Особенная

Глава 24.2

- Зачем обидел приятного во всех смыслах Хранителя? - пожурила я Данияра.

- Переживёт, не девица сахарная, - отмахнулся друг и обернулся ко мне, - солнышко, подождешь меня здесь? Я только схожу за сыном туда и обратно.

- Здесь? – растеряно переспросила, оглянувшись на красные стены, чёрный алтарь, орудия пыток и копошащихся крыс.

 - Ну уж нет! – безапелляционно заявила я и быстро схватила приёмного отца за руку, чтобы тот не успел сбежать, - Я иду с тобой!

Крыс я вовсе не боялась, еще с первого года работы учителем. Старшеклассники часто их приносили ко мне на уроки, со временем я привыкла. А вот чёрный камень, залитый кровью меня действительно пугал. Приёмный отец всё понял, покачал головой и сказал:

- Тогда вперед!

Вместе с Данияром мы быстрым шагом спускались по коридору всё ниже и ниже. Затем поплутали по лабиринтам подземелья и, наконец, подошли к камере с номером 402. Данияр шумно выдохнул, готовясь к неприятному и болезненному зрелищу, затем щелчком пальцев снял магический засов и распахнул тяжелые кованые двери с маленьким зарешеченным окошком.

Перед нами была стандартная крохотная камера с обшарпанными стенами, кроватью-нарами и зловонной дырой в углу. По полу пробежала перепуганная облезлая крыса и юркнула в спасительный полумрак тюремного ложа, на котором сладким сном забылся юноша в богатой одежде придворного. Внимательно рассмотрев его, я  пришла к выводу, что передо мной точная копия Данияра, только этот оборотень выглядел чуть-чуть моложе, и волосы цвета белого золота были длиннее, рассыпаясь по плечам. Никалус размеренно дышал, улыбаясь во сне, причмокивал губами и даже отдалённо не напоминал страдающего от пыток, голода и лишений несчастного мальчика, которое нарисовало мне богатое воображение, пока мы с Данияром спешили на помощь. «Спящий красавец,- подумалось мне, - а где же ведьма с веретеном?»

- Почему шум не разбудил его? – шепотом поинтересовалась у Данияра, - мне казалось у оборотней чуткий слух.

Друг пожал плечами и осторожно потряс сына.

- Ники, мальчик мой, проснись.

Но полная копия папки только громче захрапела. Дан потрогал руки парня, пощупал пульс, приподнял веки.

- Всё ясно, - догадался отец, - магический сон. Теперь понятно, почему он не выходил на мысленную связь. Уверен, это работа Тузика.  Старичок решил скрасить мальчику время пребывания в этом чудном месте. Не удивлюсь, если сновидения эротические, это в духе Хранителя. Спасибо большое Тузарен!

Ответом оборотню был лишь протяжный скрип когтей по железной двери. Обиженный призрак всё еще сердился.

Данияр, сосредотачиваясь,  закрыл глаза и провёл рукой над лицом сына. Тотчас длинные чёрные ресницы затрепетали, парнишка громко выдохнул и распахнул глаза. А я замерла в восхищении. Таких волшебных светло-сиреневых глаз мне никогда прежде не доводилось видеть.

- Отец! – парень приподнялся и крепко обнял Данияра, а после с тревогой спросил, - зачем ты вернулся? Теперь нас обоих казнят.

- Не волнуйся, сын. Я уладил проблемы. Всё будет хорошо.

- Ты нашёл дядю Эмануэля? – Никалус, отстраняясь от отца, недоверчиво посмотрел на него.

- Да. Мы вместе прибыли на Ригит, - ответил Данияр и, предупреждая следующие вопросы Ника, тут же добавил, - не волнуйся, сын. Владыка уже простил, и его, и тебя.

- Благодарю отец! – сын склонил голову и поцеловал руки Дана.

Это было очень трогательно. Уважение и почитание родителей, умение быть благодарным  – всегда уважала подобные  черты у людей. Никалус сразу снискал моё расположение.

 - Мальчик мой, - оборотень погладил сына по волосам, - Я тут ни при чём. За своё помилование  благодари сводную сестру - Рарочку.

 - Сестру? – парень непонимающе смотрел на отца и был такой милый в этот момент. Ангелочек неземной красоты, -Рарочку?

Улыбнувшись, Данияр жестом указал на меня, скромно освещающую угол камеры.

Глаза обоих оборотней устремились в мою сторону, смущая и вгоняя в краску. Я не придумала ничего лучше, как присесть в шутливом реверансе и помахать ручкой.

- Так она настоящая, а уж я думал, что у меня галлюцинации.

Слова Ника вызвали у нас дружный смех, а у него стыдливый румянец на щеках.

- Милая девушка, - парень подскочил и оправил бордовый камзол, - позвольте представиться, граф Никалус второй ли Рой. А у вас волосы всегда такие, э, яркие?

- Нет. И давай на ты.

- Как прикажешь, красавица.

Сводный братишка некоторое время жадно разглядывал черты моего лица, а затем низко поклонился и галантно поцеловал ручку. Скажу честно, я с дворцовым этикетом не знакома, поэтому стала импровизировать - свободной рукой растрепала белоснежную шевелюру, наведя на голове парня форменный беспорядок.

Широко распахнутые от восхищения глаза Никалуса меня заворожили. В них можно было утонуть, захлебнувшись запахом сирени.