Орсо

Глава 5

Как бы хорошо человеку ни было в лесу, всю жизнь, если он конечно не отшельник там провести нельзя. Раньше, я много раз слышал, как люди хотели очутиться в 18-19 веках. Разумеется в качестве богача или феодала. И сейчас у меня возник один вопрос. Кому вы там нужны, люди? И как вы планируете пережить дороги? Просто долбанные дороги, больше похожие на канавы грязи, чем на дорожное покрытие.

Во всех смыслах. Телега в очередной раз благополучно завязла в грязи, которой лошади было по колено. Здорово, не правда ли?

- Долго до деревни? - Спросил я

- Полдня пути. - Я вздохнул. Майна дремала рядом со мной, а я удивлялся, как быстро успел привязаться к девочке, о существовании которой ещё не знал.

Тогда она была напугана, но ещё не сломлена. Это о многом говорит. Телега медленно двигалась по дороге. Раз пять мне приходилось, на пару с возницей её вытаскивать, и хотя основную работу делал взрослый крепкий мужчина, я все равно запыхался. Сказывалось то, что последнее время я не слишком сыто питался. Виной всему, мои скудные познания о выживании в лесу, незнакомом лесу, да и растущая неприязнь к рыбе. Я люблю рыбу. Вареную и жаренную, иногда соленую, но не тогда, когда она напоминает сушеную кильку и составляет основу рациона на протяжении недели. Тогда это становится пыткой. К счастью часть растений в нем напоминала Земные, да и Майна, не пример лучше знала местную фауну.

Однако много что меня сильно раздражало. Например, проблема туалетной бумаги. Вернее отсутствие оной. Но если её можно было решить с помощью достаточно мягкой и не ядовитой травы, или тёплой воды, то проблема, чем чистить зубы стояла особенно остро. Речь шла не о такой роскоши, как зубная паста, а о самой банальной зубной щётке. Я ещё ни разу, не видел её аналога, что было весьма неприятно. Конечно простые в изготовлении зубочистки, грубая пища и обильные полоскания способствовали очищению полости рта, вот только мне этого было мало, и после того, как очередная зубочистка едва не оставила в моей десне памятный подарок, я начал действовать. Добродушный мужик щедро снабдил меня свиной щетинной, а разбирая свои вещи, помимо маникюрных ножниц, что спасали меня от необходимости обгрызать ногти, нашёл настоящее сокровище. Перочинный ножик. Со сломанным компасом, пародией на нож для рыбы, штопором, парой лезвий не самого лучшего качества и пилочкой для ногтей. И где он был все это время? В плаще, не иначе. Словом свой плащ из нейлона я давно пустил на повышение водостойкости рюкзака. А так как швея из меня была самая посредственная, всю работу на себя взяла Эйле, оставив при этом содержимое карманов на месте. Эйле... Каждое воспоминание о судьбе учителя вгоняло меня в депрессию. Даже то, что я лишил организацию, повинную в её смерти, одного весьма мерзкого члена, не сильно утешало. Учитель забрала с собой гораздо больше врагов, чем смог я... И ещё не скоро смогу это повторить.

Чтобы отвлечься от грустных мыслей я скорее принялся за работу. Первой идеей было поместить щетину в специальные прорези на прутике. Но она с треском провалилась. Хотя возможно дело было в том, что смоле нужно гораздо больше времени, чтобы застыть, чем большинству земных клеев, со второго варианта меня ждал определенный успех. Одним из вариантов было расщепить один конец прутика на три части, вокруг средней закрепить обезжиренную щетину, обвязать все просмоленной ниткой и примотать оставшиеся три части способ был ощутимо лучше. Тем не менее, остановился я на третьем варианте, обтачивая один конец прутика, делая его практически плоским, а после приматывая по краям ещё два прутика. Вышло прочнее и проще в изготовлении, хотя моё творение и так было весьма хлипким. Но теперь у меня была щётка! Надо будет выяснить, чем чистит зубы Майна. За неделю я этого так и не понял, что само по себе странно, но результат определенно есть.

Закончив делать щетки, и обезжиривать щетину спиртом, словом подвести нас согласились за половину моих запасов спирта, до чего люди жадные! Закончив делать щётки и изрядно утомившись, я решил изучить свою ауру. Раньше она была ровной, синего цвета с лёгкой примесью фиолетового. Сейчас в ней появились темные, и даже чёрные пятна. Их было лишь пара, но они вызывали ассоциацию с трупными пятнами. И чувствовались, похоже. В их происхождение я не сомневался. Даже род деятельности способен изменить ауру человека, а тёмный ритуал тем более. Эти пятна пугали, от них пахло смертью, и как мне показалось разложением. Они выглядели жутко, и в то же время я заметил, как они растворяются в общем потоке ауры. Изучив другую часть ауры, я заметил зелёные и серые разводы - сила, переданная мне учителем, до сих пор поглощалась, но два чёрных пятна, даже на её фоне смотрелись жутковато. Я сам выбрал этот путь, но, пожалуй, мне стоит быть осторожнее.

Майна по-прежнему спала, облокотившись на меня, все было спокойно, только... Возница беспокоил меня, он казался больным, но не кашлял, потому я не предал этому факту значения. Когда телега добралась до деревни, я разбудил девочку, а мужик разом спрыгнул с телеги. С мгновение я был удивлён, но потом до меня дошла причина его поведения. - Жители деревни были или мертвы или на полпути к смерти. Кругом лежали мёртвые или стонущие тела. Я боялся подходить близко, но и отсюда были видны чёрные колечки, опоясывающие многочисленные розовые волдыри. Ауры людей, до неузнаваемости искажала болезнь. Их ждала только смерть.

- Бежим. - Шепнул я девочке, хватая рюкзак.

- Что же... Что же это?! - Плакал и причитал мужчина. В этот день, я впервые, увидел, как взрослый мужчина плакал, и я мог понять его, но на утешение и сантиметры не было ни времени, ни сил. Я боялся, но надеялся что обойдется. Мы бежали прочь от тронутой смертью деревни. Девочка едва поспевала за мной, но я бежал и тянул её за руку прочь. День уже клонился к закату, когда мы, наконец, добрались до небольшой речушки.

- Раздевайся. - Сказал я девочке, тоном, не терпящим возражения.