твоих глазах нет ни цели, ни самой жизни. Ты похожа на безвольный сухой листок, оторвавшийся от мира и повисший в пространстве. Кюри — как ветер. Она поймала тебя, но дать волю не может.

Он ушёл, а я осталась стоять, осознавая: каждое его слово — правда.

— Ты не знаешь, кто по ночам насильничает? — пересилив страх, крикнула я ему вслед. — Помоги найти преступника и…

— В наших кругах много отребья, но мы на своей территории не гадим. Наши порядки строги! За насилие можно лишиться яиц, — бросил Джейк через плечо. Я зло фыркнула.

Понуро бредя обратно к едальне, я чувствовала себя опустошённой. Понимаю, что особой жизнерадостностью не отличаюсь. Не могу понять, что мне нужно от этого мира и что я здесь вообще забыла. Но когда тебе прямо говорят, что ты — ничтожество…

Артозия за столиком уже не было. Вечерние прохожие сменились шумными пьяными компаниями. Отовсюду доносились крики и хохот. Я стояла посреди улицы и едва сдерживала слёзы.

«Блин, я потеряла не только воспоминания из прошлой жизни, но и саму себя!»

Не зная, куда пошёл напарник, я направилась к академии. Медленно шагая, разглядывала прохожих. Их лица мелькали перед глазами, но не цепляли — они были для меня лишь декорациями в какой‑то глупой пьесе. Только запахи оставались живыми и ощутимыми. Маська следила за людьми, не обращая внимания на мои душевные терзания.

Внезапно мои уши напряглись и встали торчком. Испугавшись разоблачения, я метнулась в тёмный переулок. Только там позволила ушкам показаться. Что же меня остановило? Что заставило Маську так явно проявить себя?

На улице было темно, но свет ночных светлячков разгонял мрак. В трактирах шумели гулянки, продажные девы наигранно визжали, слышались смех, ругань и звон посуды. Но всё это было не то. Где‑то рядом звучал тихий голос, полный страха…

«А может, это ты сама? Напуганная бездарная девчонка», — пронеслось в голове.

Я замерла и посмотрела на своё отражение в луже. Из воды на меня смотрели глаза, полные отчаяния. Слабоволие затягивало во мрак, а Маська, хоть и неявно, пыталась забрать власть себе.

Со злостью ударив ногой по луже, я услышала внутренний победный смех.

— Такого быть не может! — зашептала я, схватившись за голову. — Анамиса — всего лишь животное, так зачем ей человеческая часть? — По щекам покатились слёзы. — Неужели моё «я» так слабо, что проиграет глупой животине?