Острые грани астрала

Размер шрифта: - +

Рассказ шестой. Утопия идеалиста

Пару дней провёл просто в забытьи. Стал понимать, что без информации, мысленных потоков, поиска чего-то запредельного начинаю откровенно скучать. Мой неугомонный мозг всё чего-то возмущался. Не мог принять эту тупую действительность, сражался с ней и откатывался обратно. От этого сильно болела голова, и даже хорошее вино не притупляло этого чувства.

Меня всегда волновало: почему одни живут, и им все равно, даже наплевать на всё это мироздание, а другие постоянно в поиске, тревоге за что-то недостижимое пониманию, потому что происходит что-то не то, и от этого становится грустно.

Надо по-настоящему развеяться. Если не могу сам – надо напроситься в гости. Я зашел в портал и прибыл к Басте без приглашения.

Её не было на месте, но меня попросили подождать. Для желанного гостя она скоро освободится. Я сел около круглого фонтана, вокруг было много цветов и всякой зелени. Но всё мне казалось серым, блёклым, безразличие доходило до того, что глаз улавливал капли брызг, летящих как бы в замедленном темпе, а цвет воды был мышиным. Всё это угнетало. Понимать сущность мельчайшего и не понимать целостности замысла – что Создатель хотел этим выразить? Чем больше осознаёшь суть микро, тем больше хаоса в макро. Даже если мы изменяем мир как переменные, то куда это может завести? А когда будет поздно, он вмешается и скажет «стоп», и станет отматывать жизнь обратно как в кино или бросит нас в назидание другим. И какой же тогда он бог? Котёнка прирученного жалко, а здесь целые народы. Это, кажется, и глупо, и смешно.

Никто не хочет нести ответственность, сделали выбор – так вперёд! А как же учить, задать направление? Бросить в воду, а там выплывет или нет? Смотреть на это и делать какие-то выводы, вместо того, чтобы учить плавать. Замечательная позиция: если «да» – пойдем дальше, если «нет» – создадим новых. А как же страдания, мучения, которые люди при этом испытывают? Вот откуда возникает зло, агрессия, и это не исчезает, а когда доходит до кипения, люди сами начинают топить ближнего, надеясь побултыхаться ещё немного, пока не сожрут друг друга как пауки в банке.

Разве же это жизнь? Жизнь за выживание? А как же жизнь самосовершенствования, созидания, познания? А может, в другой жизни, на другом этапе развития будет ещё хуже и страшнее? И этому не будет конца? Учиться на ошибках детей, и при этом наказывать их – так даже самые страшные монстры не делают. И что же тогда кроется за великим замыслом? А может, и не было никакого замысла, провели эксперимент, накосячили и бросили, не зная, что с этим делать. Тогда эти создатели хуже монстров. Укоротили нам сознание, мышление, способности, возможности, чтобы, не дай бог, мы не сделали прорыв, чтобы отомстить им за это. Вот тебе и распространение жизни, даже плакать хочется…

Баста подошла сзади и тихо сказала:

– От твоих мыслей у меня цветы вянут. Неужели всё так плохо?

Я горько улыбнулся:

– Пока не знаю.

– У тебя слишком сильные требования к этому миру, надо проще относиться к происходящему.

– И созерцать, как умирает в себе чувство к жизни?

– У тебя большая душа, Ставр Изумрудный, а ты не можешь насладиться тем, что вокруг тебя. Даже самые прекрасные миры далеки от совершенства.

– Разве стремление к идиллии – не главная задача нашего сознания?

Баста вздохнула:

– Думать о лучшем и сделать мир таким – разные вещи. Стремление к совершенству – это прекрасно, но как этого достичь? Вопрос на миллион. Невозможно учесть все условия. Чтобы их смоделировать и нужны эксперименты, и даже пропустить через жерло ада всех, чтобы добиться результата, это необходимость. Ты вырвался из этого плена, у тебя появились знания, сила и возможности, но ты идеалист. Я тоже была такой сначала. Но твоя роль в другом. Ты хороший воин, так занимайся тем, что у тебя выходит лучше всего.

Я гордо вскинул голову.

– Удел убогих – делать, что умеешь.

– Так поступают все, тем более только время в своем противоречивом течении может изменять положение дел и задачи, требующие ответа.

– Времени не существует, – усмехнулся я, – это искусственная переменная.

– Да, – согласилась Баста, – но об этом мало кто знает. Не торопись, опыт – тоже нужная вещь. Найди себе женщину, и тогда твое буйное начало будет более гармоничным.

– Женщина дурманит мозги и отрывает от достижения цели.

Баста улыбнулась:

– Хотя женщины и тормозят процесс, но в таком напряжении жить нельзя, быстро сгоришь. Хочешь, я найду тебе наложницу и оруженосца? У меня как раз есть такая буйная, с твоим нравом.

– Я подумаю.

– Лучше не думай, а то придется её казнить за преступление.

Я проворчал недовольно

– Мне только ещё обузы не хватало.

На что Баста только улыбнулась:

– Сделаешь с ней, что захочешь. Позвать Миру!

Девушку привели в кандалах. Баста обратилась к ней без особых эмоций в голосе.

– Либо ты будешь его слугой, либо умрешь. Выбирай!

Ответ был кратким, без тени сомнений.

– Слуга.

– Отведите её в покои Ставра и приведите в порядок. А нам ещё нужно поговорить.

После того, как зал снова опустел, я наконец-то задал мучивший меня вопрос:

– Что ты сделала с кристаллом, куда была заключена Никта?

Баста задумчиво наклонила голову.

– Я очень долго ждала этого вопроса. Я развеяла этот кристалл в космосе, и возникла новая интересная галактика. В Никте было очень много хорошего и большая ложка плохого. Из этой ложки получилась одна особенная звездная система. Там осталось всё зло этой великой богини. На четвертой планете системы обитают, так сказать, жители низшего мира. Живут они под землёй, им вреден свет, а правят там две матки всего этого подземного муравейника. Они попросили меня о помощи, но у меня нет великого воина против монстров, которые там обитают. Причём они сказали, что заплатят великую цену за избавление от напасти. Не хочешь размяться и подзаработать?



Komell

Отредактировано: 24.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться