Определяя твою суть

46.

— Този! — я подбежала к парню и коснулась его плеча. Он резко отдёрнул мою руку и прошёл мимо.

После занятий с Прохором мы все были пыльные и потные. Теперь я понимала, зачем нас так упорно заставляют развивать тело: маги из нас пока никакие, зато, как пушечное мясо, бегать сможем. Но сейчас я отбрасывала эти рассуждения — друг на меня обижен!

— Този, — я подошла к нему с бутербродами.

Раньше он без спроса брал мой обед, зная, что я сержусь лишь на словах. Но сейчас… он даже отсел от меня. Я начала закипать. Почему он обижен? Мы же вдвоём были в Яме — если заразимся, то только вместе. И тут меня осенило: я поддерживала Айру в её планах и суждениях!

Долгое молчание Този подливало масла в огонь. Прохор дал небольшой отдых после двухчасовой разминки, но даже усталость не сбила мой пыл. Мне было грустно от осознания, что наша странная дружба может разрушиться. Я подбежала к парню, взяла его за руку и крепко сжала:

— Больше так не могу! — обессиленно крикнула я, когда Този резко выдернул ладонь из моего захвата. — Если ты расстроен из‑за Айры, то признайся ей наконец!

Светловолосый замер, а потом резко подошёл ко мне и схватил за ворот футболки. Его глаза яростно сверкали, слова обвинения рвались наружу, но он сдерживался и молчал. Это безмолвие било по моей душе сильнее любых слов.

Он был выше и сильнее по определению, а я — маленькая. В сердце гулял ветер, хотя я и хотела казаться безразличной…

— Сначала стану хоть немного лучше, чем ТЫ! — горячо выдохнул парень мне в лицо и брезгливо оттолкнул.

ЧТО?!

Он думает, что я лучше самого одарённого ученика из восьмого круга магов? Его высокий рост делает его привлекательнее худого подростка, а в отражении его голубых глаз наверняка утонут многие красавицы. Тогда… чем я лучше?

— Эй, взбешённый пёс, — окликнула я друга, чувствуя небывалый прилив смелости.

Губы Миса изогнулись в насмешливой улыбке. Его фигура выпрямилась, будто напиталась мощью и отвагой. В карих глазах зажегся игривый огонёк, а из тёмных волос появились мохнатые ушки. Парень выглядел не просто уверенным в себе — он был коварным искусителем…

— Думаешь, она пойдёт за вечно недовольным нытиком?

Обидные слова резанули по самолюбию мага. Что‑то резко рыкнув, парень кинулся на оборотня.

— Драка! Драка! — радовался класс, наблюдая за представлением. В Академии почти ничего интересного не происходит, и такие «спектакли» разбивают скуку здешних будней.

— Я не ною! Просто умею думать мозгами! Нельзя беспрекословно потакать женщинам! — рычал парень мне в лицо.

Я резко присела и сделала подножку… По ногам ударили со всей силы… Больно!

Господи, ну почему мальчишки все ссоры решают кулаками?! Он бесится из‑за того, что я поддержала общую подругу? Или из‑за того, что побывал в рассаднике неизвестной болезни?

— Её мать больна, — лежа на земле, я не шевелилась, боясь ещё сильнее разъярить мага. — Ей сейчас не до нас. Думаешь, она оценит чью‑то смерть? — Дыша через раз, я старалась успокоиться и передать уверенность в словах разъярённому ревнивцу. — Ей одиноко и страшно… — мой голос сорвался. Тот тембр, который я выработала для облика мальчика, испарился: — …она маленькая девочка, у которой рушится вся жизнь… В такие моменты человека надо поддерживать, а не топить окончательно в бездне его сомнений и страхов.

Взглядом я умоляла понять хотя бы маленькую Айру. Мои губы дрожали, а внутри все струны души ныли…

Почему‑то я очень отчётливо представила Айру у кровати с больной матерью. Как раньше боевая женщина сливается с белыми простынями. Только на постели не будет ненавистной для меня буквы «н». Ослабевшая бывшая красавица, которую предал собственный муж… Как сейчас тяжело маленькой девочке… А как мать пытается скрыть всю правду от ребёнка… Как когда‑то делала моя мама… Как сделала Кюри…

— Я пойду собирать лекарственные травы, — сдерживая дрожащий голос, я дёрнулась…

Легко выбралась из ослабевшей хватки Артозия Лыма. Отпружинив от земли, я отряхнула влажную форму. А Този всё не шевелился и смотрел перед собой. Прохор что‑то кричал с другой стороны поля. Шумные мальчишки‑зрители разбежались. А Този будто превратился в статую — молчал и смотрел себе под ноги, словно в неизвестность.

Я не желала ссориться с ним, но раз так получилось, то…

— Всегда ты так, Мис, — глухо донёсся до меня голос мага. — Ты понимаешь чувства других с первого взгляда! — Он резко повернулся ко мне и, скалясь, выдохнул: — Даже я не могу сопротивляться твоим словам! — Его кулаки сжались, а желваки заходили в бешеном ритме. — Ты способен достучаться до чужой души, а мне приходится завоевывать по кусочку чужое расположение! Я теперь понимаю слова отца: «У одних есть дар, и им не приходится трудиться для достижения своей цели»!

— Кто бы говорил! — закричала я в ответ. — Ты самый лучший маг в классе! У меня и десятой части не получается от твоих способностей! Если бы мне дали выбор «дара», я бы заказала силу под стать тебе! — Я взмахнула руками, будто обращаясь к небу. — Думаешь, у тебя не получится понимать чужие чувства? — От обиды я толкнула парня, и он, поразительно легко, упал на землю.

Пошёл мелкий дождь, который не обрадовал мою животную сущность. Кошка, фыркнув, исчезла на дне моего сознания. Ярость и запал стихли, оставляя в сердце тлеть угольки обиды.

— Стоит поставить себя на место другого человека, и в твоём сердце расцветает бутон схожих эмоций, — сказала я.

Капли медленно опускались на наши разгорячённые тела. По лицу Този сползали маленькие мокрые змейки. Прохор что‑то кричал, приближаясь к нам. Но парень всё смотрел мне в глаза, будто ища что‑то на дне моего разума. А потом… на его лице появилась привычная усмешка.

— Будто ты не сможешь использовать такую же магию, как и я, — легко поднялся парень. — Тебе подучиться — и всё будет прекрасно. Станем с тобой сильнейшей парой идиотов? — Он добродушно улыбнулся, протягивая мне ладонь, и я приняла её.