Отбор для чудовищ

Глава 3. Светка и Любаша

Новенький, из производственного отдела, вчера помог мне достать из принтера в коридоре зажёванную бумагу. Мы перепачкались, познакомились и немного поболтали.

Вероника Ивановна, наша кадровичка, сказала, что он не женат. Не мне сказала, а моей маме, они с ней уже сто лет, как подружки. Каждого неженатого новенького мужского пола в нашей компании ко мне в женихи примеряют. Я, обычно, только фыркаю на их ненавязчивое сватовство. Но вот так получилось, что этот парень мне понравился. Невысокий, но крепкий, и удивительно легко общается. Несколько минут болтали, а уже чувствую, словно мы давно знакомы, и я его совсем не стесняюсь.

В понедельник договорились с ним вместе на обед пойти в соседнее кафе. Только, теперь надо как-нибудь осторожненько Ксюшу предупредить: обычно мы с ней обедаем вместе.

Мы шли по лесу, и я, для начала, завела разговор про новенького. Вдруг, он Ксюшке тоже понравился! Нет, она, к счастью, не проявляет к нему никакого мало мальского интереса. Как бы ей теперь намекнуть про обед в понедельник? Никак не выберу момент...

Вдруг, впереди заметила необыкновенный сиреневый свет. Через несколько минут я уже дёргалась, плохо соображая от ужаса, в лапах громадного чудовища, которое тащило меня в несусветные дали, навсегда унося от всего, что знакомо и дорого, от мамы и папы... Больше никогда не будет обедов, понедельников, и маму я больше никогда не увижу, и папу, и лес, и Землю... Но тогда я ещё не знала этого.

Когда три громадных инопланетянина, распяв меня на кушетке, засовывали в мой мочеиспускательный канал тонкую трубочку, чтобы вывести мочу, а потом, они же, делали клизму, я думала, что ничего ужаснее этого в моей жизни уже не будет. Даже огонь на беговых дорожках и сетки, которых боялись все девочки, не так ужасно действовали на меня, как та наша подготовка к упаковке в капсулы для перелёта.

Поэтому, когда после нашего очередного осмотра, все девочки ушли, а меня Глазастый отвёл в отдельную комнату и достал откуда-то эти самые приспособления, я кинулась к выходу и отчаянно задёргала тяжёлую дверь. Она открылась, и навстречу мне зашёл громила, который легко схватил и положил меня на кушетку. Следом вошёл второй. Вдвоём, они полностью обездвижили меня и повторили очищающие процедуры. После этого, меня переложили на стол и я поняла, что вот он - мой конец, пришёл. В вену вошла тонкая игла, и я мгновенно отключилась.

Пробуждение было ужасным. Меня поймёт, наверное, только тот, кто болен астмой или когда-нибудь тонул. Я потихоньку приходила в себя, но никак не могла вдохнуть. Мучила неимоверная боль в шее, груди и спине. Мне охватил предсмертный ужас, паника, раскрыла рот, а он заполнился водой. Она заливает мне, и нос, и рот, попадает в лёгкие. Захлёбываюсь. Я страшно мучаюсь, но пытка не прекращается, а я почему-то не умираю, хотя, видит Бог, очень, очень, очень хочется!

Невероятно медленно становится совсем немного, но легче. Мне по-прежнему страшно больно. Тяжело дышать, но, всё же, я дышу...прямо в воде...под водой...

Идут минуты... или часы...или дни... Я постепенно осознаю себя в большущей, плотно закрытой, банке с солоноватой водой. Я словно кукла марионетка: на запястьях прикреплены тонкие трубочки, которые входят в вены и тянутся наружу, к крышке. Такие же трубочки идут из естественных отверстий для испражнений: и спереди, и сзади. Подумалось: «вот мне и крышка». Там, снаружи, за стеклом, Глазастый. Я смотрю на него с ненавистью. В эти дни понимаю, что способна его убить. Мне так тяжело без воздуха, иногда начинаю биться и трепыхаться в панике, но Глазастый следит и, в такие моменты, видимо, что-то добавляет в трубочки и я немного успокаиваюсь. Иногда впадаю в дремоту, чтобы, очнувшись, неистово забиться в ужасе от нехватки воздуха.

Эта медленная изощрённая, изнурительная пытка всё не заканчивается и я часто молю о смерти всех известных мне богов и, особенно, Глазастого. Моих слёз в воде не видно...

Постепенно всё же становиться легче. Теперь, я уже не бьюсь в истерике и довольно спокойно дышу в воде. Я не сразу нащупала на шее, за ушами и чуть ниже, формой похожие на створки раковины щели, которые, то открывались, то закрывались. Я уже начала догадываться, что мне каким-то образом вживили жабры. Я теперь рыба? Мама всегда говорила «рыбка моя»... Вот накликала, так накликала.

Наступил момент, когда двое громил аккуратно понесли мою банку в другое помещение. Я с опаской, но и с интересом ждала, что будет дальше. Сидеть в этом крошечном аквариуме до чёртиков надоело.

Крышку с моей ёмкости сняли и перевернули её, потихоньку выливая воду. Когда, вместе с водой, к горлышку подгребла и я, меня выловили и вытащили на воздух. Кошмар! Снова задохнулась и сильно закашлялась, отплёвывая воду. Меня практически рвало ею. Пытаясь прийти в себя, не заметила, как из моего тела вынули все трубочки. Я глубоко, рвано дышала, страшно радуясь, что, наконец, могу дышать. Но долго быть счастливой Глазастый мне не позволил. Меня забросили в огромный бассейн с голубой водой. Его поверхность, наездом вплотную, начала закрывать прозрачная плоскость. Она медленно двигалась с одного края бассейна, а я поплыла к другому, стараясь подышать воздухом подольше. Когда эта гладкая крышка приблизилась вплотную, я подумала, а может подставить горло? Но тут, что-то или кто-то нажало сверху на мою голову, и я опять тонула и захлёбывалась, пока не задышала жабрами.

Теперь, вместо маленькой банки, у меня был просто огромный аквариум.

На следующий день я проснулась от ощущения, что что-то происходит.

Приоткрыла глаза и увидела, что прозрачная крыша бассейна плавно открывается, словно, в рулон сворачивается.

Я сразу поспешила к уже свободной открытой стороне и вынырнула на воздух. Тяжело, с позывами на рвоту, откашлялась и, наконец, вдохнула полной грудью. Как же хорошо дышать! Просто дышать! Люди, которые могут легко и свободно дышать, Вы даже не понимаете, какие Вы счастливые!