Остров

☘️Глава 15.3☘️Крысиный форс-мажор

Зато Киллиан наконец перестал удерживать мой локоть и с вызовом бросил:

- Ты невовремя!

Набравшись смелости, я подняла глаза выше серебристо-серого конского крупа. Бойко словно не расслышал провокационной фразы подлого флиртомана и пристально смотрел на меня.

Потом чуть сощурился. 

В переводе на слова этот маневр мимики воспринимался, как «Не верю своим глазам».

- Что ты делаешь на дороге, Стелла? - ровно осведомился он, но в глубине его бархатистого голоса мне послышались барабанные отзвуки ирландского бойрана. - Разве ты не должна дежурить в медпункте?

Я замялась, лихорадочно соображая, можно ли ему рассказать про крысиную догонялку без ущерба для моей миссии. Чтобы Бойко не решил, будто растяпа, чуть не потерявшая его питомца, не заслуживает эксклюзивного интервью...

Положение неожиданно спас Киллиан.

- Так, господа трудоголики, - скучным тоном вмешался он. - Вы тут пообсуждайте ваши медицинские делишки, а я пошел. В пабе сегодня вечером караоке, так что... Стелла, ты не надумала присоединиться?

- Нет, - коротко ответила я, хотя о караоке от него впервые слышала.

Да и какая разница?

Что караоке, что выставка редчайших бабочек Европы - любое мероприятие отравила бы его неприятная компания.

- Как знаешь, - он пожал плечами и двинулся в сторону городка, демонстративно бросив велосипед на обочине.

Стальная рама соприкоснулась с асфальтом, издав ухораздирающий скрежет.

- ...много вреда... - донеслась до меня жалоба велосипеда, - ...есть помятость... меньше полезность...

Удивительно, как быстро шелест аномального шёпота вокруг стал казаться обыденным. Те же жалобы велосипеда звучали раздражающе, но не более, чем канючное мяуканье проголодавшейся кошки.

- Как дела у Девина? - неловко спросила я.

Смотреть на Бойко было тягостно, поэтому я сосредоточила взгляд на его лошади. Точнее... на дуни, которая очень натурально притворялась рослым коннемарским пони серо-яблочной масти. Если знать, что искать, то сразу привлекало внимание разумное выражение ее отливающих синью глаз.

И в данную секунду дуни с острым любопытством изучала меня, усиленно втягивая ноздрями воздух. Никак братца-шантажиста своего учуяла?

- У Девина улучшения нет, - мрачно ответил Бойко, - зато есть все признаки серьезного токсичного отравления. Даже можно сказать, что...

Он промедлил, и я в тревожном нетерпении поторопила:

- Что?

- Это напоминает лучевую болезнь. Воздействие радиационной токсичностью. Я обязан сообщить в КНБ.

- Комитет национальной безопасности?

Потрясённая возможным масштабом трагедии, случившейся с Девином, я почувствовала, как задрожали колени. Озноб, уже давно мучивший меня из-за мокрой одежды, усилил нервную дрожь в разы. Пришлось обхватить себя руками и стиснуть зубы, чтобы не походить на электрика, схватившего по пьяни оголённый провод.

Бедный Девин! Такой весёлый, жизнерадостный...

Ведь острая лучевая болезнь - это, считай, приговор. Неужели для него  нельзя что-нибудь сделать?.. Во имя всех чешуекрылых, в конце концов магическая энергия, как оказалось, существует! А вдруг это поможет?

Расцепив трясущиеся руки, я взглянула на собственные ладони.

Если достаточно сильно пожелать Девину выздоровления и запустить ту штуку с потоками серебряной энергии...

- По правде говоря, я вернулся за тобой, - внезапно сообщил Бойко с высоты своего седла. - Подумал, что в случае Девина надо использовать любые средства...

Я вскинула голову.

- А есть шансы?

- Чудеса случаются. И одно мы уже видели, - напомнил он. - С сердцем старого Мёрфи. Так почему бы не дать шанс случиться и второму чуду?

Да он просто мысли мои читает!

На радостях я открыла рот, чтобы выразить горячее согласие, и тут мои зубы выдали столь мелкую дробь озноба, что даже Бойко услышал.

- Эй, да ты вся продрогла! - Он склонился вниз, заботливым жестом протягивая мне руку. - Забирайся ко мне.

Тёмный шоколад его глаз гипнотизировал, притягивая к себе, и отвести взгляд я уже не смогла. Как зачарованная, вложила трясущуюся ладонь в горячие пальцы и взлетела на лошадиную спину, оседлав не только дуни, но и крепкие колени Бойко.

Трепет женского волнения огненной волной пронесся по телу, смывая и тревогу, и мутный осадок от общения с Киллианом. 

- Ещё и промокла, - неодобрительно прогудел голос Бойко над головой, погружая меня в состояние, близкое к полуобморочной эйфории.

Позади длинно вжикнула расстегнутая одним движением "молния", и мои плечи окутало благословенное тепло плотной сухой одежды. Бойко деловито подтянул полы своей мешковатой драной куртки-дождевика и заключил нас обоих в нее, словно гусеницу в уютный кокон тутового шелкопряда.

Один раз он меня уже подвозил верхом на лошади, но тогда я сидела позади, чинно держась на некоторой дистанции от всадника. 

А сейчас... да это просто праздник тактильных ощущений! 

Я чувствовала себя опьяневшей от восторга и тщетно напоминала себе: "Забудь о нем! У тебя есть карьера и четкое задание, а у него - девица, которой он пишет письма с уверенным посылом: Сюзи, я скучаю!" 

Какая малонадёжная перспектива для моей едва зародившейся, но такой живучей и пылкой влюблённости...

Наткнувшись затуманенным взглядом на черный круг колеса, я вернула хаос мыслей в русло реальности и сипло выдавила:

- А велосипед?

- Ничего, пусть полежит, - в тон моему шепоту тихо отозвался Бойко. - Это мой старый велосипед... ездил на нем ещё до появления Май.

- Май..?

- Вот этой коннемарской красотки.

Он ласково потрепал пепельную гриву дуни, и та ответила поощрительным ржанием. Душевно так. Потом тронулась с места мягкой рысью, отзываясь на коленное понукание всадника.

- А откуда она у тебя? - рискнула я спросить.

- Нашел этой весной. В мае. Потому и назвал ее так. Патрулировал побережье как-то ночью... Ей повезло, что у меня прожектор мощный был, заметил тело в воде даже сквозь туман. Никто из местных не признал в ней собственность, и я оставил Май у себя.



Алёна Яблочкина

Отредактировано: 12.02.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться