Осколок его души.

Размер шрифта: - +

Глава 11.

Разговор с Исом Пэа долгое время не оставлял мои мысли. Он помог мне многое понять, но и оставил столько же вопросов. Это беспокоило меня. На самом деле, у меня возникло стойкое ощущение, что от меня скрывают нечто очень и очень важное. Причем, первым в списке тех, кто не желал говорить мне правду, был именно Рэби. Ни разу он не обмолвился о том, что знал о том, что Дорэй выставила меня для всех мальчиком. Как и о том, что поддерживал связь с бывшей нитью Императора, что вообще был знаком с кем-то из них. Несложно было догадаться, что о происшествии пятнадцатилетней давности он обязан был знать гораздо больше, чем говорил мне.

Именно сейчас я сама не понимала, что чувствую. Мне казалось, что я в комнате, где полным полно людей, они говорят друг с другом, я пытаюсь говорить с ними в ответ, но меня никто не слышит и не отвечает мне. Даже моя собственная память не желала открывать мне то, что было в ней сокрыто. А, если так подумать, то именно я знала о произошедшем всё. Никто не мог мне рассказать, что со мной случилось, кроме меня самой. Никто! Только я сама.

Эта мысль так поразила меня. Такая очевидная и простая. Всё это время она была на поверхности, а я была такой непроходимой идиоткой, что не могла этого понять!

«Но, ты знаешь, каково было наше с сыном удивление, когда мы поняли, что Китарэ в столь юном возрасте подчинил себе Дух».

Слова Иса Пэа неожиданно всплыли у меня в памяти, точно рисуя для меня самый короткий маршрут к желаемому. Не просто так потомки Акаши стоят во главе нашей империи уже не одно столетие. Именно они так тонко чувствующие мир вокруг, способные влиять не только на кого-то одного, а на целые толпы людей и не людей, они могли читать сознания тех, кто их окружает. Тем удивительнее было то, что заговор против Императора возымел эффект, и тем очевиднее были первые подозреваемые… Ис Пэа не назвал ни одного имени и мне казалось сперва это несправедливым, и лишь сейчас я поняла, что как неокрепший эвей могу быть опасной обладая лишними знаниями. Но, всё же, если Китарэ может подчинять себе силу рода, то что ему стоит вытащить моё подсознание на поверхность? Это было бы просто идеальным решением, которое смогло бы не только оправдать моего отца хотя бы в его глазах, но и прояснить наше с ним прошлое.

Меня так воодушевила эта идея, что я едва не подпрыгивала от нетерпения, пока ждала слугу, которая должна была проводить меня к ужину. Надо сказать, основные гости ожидались завтра. Сегодня был день, когда семья Пэа приветствовала Наследника, сына и его друзей. Я думала о том, как зажму где-нибудь в темном углу Китарэ и предложу ему…

Едва не подавившись от хода собственных мыслей, я невольно закашлялась.

- Никаких зажиманий, - строго велела я самой себе. – Ты должна быть вежливой, почтительной и… какой-нибудь милой, что ли? – задумчиво пробормотала я самой себе, пытаясь сообразить, что это в принципе значит « быть милой»? Воображение упорно подсовывало иллюстрации пухлых девочек уплетающих рисовые пирожки с огромного подноса из одной моей детской книжки. Они были такие хорошенькие, как мне казалось в детстве, с круглыми румяными щечками, в красивых кимоно…

- Нет, - отгоняя в сторону глупые ассоциации, покачала я головой, - просто будь сама собой. Он почувствует фальшь, так что не стоит глупить.

Кто знает, сколь долго я бы ещё увещевала себя, если бы в мою дверь не постучали. За мной пришла та же служанка, что и раньше, только вот в этот раз за ней была и моя нить. Как оказалось нам всем осталось зайти лишь за последним эвейем в нашей связке. Служанка услужливо обошла нас и постучала в дверь напротив, откуда тут же появился Китарэ. Наследник сменил кимоно с темно-синего на темно-зелёное с простой вышивкой, которое, судя по всему, предназначалось не для царственных визитов, а неких личных встреч.  Осознание того, что мы с ним соседи стало неожиданно приятным открытием. В конце концов, я смогу зайти к нему после ужина и спокойно всё обсудить. Я была настроена очень решительно и отступать не собиралась.

Первый ужин в доме рода Пэа перед помолвкой Дилая, происходил в малой гостиной и на самом деле напоминал семейную встречу так, как она должна была происходить в нормальных семьях. Не таких, как моя. Во главе стола сидел Ис Пэа, в окружении своих детей и жены, в то время, как Китарэ занял место напротив хозяина дома. Мы были вольны сесть, где нам хотелось. Но, замешкавшись, я садилась уже там, где было свободное место. Моим соседом оказался Рэйвон. С нашей последней стычки, мы не так сильно общались, если это вообще применимо к моим взаимоотношениям с нитью, но скажем так, с Рэйвоном мы вообще не разговаривали.

- Отличный выбор кимоно, - прошептал он, когда я села рядом с ним, намекая, что в отличие от остальных на мне был всё тот же охотничий костюм, что и утром.

- Мне тоже нравится, - пробормотала я в ответ. – Шикарный веер, говорят, под вечер тут особенно душно, можно потерять сознание от жары, - добавила я, указывая взглядом на изящно расписанный веер, который этот детина притащил на ужин и положил рядом с собой, точно деля пространство между нами.

Отвечать Рэйвон не спешил, вместо этого лишь сдавленно хмыкнул и впервые улыбнулся.

- Зачет, остряк, - фыркнул он, переключая внимание с меня на предложенный суп.

Беседу за столом вел в основном Ис Пэа, расспрашивая нас об учебе, рассказывая о своих юных годах в храме. Он так виртуозно болтал ни о чем, что я просто диву давалась его умениям рассказчика. Женщины за столом в основном молчали, но, поскольку мне приходилось часто смотреть на главу семьи, от меня не смогло укрыться то, с каким обожанием во взгляде следила за Китарэ его младшая дочь. Кажый раз, стоило мне заметить её такой томный взгляд, внутри меня что-то откликалось на те эмоции, которыми он был наполнен. Я видела эту страстность, точно она лежала прямо передо мной, вместо той скромной девушки, что старалась не привлекать к себе лишнего внимания и лишь смотрела на наследника. Странно было то, что я словно чувствовала в ней родную стихию, которая заставляла её сердце стучать чаще и мне это нравилось, но в то же самое время, меня это раздражало так сильно, что я с трудом заставляла свои палочки брать еду, вместо того, чтобы запустить ими в неё.



Александрова Марина

Отредактировано: 16.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться