Осколки хрусталя

Размер шрифта: - +

Глава 12.1

После недавних событий, неукоснительно следуя принятому решению, на прогулку Егор выходил  поздно, когда россыпью  светящихся холодных  синих шариков звезды уже полностью заполняли бездонное пространство неба.

Нагретый за день воздух ласкал кожу, чуть шевеля в палисадниках листья деревьев. Медленно, слегка раскачиваясь, Егор шел по щербатому асфальту, вдоль чудом сохранившихся деревянных штакетников, символически отделявших жилое пространство дворов от улицы. В этот отдаленный от станции уголок еще не успели  проникнуть «новые» русские со своими захлебывающимися от лая собаками, высоченными каменными и железными заборами, с бритоголовыми амбалами у ворот, ревом супермощных динамиков с блатной музыкой. Здесь сохранилась близкая ему по духу атмосфера загородных дач семидесятых- восьмидесятых годов. Расчувствовавшемуся Егору иногда казалось, что вот он повернет за угол и навстречу из калитки выйдет мать в цветастом легком платье и, ласково назвав его по имени, позовет в дом, а на веранде под выцветшим от времени красно-оранжевым с желтой бахромой абажуром будет сидеть отец, расслабленно попыхивая папиросой. Егор невольно ускорял шаг, зажмурившись поворачивал за угол в ожидании знакомого голоса, и, осознав бессмысленность своего поведения, быстро смахивал невольную слезу.

Вот и сегодня погрузившись в ностальгические воспоминания он неожиданно столкнулся со зверем, похожим на бело-розовую гигантскую крысу, который заходился лаем. Быстро отпрыгнув в сторону спрятавшись в расщелине старого давно засохшего дерева он в сумеречном свете разглядел покрытого грязью бультерьера. На шее бедного животного поблескивал ошейник с обрывком металлической цепи. Жесткий ошейник с впившимися в шею шипами, из-под которых сочилась кровь, причинял собаке нестерпимую боль. Очевидно пес сорвался с цепи, потерялся и в поисках утраченного дома, голодный, давно метался по пустынным улицам, пугая  своим видом и лаем редких прохожих. Егор с жалостью наблюдал, как, выбившись из сил, собака с лая перешла на жалобный вой, сменившийся слабым повизгиванием. Стоя на задних лапах, опираясь передними на ствол дерева, она с тоской и надеждой смотрела на Егора. В глазах у пса поблескивали слезы. Тронутый жалким видом этой бойцовой собаки, Егор порылся в карманах, достал кулек с невесть как оказавшейся там халвой и начал неторопливо, отламывая по кусочку, бросать ее псу. Тот с жадностью ловко хватал их на лету и тут же проглатывал. Насытить голодную собаку халвой конечно нельзя, но, съев все, что у Егора было, пес встал на все четыре лапы и, как бы выражая благодарность, потерся мордой о кору дерева. Поняв, что опасаться собаки больше не стоит, Егор осторожно, чтобы не испугать и вновь не озлобить пса, начал медленно спускаться вниз. Бультерьер сначала насторожился, но потом, облизнув пятнистым языком пасть, зажмурил глаза. На его крысиной морде появилось нечто, напоминающее хитрую ухмылку.  Контакт между человеком и собакой был налажен, и Егор уже безбоязненно спрыгнул на землю. Пес некоторое время стоял неподвижно, словно о чем-то раздумывал, а затем, виляя задом, подошел к кормильцу и, глядя ему в глаза, улегся у ног, признав его если и не хозяином, то по крайней мере лицом, равным себе. Польщенный столь быстрым успехом, Егор улыбнулся и, засунув руки в карманы брюк, с независимым видом тронулся дальше, краем  глаза все же не выпуская пса из  вида.

Бультерьер помедлил и, приняв одному ему известное решение, переваливаясь на кривых лапах, засеменил вслед за Егором. Догнав его и уже  гордо поглядывая по сторонам, пес пошел рядом, всем своим видом показывая, что он ни какой-нибудь бездомный бродяга, а собака, прогуливающаяся с хозяином. Дойдя до «стекляшки», торгующей всю ночь, Егор остановился, задумчиво посмотрел на  бультерьера и шагнул было на ступени, ведущие внутрь, но тут пес занервничал, оскалил зубы и зарычал. Егор понял, что допустил ошибку: собака, вероятно, подумала, что ее хотят бросить. Тогда Егор медленно  спустился со ступенек, присел на корточки, так, что его лицо оказалось в непосредственной близости от страшной пасти бультерьера, виновато погладил его по морде, почесал ему за ухом. Постепенно успокаиваясь, тот утробно заурчал. Ласково поглаживая пса по спине, неожиданно для себя Егор назвал его нелепым именем Зайчик. Собака удивленно посмотрела на него и, окончательно успокоившись, отошла к дереву, легла на землю, положив голову на лапы.

Открыв дверь ночного магазина, Егор оказался в душном, прокуренном помещении. За стеклом прилавка лежали продукты - в основном нарезки окорока, сухой колбасы; куски сыра с желтыми краями имели залежалый вид, несколько заветренных кусков вареной колбасы сиротливо жались к стенке витрины. В соседней секции с гудящим компрессором морозильника были выставлены брикеты слегка оплывшего мороженного. Скудность ассортимента и несвежие продукты вызывала жалость к случайным покупателям, которые, рискуя жизнью, могли приобрести испорченный товар. Зато полки магазина буквально ломились от самых разнообразных напитков, начиная от дешевого «жигулевского» пива до коньяков известнейших французских марок. Сонная продавщица, не вставая со стула и лениво шевеля губами, с полным безразличием взирая на одинокого покупателя, еле слышно поинтересовалась, что вошедший желает. С  серьезным видом Егор сказал, что «желает сырого мяса». Продавщица с некоторым удивлением взглянула на него. Услышав разговор и желая от скуки его поддержать, из дверей подсобки выглянул широкоскулый охранник – слегка располневший от  малоподвижной работы парень, который в недалеком прошлом, наверное, вернулся из армии и еще не полностью заматерел. Его широкие покатые плечи свидетельствовали, что их обладатель не чурался занятий спортом. Скорее всего до армии он увлекался штангой. Из коротких рукавов плотно облегающей мощный торс футболки выглядывали могучие бицепсы.  Поигрывая ими, он приблизился к Егору и доброжелательно поинтересовался, зачем в столь поздний час, тому нужно мясо. Напрягшийся было при его приближении, Егор расслабился. Участливые интонации охранника позволяли надеяться, что тот с пониманием отнесется к просьбе и, может быть, поможет решить возникшую проблему. Егор, широко улыбаясь, кивнул в сторону прозрачного стекла, отделявшего помещение магазина от улицы. Охранник посмотрел на улицу, где под деревом возлежал бультерьер и, понимающе кивнув, обернулся к продавщице.



Теодор Фабиянович Лозинский

Отредактировано: 06.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться