Осколки Благородия

VII. Анна

Красное платье с рубиновыми застежками и золотыми нитями сидело на прекрасном теле герцогини. Правой ногой она ступила на борт корабля.

Дорта задержалась. Она, словно вспыхнувшая мгновенно свеча, светилась от счастья. Сир Сидмон Кьяри целовал ее руку.

- До скорой встречи, сир Сидмон, - мягко сказала она, положив руку на колючую, слегка щетинистую щеку рыцаря.

- Прощайте, Дорта, - он поклонился ей, следом герцогине, развернулся и гордо ушел.

- Нам пора в путь, Дорта! – окликнула Анна, и, замершая в трепетании служанка, оклемалась.

- Да, ваша светлость!

Главный корабль с яркими зелеными парусами, гордо именуемый «Величие Лори» отправился первым. За ним последовали «Закат», «Покоритель Бурь», «Гроза», «Сын Создателя», «Непоколебимый» и «Парящий». Ветра благоволили и, набрав быстрый ход, корабли вскоре скрылись за голубым горизонтом. Земля пропала из виду.

Анна любила море, и каюта «Величия» была отделана специально под нее. Корабль отца всегда ожидал герцогиню в Порт-Глеман. Им выдалась долгая дорога сюда.

Дорта делила место в герцогской каюте. Анна указала ей на вторую койку, и с момента отплытия, когда минуло несколько дней, герцогиня здорово успела привязаться к покорной служанке.

Но Йелан, словно застрявшая в горле кость, вставал поперек, мешал спокойно вздохнуть.

Если отец разглядел в Фаре Кагане хорошего человека, Анна была уверена в успешных переговорах. Он не мог написать такого…

Но с другой стороны, Йелан – страна песков и горячего солнца. Едва ли там может найтись золото. А если Фариату срочно потребовались деньги, все говорит о том, что внутренняя ситуация теряет стабильность. Анна хотела узнать это.

Корабль нежно покачивался на волнах. Цепи, свисающие с потолков каюты, скрипели и звенели. Полупустой кубок съезжал к краям плотно прибитого к полу столика. Чернильница перевернулась, и сквозь осыревшие доски потянулись чернила.

Дорты не было снова. Она впервые села на корабль, и часто выбегала на палубу, приникала к борту корабля и кормила неприветливое море.

Они плывут в Схофих. Анна не отрывала взгляда от колец. К которым крепились цепи. Анна думала о своем.

Стин Мартенн искал лучших учителей для молодой герцогини. Оттого ли она так хорошо знала географию? Она сориентировалась бы даже по самому маленькому обрывку карты.

Там, севернее Йеланского Фариата дикие пустыни. Смуглокожие дикие всадники с карими, как кипящий песок глазами разъезжают на резвых скакунах, совершают набеги на близлежащие деревушки Фариата, убивают детей и стариков, насилуют женщин. А еще севернее – дикие племена Олонов, желающие свежего человеческого мяса и молящиеся Богу Смерти. И так боящиеся пустынь…

- Фар Каган не из уступчивых, - утверждал Стин Мартенн, - он никогда не оставит северные границы.

- Каган усилит гарнизон северных деревень, сделает все, что угодно, чтобы показать этим дикарям величие своей цивилизации, - добавил сир Олус Нортон.

Сир Олус сейчас в Рикезе, а лорд Стин – где-то на корабле. Анне так не хотелось покидать каюты, видеть насмешливую рожу капитана, эти грустные лица извечно потеющих матросов, выражающихся нецензурными словами… Ей хотелось лишь, чтобы Дорта была рядом, чтобы они ели и говорили о чем-то своем.

Не выйдет. Герцогиня все равно думала бы о изрядно потрепанном войной, истощенном Касвеле. Она становилась перед старым зеркалом с отколотым уголком и репетировала речь. Именно от нее все зависело. В противном случае Фариат разграбит герцогство, а остальные королевства с материка словно стервятники заберут себе все, что осталось. Самое дорогое – земли.

К вечеру тяжелые облака заволокли мирное небо, поднялся ветер и море взбушевалось. Даже в каюте ощущалась та дрожь, что проносилась через корабельный борт каждым ударом обозлившихся волн. Чего хочет море? Быть может здешние боги, покоящиеся на песчаном дне, уже предрешили судьбу герцогини и доберутся до нее раньше клятого Кагана Кхола?

Вздор. Анна – герцогиня, ее единственный бог – Великий Создатель. Он благословил герцогиню на правление, а все остальные: боги вод, трав, лесов и полей, гроз и дождей, земли и небес, - лживые идолы, создания Низшего. Создатель – бог всего, всеотец и всеправитель.

Создатель сотворил небо и землю, выдумал грозы и дожди, создал настоящий механизм, непрерывный цикл жизни и смерти. Только Он заслуживает почтения.

Дорта с зажженной свечой сидела над книгой, устремив взгляд в одну точку. Она не читала, - служанка мечтала.

Анна окликнула ее.

- Сир Сидмон?

Дорта мгновенно вышла из раздумий и кивнула, показав белые как северная сталь зубы.

- Он невероятный, моя герцогиня! – Она благоухала подобно весеннему тюльпану, и Анна даже завидовала ей. Отец хоть и любил Анну, но в мужья обещал ей состоятельного лорда. И каждый раз, видя приезжающих в Рикезу лордов Касвеля, Анна поникала и увядала. Ей нужен был настоящий принц. Она помнила, как отец приказал казнить советчика, предложившего в качестве хорошей партии кандидатуру Герта Росса. Лорд Дикон недолюбливал северян.

- Ты здорово полюбила его, но пока ты моя служанка, прошу. Не забывайся, - ило улыбнулась герцогиня.

Да, быть может, она ревновала, и зависть эта была далеко не белой. Вряд ли кто-то сможет полюбить Анну так чисто, как полюбила Дорта своего рыцаря.

- Я полностью предана вам, ваша милость. – Дорта захлопнула книгу, встала и поклонилась.

- Простите, - послышался голос вслед за скрипом двери.

Внутрь вошел мужчина в кожаных доспехах, с небольшой каштановой бородой, короткими, зачесанными наверх волосами и овальным лицом. Он явно не походил на матроса – по крайней мере, следил за собой. Быть может это один из стражников герцогини? Она не знала всех в лицо.

- Я не давала разрешения войти! – вскипела Анна, срывая с кровати одеяло и закрывая полуголое тело. Мало кому удавалось увидеть Анну почти в негляже. И этот воин, что посетил ее каюту, не был исключением: он так же жадно пожирал ее глазами.



Никита Минаков

Отредактировано: 17.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться