Остров ста историй. Вариант первый

В городе

Центральная аллея возникла перед Наташей так неожиданно, будто в одно мгновение родилась из-под земли. Она была одета в пальмы, рестораны и магазины и украшена цветами, скамейками и фонтанами. Жизнь здесь была наполнена роскошью и богатством. Наташа, у которой уже сложилось мнение об острове как о большой южной деревне, сделанной из камня, солнцам и пальм, была потрясена. Она шла по аллее как в тумане, пытаясь освоиться с новой картиной острова. Всё кипело, пестрело и бурлило, и девушка чувствовала, как с непривычки это угнетало её.

- Ну, как тебе здесь? – снова спросил Леон. Центральная аллея была для него как дом родной.

- Мне здесь тяжело, - честно призналась Наташа. – Я здесь лишняя… Может, кто-нибудь из вас проводит меня домой? И ещё: при первой же возможности я вернусь в Петербург.

- Да ты что?! – удивлённо протянул Леон. – Здесь же прекрасно! Я безумно счастлив, что живу здесь! Тебе обязательно понравится наш остров. Я познакомлю тебя со всеми нашими друзьями, Натали. Ты ещё ничего не видела на нашем острове. Как ты можешь судить?.. – много подобного говорил Леон, но Наташа уже не слушала. Её раздражала его весёлая навязчивость, его светлые солнечные волосы, острые скулы, энергичная улыбка и даже его самый обыкновенный нос, каких тысячи и миллионы по всему миру.

- Натали, Леон прав: нельзя судить о чём угодно раньше времени, - сказала Римма.

- Нет, я никогда не свыкнусь с этим странным местом! Я иду домой! Прямо сейчас! – упёрлась Наташа. Она уже давно была ужасно сердита.

- А ты помнишь дорогу? – спросил, весело прищурившись, Хъюго.

Наташа замолчала. Кажется, отступать некуда...

* * *

Наташа на время смирилась с окружающим её сумасшедшим миром. А что ещё остаётся? К её ужасу и досаде, смартфон и наушники остались в комнате: её так быстро вытащили из дома, что она всё забыла. Без своих привычных гаджетов она чувствовала себя раздетой. Чтобы хоть как-то отвлечься, ей пришлось наблюдать за миром…

Люди все разные… много иностранцев… Погода хорошая… В принципе, всё очень даже не плохо. Теперь Наташа, уставшая быть мрачной, тщетно пыталась найти в этом диковинном курортном мире хоть что-нибудь негативное кроме чрезмерно большого количества народу. Она осознавала, что к народу легко можно привыкнуть, но отказывалась соглашаться с этим (побеждало упрямство)…

Время…

Внутри Наташи словно включился счётчик. Он отсчитывает минуты и с каждой меняет какую-то часть Наташиной души. Он открывает девушке те её черты, которые она давно запихнула в далёкие забытые углы. Как это было страшно для того, кто почти никогда не был собой! Для того, кто вечно носил маску, боясь приоткрыть даже самый маленький кусочек своего лица!

* * *

Во время сиесты, самого жаркого времени дня, над Наташей смилостивились и отправили её домой. Естественно, она провела всё время, валяясь с телефоном на диване.

- Как отдохнула? – спросила зашедшая за ней Римма.

- Нормально, - благодушно отозвалась Наташа. Проведённое в интернете время вернуло её в обычное состояние, и она радовалась этому.

- Мы сейчас снова пойдём на Центральную аллею, - продолжала Римма. – Так захотел Леон. Кстати, он протрезвел за время отдыха… И не морщись, пожалуйста! Леон говорил, что сам вытащит тебя из комнаты, если ты будешь упираться. Так что пошли. И оставь свои гаджеты дома, тебе надо от них отвыкать.

- У меня голова болит, - капризно ответила Наташа.

Римма снисходительно улыбнулась:

- У тебя болит голова от того, что ты всё время сидишь взаперти. Если будешь гулять с нами каждый день, то это вскоре пройдёт… Ладно, мне надоело тебя уговаривать. Я иду к друзьям, а ты пеняй на себя! Мы внизу, если что.

Римма ушла, оставив её одну. Жара так разморила Наташу, что встать с постели казалось подвигом. Тем более, что теперь с Наташей были интернет и музыка. Снова расставаться с ними вовсе не хотелось…Но риск того, что за ней может зайти Леон, решал всё, и, ужасно сердитая, она встала и нехотя вышла из комнаты.

* * *

Состав компании нисколько не изменился. Леон и вправду протрезвел и теперь вёл себя почти спокойно… Все снова гуляли по Центральной аллее, обсуждали всё на свете и смеялись. Наташа снова плелась следом за всеми, упорно молчала и хмурилась. Было бы хорошо, если бы такая прогулка - лишь исключение из правил, но на это нет особой надежды. Скорее всего, завтра Наташа встанет пораньше, посмотрит в интернете, когда в ближайшее время можно будет вернуться в Петербург и соберёт свои вещи. Всё. На этом её кошмарное южное приключение должно закончиться. Так решила Наташа и так будет.

Проходя мимо какого-то кафе, решили прекусить там. Наташа уже успела сильно проголодаться, и была не против такого решения. Она забилась в один тихий уголок и сидела там как мышка… И вдруг ей понравилось это простое уличное кафе с бардовыми занавесками. Наташу больше не трогали, оставив наедине со своими мыслями. Она взяла себе из еды что-то самое простое и лёгкое и стала смотреть на улицу.

Наверное, на этой аллее каждый летний день бывает несколько тысяч человек. Все они разные как тысячи оттенков в палитре художника. Наташа и её новые знакомые лишь одни из многих. Такие же маленькие и, возможно, такие же неповторимые и важные… Как хорошо сидеть в маленьком, никому не заметном уголке и размышлять о таких огромных странных вещах! Вот, Леон тоже о чём-то размышляет. Он такой серьёзный, даже удивительно. Наверное, в его голове сейчас совсем другие мысли, более приземлённые и бурные. А Ивар (он уже успел кого-то задеть и что-то опрокинуть) нежно болтает с Шерли. Шерли любезно, но чуть капризно отвечает ему. Римма достала из своей сумки книгу и погрузилась в неё, забыв обо всём на свете. Наташа, посмотрев на неё, поругала себя за то, что совсем забыла о существовании такой прекрасной вещи, как книга. Книги добавляют жизни новый вкус, и вкус этот можно выбирать… Наташе вдруг пришло в голову, что остров М. со своей непривычной реальностью сам кажется книжным и выдуманным, он как прибежище всего сказочного, что ещё сохранилось на Земле.