Остановка Таахон

Размер шрифта: - +

19

Лия проснулась чуть свет. За узкой щелью между отворотами плащ-палатки занималось хмурое утро. Боровик был уже на ногах, над костром дымил котелок с иван-чаем.

- Ну, выкладывай, - крякнул леший, когда Лия, ёжась от утренней знобы, уселась возле костра.

- Э-э-э… Что выкладывать? - растерялась девочка.

- Что-что, замысел ваш, как Велину освобождать-то будете?

- Ну… мы пока ещё не придумали.

- Они не придумали! - фыркнул леший, вытирая усы. - Это ж как получается? В такую даль забрели, а что делать, не знаете?

- Попробуем на месте решить… э-э-э… по обстоятельствам, - смущённо ответила Лия, хотя и сама понимала, что это никуда не годится.

- По обстоятельствам, говоришь…. - Боровик сердито покачал головой. - А карта у вас, я надеюсь, имеется? Нарчим не близко, туда и ворон костей не заносит.

- Нет, карты нет.

- Ни карты, ни замысла! Чудные вы, как бородатые лягушки, - проворчал леший.

- Э-э… Что за бородатые лягушки? - смутилась Лия.

- Да в лесных болотах водятся, смешнее существ поискать. Вот и вы смешные. Собрались они в поход: карты нет, замысла нет; как чудищ здешних отпугнуть, не разумеют ни уха ни рыла… - продолжал брюзжать Боровик. - А мне ж в лес до холодов надо и в Таахон потом… Каждый день на счету… Хотя... что я такое говорю, ну его теперь, раз в Таахоне нынче Огненное Братство — только в лес и дорога… Но до холодов лучше успеть — так ведь не получится, петлю делать...

- А вы что, с нами пойдёте? - неуверенно спросила Лия, пытаясь скрыть радость.

- Ну не одних же мне вас отпускать, - буркнул леший, - два детёныша, тем более без карты… Доведу до Нарчима, так и быть, но как ещё помочь — ума не приложу, не волшебник я…

Он налил себе и Лие горячего чаю в железные кружки и разломил пополам ломоть чёрствого хлеба.

- Да-а-а, натворил Огнеслав делов… - протянул Боровик.

- Почему вы так говорите?

- Потому что влюбчивый слишком, - проворчал леший, громко отхлёбывая кипяток из кружки. - Сидел бы спокойно в Таахоне, и не стряслось бы злоключения.

- Ну, он же не виноват, что так сильно влюбился, - возмутилась Лия.

- Вот я и говорю — влюбчивый. Нужно думать, в кого влюбляться-то…

Лие не очень понравился тон лешего, и она решила переменить тему:

- А вы в Нарчиме когда-нибудь были?

- Нет, уберегло меня, но знаю, что это где-то в Гиблом лесу, там же и замок отгрохан меж гор. Рядом я хаживал, в соседних землях, а к самим нарчимцам… хе, нет, мне моя свобода дорога. Лес тот гиблым неспроста зовётся. Было дело, один леший, юнец, сбился с пути да забрёл туда случайно. Огненные братья его схватили — и на цепь, чтобы он им снадобья готовил... Так и сгинул там, бедолага. Если бы перелётные птицы эту весть не принесли, и не узнал бы никто, что с ним сталось.

- Нелюди какие, - ужаснулась Лия, - а я-то надеялась, найдётся среди них кто-то, с кем можно договориться...

- Договориться с этими лиходеями? - хохотнул Боровик. - Даже не пытайся. А те единицы, кто и решил оттуда бежать, сложили кости на тропах смерти, немногие до Таахона добрались. Да и Шоана могла в своё время… - тут он осёкся, как будто поняв, что сболтнул лишнее, и коротко глянул на Лию исподлобья.

- Что Шоана могла? - удивилась та. - Она хотела уйти из Огненного Братства?!

- Ну, не прям так, куда ей… - уклончиво ответил леший. - В общем, не жди от них ничего хорошего, - отрезал он, словно не желая продолжать им же ненароком затеянный разговор.

Боровик задумчиво обмакнул в чай обломок сухаря, отхлебнул ещё и, уставившись в костёр, пробормотал:

- Ну и задачу вы себе задали, и чем тут поможешь, Нарчима я не знаю...

Появился заспанный Кир:

- Доброе утро.

- Доброе. Давай завтракай живей, - заторопил его Боровик и начал тут же складывать плащ-палатку, - пора выдвигаться, если хотите до заката успеть.

Пока Кир с хрустом разгрызал сухарь, впопыхах запивая его кипятком, леший потушил костёр и слил в термос остатки чая из котелка.

- Ну что, в путь, - скомандовал он, вскинув на закорки мешок с травами.

Лия подхватила рюкзак, и ребята поспешили за Боровиком, который с прямо-таки молодецкой удалью бодро зашагал вперёд.

Это утро не было ясным. Солнце точно и не вставало вовсе. Его тёплые лучи, так и не окрасив горизонт в золотисто-розовый, остались согревать какие-то другие, далёкие отсюда земли. Небосвод затянуло сплошным серым одеялом, разбухшим от студёной влаги — она грозила вот-вот обрушиться на чёрную пустыню. Усилившийся ветер пробирал до дрожи и затруднял ходьбу. Боровик вёл ребят в обход троп смерти, но необъяснимая тоска всё же насыщала воздух. Правда, чаще встречалась растительность: кедровый и ольховый стланики, одинокие каменные берёзы, - но, как пояснил леший, все они были ядовиты. Даже обманчиво-спокойные озёра по-прежнему скрывали брюхоногих ползунов.

- Запомните: беда тому, кто потревожит водоём в Черной пустоши! - погрозил Боровик узловатым пальцем, но это Кир и Лия уже и так усвоили как нельзя лучше.

Ещё леший рассказал, что под приозёрными камнями прячется бледная углозубка – маленькая, с виду неприметная ящерица с острыми резцами, через которые она впрыскивает яд своим жертвам. Боровик, случалось, воскликнет радостно — это он вблизи озера на её сброшенную кожу наткнулся. «Вот так приобретение! Везёт мне сегодня!» Он прятал находку в мешочек, подвешенный к поясу, и объяснял, что в дальнейшем её высушивают, истирают в порошок и применяют в лечении различных недугов: нарывов, язв, лишая. Угодили в похожие мешочки и другие образцы местной флоры и фауны: крылышки умерших светлячков, экскременты каких-то редких членистоногих, сухая хвоя кровавого стланика и серёжки берёз, - а Боровик попутно описывал их лечебные свойства. Кир слушал с открытым ртом и даже один раз выдал: «Вот бы Вы у нас звереведение и колдовскую ботанику в школе преподавали!»



Ксения Пильщикова

Отредактировано: 27.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться