Осколки надежды. Книга 3: Последний осколок

Размер шрифта: - +

Глава 7 Высший

 

 

Ну что сказать, тайной наше чудесное спасение надолго не осталось. Ласкан у нас слишком любопытный феникс и хорошо помнит, что он хранитель истории. А для таких как он не составляет труда просмотреть любые события бытия, что уже произошли. Вот теперь все в курсе моего с эльфом позора.

Как рассказывал сквозь истерический смех Ласкан, последнее, что я сделала, это цапнула эльфа за м-м-м… за тыл, скажем так. От этого первородный и пришел в себя. Еще бы он не пришел. Там столько крови вытекло, что я сначала решила, будто оторвала ему кусок плоти, но обошлось. Когда же Широ отцепил меня от себя, что далось ему нелегко по словам все того же Ласкана, то сориентировался и начал выплывать со мной подмышкой. А я… А что я? Я решила, что эльф все еще не проснулся, и ему нужен дополнительный стимул. Ну и вцепилась ему в лицо. Как он после такого издевательства вообще не бросил меня там, до сих пор не знаю. Я бы еще и попинала, из мести, так сказать. А он ничего, вытащил меня, да еще и в целости. Правда попинали меня позже, когда узнали, что я по своей инициативе утопленницу изображала. Ох, как меня били! Сочувствовали после этого только мне. Эльф после избиения меня любимой всеобщего сочувствия лишился на корню! Зато смешки в кулак никто не отменял. А смеяться было с чего. То, как наш первородный ехал верхом, вообще отдельная песня! Езда верхом, всадник по диагонали - зрелище не для слабонервных. А то, как Широ при таких боевых шрамах пытался сохранить величественный вид, вообще доводило нас до истерики. Благо, посмеяться у нас было время. Озерный край дал нам передышку в два рассвета.

- Мы слишком расслабились за прошедшую неделю, вот и попались к болотникам, как маги юнцы, - Широ уже битый ват читал нам нотацию о нашей безответственности и расхристанности. Себя он парой витиеватых выражений ругательного характера тоже обласкал, от того мы и слушали молча. Чихвостили нас за дело. Столько сильных магов и совершили наиглупейшую ошибку: уверовали в свою неуязвимость настолько, что даже защиту на ночь не поставили. А Алкай вообще получил по шее. Нечего спать на посту, тоже мне ночной! Страшно подумать, что сейчас все мы разлагались бы на дне болота, питая собой трясину и болотников, если бы не странная женщина-видение. Теперь безопасностью мы не пренебрегали. Даже на коротких остановках для удовлетворения естественных нужд.

- Красавица, дай чего от головной боли, а? – а глазки такие несчастные-принесчастные.

Это Алкай пытается вызвать во мне чувство вины за то, что я его мешком огрела по голове. Зря пытается. Во-первых, я не знала, что в снаряде, мной запущенном, кроме всякой крупы был и увесистый котелок. Как-то выбора у меня не было, чем швырнуть. Что попалось под руку, то и полетело. А вот как я такую тяжесть не только подняла, но и докинула до оборотня, действительно загадка. Ну и во-вторых, я спасла ему жизнь, пусть и наградила сотрясением. Ничего, он оборотень, быстро оклемается.

- Держи, - и я протянула ему пузырек с прозрачной оранжевой жидкостью – обезболивающее, - но это только потому, что ты сегодня ночью дежуришь. Так бы не дала.

И я закрыла сумку с лекарствами, предварительно перепроверив оставшиеся запасы настоек и трав. Дежурство огоньку поставили в качестве наказания за прошлый промах, только теперь я его снабдила энергетическим зельем. Не заснет, как бы ни старался. Зато утром будет как с похмелья. Увы, у всех хороших зелий есть свои побочные эффекты.

- Дана, а можно мне, ну… - это кошмарик мой стесняется.

У бедного мальчишки до сих пор не сошел след от моей чрезмерной заботы о его жизни. Я уже жалела, что так необдуманно подошла к проблеме пробуждения Кайи. Но, как и говорила, времени на сантименты у меня не было. Вот и ходит мелкий с шикарным алым отпечатком изящной женской длани на левой щеке. Это ж надо было так заехать по лицу, что все капилляры полопались. Теперь жди, пока регенерация все залечит, что она не торопится сделать по непонятным, пока, причинам.

- Можно. Давай сюда свою щеку, - и вынула из кармана заранее отложенную мазь, для улучшения заживления ран и синяков. Мазать нужно три раза за рассвет, так что каждую остановку я занималась боевым ранением кельпи.

Светило прошло уже больше четверти своего полного пути, когда мы снова выдвинулись и шли весь день. До очередной ночевки было всего около двух ват, поэтому мы спешили выехать с болот, когда нас посетил гость. Неожиданностью для нас его появление не стало. Широ почувствовал его задолго до появления. Однако приятного в этой встрече все равно было мало.

- Приветствую сына ночи, - эльф, как наш лидер, выступил вперед.

Через ван из небольшой рощи, что стали чаще попадаться на нашем пути, говоря о приближении к предгорным лесам, выступил высокий, широкоплечий мужчина. Идеально гладкие каштановые волосы были стянуты черным шнурком и перекинуты на закрытую походной курткой грудь существа. Струилось это сокровище всего чуть ниже ключиц, а жаль. Из-за спины выглядывал потертый заплечный мешок, а его лямки, закинутые на одно плечо, торочились по краям. Черные кожаные сапоги до самых колен были все покрыты серо-коричневой грязью, от чего их цвет еле угадывался.

- Тебе не стоит ехать этой дорогой, сын света, - низкий бархатный голос обволакивал само естество, заставляя все тело трепетать в предвкушении каждого следующего слова. А потом существо подняло темно-вишневые глаза и меня прошибло током. Вампир!

Непростой вампир. Перед нами стоял высший, что наподобие инкубов питался чистой энергией. Эмоциями, а не кровью. Кровь для высших слишком грязная и не достойная пища. Тот, кто пьет кровь, автоматически приравнивается к животному. Тьма! И как нас только угораздило?!

- Рик нае[1]? – перешел на неизвестный мне язык эльф.

- Ватага урус, гота ире нае[2], - ответил вампир.

Я, если честно, вообще удивляюсь, почему он с нами общается. К вампирам в этом мире особой любви ни у кого нет, как и к банши, и дети ночи платят взаимностью. Так с какого бугра нам оказана такая честь?



Анастасия Сиалана

Отредактировано: 07.09.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться