Ошибка Ангелины.

Размер шрифта: - +

Ошибка Ангелины. Глава 41

Солар изменил тональность, и к её ложу подскочил Денис.

- Ух, ты! Ладушки! – закудахтал он, суетливо обегая стол кругом и привычно проверяя показания приборов.

- Денис! – позвала Ангелина. Голова её была ясной, тело – лёгким, а сердце безудержно колотилось. – Ден!..

- Сейчас покапаем аденазинчик, - парень ловко подвесил к штативу флакон с раствором и подсоединил капельницу к катетеру, - и обрадуем Витальевича… может, он теперь беситься перестанет!

- Денис, хватит бегать! – взмолилась Ангелина, удивляясь слабости своего голоса. – Послушай…

- Сейчас всё будет тип-топ, - помогая ей осторожными пассами, приговаривал помощник Бориса, - Показатели приличные – тип-топее не бывает…

Он ввёл в раствор ещё какой-то препарат, и жар волной прилил Гельке к лицу.

- Прекрати пичкать меня всякой дрянью! – запротестовала она и, поднатужившись, ухватилась за рамку Солара.

- Эй! – перехватил, подскочив, её руку эскулап. – Руками не трогать!

Ангелина вцепилась в его рукав.

- Подожди. Что ты бегаешь, как ошпаренный? Объясни мне кое-что…

- Всё, что угодно, дай только закончить! Я же должен провести мероприятия по твоему…

- Денис! – яростно прошипела Гелька. В её воображении Полетаев уже заканчивал превращение её парня в бездушного зомби. – Объясни мне кое-что прямо сейчас! Не то, клянусь, я инвертирую и отправлюсь сама искать ответы на свои вопросы, а ты останешься разбираться с Борисом Витальевичем, и никаких тебе «мероприятий»!

- Блин! Что тебе надо? Не успела глаза продрать – уже проблемы! Зараза!

- Что применил Борис Витальевич к моему брату и родителям, чтобы убедить их не мешать моей работе в Организации?

- Как что? Суггестию, конечно, - недовольно пыхтя, ответил парень.

- То есть он им внушил, что они должны меня отпустить и не беспокоиться? Да? Они бы в жизни на такое не согласились! Может, мы все здесь зомбированные и делаем то, что нам прикажут?!

- Двоечница! На людей (на обычных людей) суггестия не действует, пора запомнить! А что касается нас, то тебя, пожалуй, зомбируешь! Кто, что ни день, новые фортели выкидывает так, что начальство о стену головой бьётся? Сам видел. Если ты это по приказу делаешь, то тебя лечить давно пора, чтобы этого, который приказы идиотские у тебя в голове раздаёт, вычленить и уничтожить.

Гелька стыдливо потупилась, а Денис, сердито сопя, выдернул у неё из рук свой рукав.

- Ну, хорошо, - примирительно начала Ангелина, дав парню немного успокоиться. – Тогда как это происходит с обычными людьми?

- Процедура очень трудная, я сам её до конца ещё не освоил. С человеком нужно говорить особым образом, используя определенные слова, как ступени для погружения в его подсознание – ты же не будешь у него под носом пассы делать и заклинания бормотать! Человек с тобой разговаривает, как ни в чём не бывало, а ты в это время проводишь проверку типа теста и тонкую настройку. Твои родители – люди справедливые, значит, хоть граммулечку должны гордиться, что их дочь сражается за правое дело, так? Она… ты, то есть – человек взрослый, поэтому ограничивать твою свободу не правильно. Осталось отрегулировать стремление к излишней опеке у матери и брата – и дело в шляпе!

Ангелина мучилась сомнениями.

- Но это же и есть гипноз.

- Не-ет. Гипнотизёр тебе говорит – иди и делай то-то. Ты идёшь и делаешь, а потом ничего не помнишь. Это грубо. А здесь человека подталкивают к принятию решения, которое он и сам бы сделал, если бы хорошенько подумал и с кем-то посоветовался. Он как будто от тебя совет получает. Улавливаешь разницу?

- Как будто… Но интроспектора как раз и можно заставить делать всё, что угодно. Ведь он более восприимчив к суггестии.

- Теоретически, да. Но Борис этим не занимается – ему кодекс чести не позволяет. Он, вообще, суггестией пользуется только в крайних случаях.

- А Редик?

- Вот тут я свою руку не прозакладаю. А чего гадать, если любой интроспектор может легко этому противостоять?

- Я не могу, - вздохнула Ангелина.

- Учись, двоечница!.. Чёрт! Я с тобой тут болтаю, а Брюса ещё не оповестил. Он теперь сравнит время твоего пробуждения и моего звонка, и сделает мне нагоняй!

- Беру огонь на себя, – вздохнула Ангелина.

- А что? – спросил Денис, доставая телефон и нажимая кнопку на быстром наборе. – Витальевич тебе никогда об этом не рассказывал?

- Борис Витальевич, - язвительно откликнулась Ангелина, - сказал, что на обычных людей суггестия вообще не действует!

- Угу, а я, значит, разболтал, как последний… Алло! Борис Витальевич, она пришла в себя. Да… да… всё в норме. Тахикардия незначительная… Сделал. Что я, маленький, что ли? Ок, понял… угу… Ну, хотите, дам вам с ней поговорить? – Денис убрал телефон. – Летит сюда.

У Ангелины ёкнуло сердце, и она поёжилась.

- Ден, я себя отлично чувствую. Не давай, пожалуйста, ему втыкать в меня иголки.

Парень фыркнул.

- Когда это я мог что-то «не дать» Борису Витальевичу? И вообще, врачу виднее, больная.

Полетаев, ворвавшийся в двери буквально через минуту после их разговора, ещё от порога, видя перед собой только лицо Ангелины, стремительно пересёк палату и обнял девушку, зарывшись лицом в её волосы.

Денис, начавший что-то бормотать на счёт «рекорда скорости», деликатно отвернулся к стене, заинтересовавшись, вдруг, отделкой кафеля, затоптался на месте и сделал попытку изящно выскользнуть за дверь, но зацепил металлический столик для хирургических инструментов и замер с вытаращенными глазами. Борис Витальевич ничего этого не заметил. Он провёл ладонью по волосам Ангелины, по щеке, сжал её плечо. Потом, спохватившись, проверил показания Солара, интроспектировал её сам, вернул на место отброшенную им рамку, но всё не мог оторваться от девушки или что-то сказать.



Мандра Эльвира

Отредактировано: 08.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться