Осколки хрусталя

Глава 15.1

Желтый свет плафонов из толстого, давно немытого стекла, хотя и слабо, но, все же, освещал путь. Однако, вскоре собака свернула в тоннель, где царила кромешная темнота. Тонкие пучки света карманных фонарей зайчиками плясали у ног, бегали размытыми кругами по стенам, тонули в бесконечных переходах. На стенах то и дело возникали загадочные знаки, поблекшие цифровые, буквенные обозначения, доступные пониманию только посвященным работникам самых разных технических служб. Судя по обширным пятнам плесени, густым белесым нитям паутины, мокрой слизи, обильно разросшейся на стенах, потолке туннелей и переходах, по которым, не сбавляя взятого в начале темпа, бежали опера, они практически не посещались, а если и посещались, то так редко, что их кратковременное пребывание никак не отражалось на обитателях мрачных подземелий.

Собака, уткнувшись носом в пол, не отвлекалась, взяв след, шла по нему уверенно. Сколько продолжалось это подземное путешествие, не знал никто. На ходу посмотреть на часы и уж тем более остановиться не решались, привязанные к поводку в руках кинолога, они думали только об одном – не отстать. Потерять из виду эту пару связанных друг с другом живых существ значило, возможно, навсегда затеряться в лабиринтах подземелья. Неожиданно пес остановился у железного люка, перегородившего туннель. Собака встала на задние лапы, громко залаяла, начала сучить когтями по ржавой металлической поверхности. Люди, не ожидавшие, что она так резко остановится, наткнувшись на преграду, с размаха налетели друг на друга, сбившись в кучу. Кто-то, плюхнувшись в лужу, громко выругался, Феликс, уронив фонарь, шарил рукой в его поисках по полу. Единственный, кто остался на ногах, был кинолог, собака злобно бросалась на люк, преградивший ей путь. Переругиваясь, Феликс и опер, найдя фонарь, поднялись на ноги. От удара о бетонный пол погасшие фонари не хотели зажигаться, наконец, уступив настойчивым попыткам их включить, они почти одновременно вспыхнули слабым, но все-таки светом. На стенах высветились нанесенные флуоресцентными красками сине-желтые стрелки, круги, молнеобразные знаки.

Феликс с опером пытались разобраться в них, не оставляя попыток найти поворотные рычаги, открывающие люк. Все их старания оказались тщетными - рычагов не было.

Кинолог одной рукой, успокаивая собаку, ласково оглаживал ее, другой зажал пасть, в наступившей тишине отчетливо донеслись шорохи,  голоса людей. Неожиданно из-за закрытого люка раздался грохот, скрежет тормозов и голоса стихли.

- Феликс, посмотри, здесь две коробки. Посвети, а то мне как-то неудобно. Может, в них спрятан механизм, открывающий люк. Мать твою… должен же он как-то открываться.

Общими усилиями удалось открыть крышку в одной из них оказалось три кнопки: красная, желтая, черная и клубок разноцветных проводов. Откуда они шли и куда присоединялись, понять было невозможно. Выходя из стены, они немыслимо переплетались, соединялись и вновь уходили в бетон.

Феликс неподвижно стоял, изредка переминаясь с ноги на ногу.

- Послушай, как тебя зовут, а то бегаем друг за другом, работаем, а никто не представил нас.

Опер оглянулся, на мгновение оторвавшись от сплетения проводов:  – «Женя, то есть Евгений. Слушай, как думаешь, что обозначают цвета. Красный вроде как цвет опасности, желтая нейтральная, черная …? Непонятно!» Феликс провел фонариком по щеке: – «не знаю. Давай нажимать поочередно».

- С какой начнем?

- С черной.

- Давай.

Последовавший резкий, скрипучий звук возвестил, что их попытка увенчалась успехом, люк слегка приоткрылся и, дружно ухватившись за его край, люди сдвинули тяжелую дверь, в приоткрывшуюся щель они проникли внутрь. Собака, ворвавшись в помещение первой, припала носом к полу, заметалась и замерла у кровати.

Люди, остановившись у входа, огляделись. Разглядывать собственно было нечего, металлическая кровать с засаленным матрацем, покрытым пятнами неопределенного цвета, маленький столик, прикрепленный к стене, пара ржавых стульев, позеленевший кран, вот и вся обстановка. Окинув взглядом комнату и не найдя в ней ничего интересного, Феликс подошел к кровати. На подушке отчетливо виднелись свежие следы крови. Остановившийся рядом Евгений тоже стал рассматривать бурые пятна, затем, порывшись в карманах куртки, достал бумажную упаковку с резиновыми перчатками, несколько полиэтиленовых пакетов, маленький перочинный ножик с миниатюрными ножницами.

- Ну и запасливый ты наш, – хмыкнул Феликс.

Одев перчатки, Евгений вырезал из подушки кусок ткани с кровью и уже собрался ее упаковать, когда кусок стены отъехал в сторону и в комнату вошли трое в одинаковых черных комбинезонах с шлемами на голове.

Из открывшегося в стене проема брызнул поток яркого света, на секунду мелькнул обычный синий метрополитеновский вагон. Отверстие с глухим чмокающим звуком закрылось. Стена встала на прежнее место. В наступившей после яркого света темноте, Феликс не сразу разглядел вошедших. Прибывшие стояли неподвижно, в напряженных позах. В руках они держали короткие пистолеты – пулеметы типа «Бизон». Обе группы не ожидали встречи. Первыми опомнились люди в черном, решительно подняв пистолеты, они быстро рассредоточились таким образом, чтобы не перекрывать секторы стрельбы друг другу. В руках у Евгения, как бы из воздуха, тоже появился штатный «ПМ». Вот-вот они могли открыть стрельбу. Решительные действия обоих сторон не вызывали сомнений в серьезности их намерений.