Определяя твою суть

12.

Кюри пристально наблюдала за новенькой. В помещении было немного людей, но даже их нельзя было упускать из виду. Знай она заранее, что девчонка выкинет такое, спрятала бы её подальше от всех глаз.

— Отпустите душу ребёнка. Хватит ей мучиться! — уже кричал лекарь, отходя от обречённой.

— Её ещё можно спасти! — не сдавалась маленькая фигурка. — Вы же врач — должны хотя бы попытаться!

— Её душу уже богиня Дайра призвала…

Повисло тяжёлое молчание. Сквозь него было слышно, как шипит девушка. Она сжимала окровавленную рубашку, не замечая, что сама перемотана в бинтах. По голым плечам скользили тёмные пряди, а ушки стояли торчком.

— Вы можете замедлить кровотечение? — уже спокойнее спросила она. — Расслабить внутренние ткани? Осветить помещение? — Её золотистые звериные глаза впились в Эльстаниеля. И он понял: это не вопросы — это приказы. — Мне нужна вода, горячие угли, самая большая иголка и разная ткань! — обернувшись, потребовала новенькая.

Что она задумала?

Но бандиты почему‑то повиновались.

Жало стояла в стороне рядом с Джейком, и даже её пробирал холодный пот. Кого она привела в банду? Её прельстило, что рядом будет ещё один оборотень? Да, звериная сущность делала их отличными ворами, наёмниками и даже убийцами. Но сейчас, глядя на перепачканную кровью девчонку, предводительница Теней едва дышала…

— Кажется, в нашей банде случайно оказалась некромантка, — озвучил её мысли Джейк. — Гнать её надо, пока сила не пробудилась, иначе падём от её чар.

Жало вздрогнула. Третья война между магами и некромантами закончилась ничьей. Маги отвоевали те земли, за которые им заплатили, а потом отказались сражаться с теми, кто поднимает трупы. Ведь каждый твой соратник после смерти мог оказаться по ту сторону.

После этого некромантов почти не видели — они растворились среди обычных людей. Ходили слухи, что они просто ждут удобного часа.

А теперь Анамиса пыталась оживить труп ребёнка. Зачем? Да ещё и на глазах у вооружённых бандитов? Она должна понимать, что её спасает лишь молчание главы банды! Все мужчины напуганы и ждут лишь её команды. Никто не хочет связываться с повелителями смерти!

— Связной сказал, что в ней нет сил, — попыталась защитить девчонку Кюри.

— Кюри, ты сама всё видишь, — тихо ответил Джейк и достал кинжал из‑за пояса. — Когда я почувствовал её запах ужаса, подумал, что новенькая в опасности. Ты научила нас заботиться друг о друге. Я не посмел пройти мимо. — Он сделал шаг к некромантке. — Теперь ты должна позаботиться о своих людях.

Он шёл к Мисе осторожно, будто заинтересовался её действиями. Но в руке поблескивало лезвие.

Глава стояла в тени. Ей не привыкать видеть кровь, она не брезгует смотреть на убийство. Но сейчас в груди всё сжалось. Раньше Анамиса ничем не проявляла чёрной ворожбы — была как бездушная кукла, которой мог управлять кто угодно. Любой мог воспользоваться этим.

Когда Связной сообщил об оборотне, Жало не стала ждать. Подослала людей следить за девчонкой — и поняла, что на неё ничего нет. Никто в городе о ней не знал, даже регистрационные столы её не фиксировали. Просто появилась из ниоткуда…

…А Джейк уже рядом с ней — дышит в её маленькую спину. Эльстаниель понял, что происходит, и склонил голову. Жук — лекарь, самый гуманный человек здесь, — тоже согласен с таким исходом. Страшно держать возле себя некроманта.

Но Жало всё ещё не сделала выбор. Просто стоит. Не может пошевелиться. Почему? Ей ведь не впервой…

Остриё кинжала ловит отблеск светлячков, отражает девичью фигуру и испуганный взгляд главы. Она колеблется.

Всё? Конец?

Кинжал легко входит в змеиную кожу.

Оказывается, подсознание главы давно решило оберегать эту девочку. Анамиса испуганно обернулась на шум за спиной. Кюри добродушно улыбнулась, встречая её ярко‑золотистый звериный взгляд. Ха, зря она только тело своё кромсала. Даже такую слабую Мису защитила бы её кошка — хищник мог взять контроль и отбить атаку.

— Продолжай, — скрывая рану, сказала Кюри, стараясь не пугать некромантку. — Оживи этот труп.

— Девочка ещё живая! — вопреки всем доводам говорит Миса и снова склоняется над телом.

— Что ты делаешь? — сурово сипит Джейк, его зверь кипит от негодования. — Зачем подставлять своё тело?

— Мои заклинания слабы. Да и ребята могли легко дезактивировать мой щит возле девчонки, — чувствуя, как рана заживает, тихо выдохнула Кюри. — Кому, как не тебе, знать мои слабые стороны. — Она отдала ему окровавленный кинжал и твёрдо приказала: — Некромантку не трогать! Она под моей личной защитой!

Джейк грозно наступает на неё всей своей мощью, но Кюри гордо поднимает голову и выпрямляет спину. Его зверь давит, шипит, сыплет угрозами. Ей не привыкать. Она прогибается и прикасается к его груди. Он замирает — его зверь оробел и затаился.

— Ты желаешь вызвать меня на дуэль? — шепчет она ему на ухо.

Оборотень сникает и отстраняется. Одержав небольшую победу, Кюри уходит в свою комнату. Теперь девчонку точно не тронут. Джейк с ней драться не станет — его зверь даже когти при ней не выпускает. Она знает, что поступает неидеально и пользуется его слабостью. Но иначе она бы не смогла защитить Анамису. В её банде никто не будет убивать соратников!

Позже, в комнате

Я смотрю на своё отражение — и дыхание перехватывает.

Это не мои глаза. Совсем не мои. В них нет той уверенности, той зрелости, что была раньше. И волосы… раньше они отливали золотом, а теперь — тусклый пепельный оттенок. Возраст? Я чувствую себя старше. Гораздо старше этого шестнадцатилетнего подростка, который смотрит на меня из зеркала. Как? Как я стала такой… хвостатой?

Ладони невольно сжимаются в кулаки. В груди — тупая, ноющая боль, будто кто‑то вырвал часть меня и оставил лишь пустоту.

В комнате никого нет. Все куда‑то исчезли, и я наконец могу позволить себе чуть больше. Подхожу к девочке, всматриваюсь в её лицо — и внезапное осознание накрывает меня, как волна цунами: она похожа на меня. На меня в прошлом.