Отчаянные амазонки. Часть 4: В бане только девочки

Отчаянные амазонки. Часть 4: В бане только девочки

 

Июльское солнце заливало пожелтевшую степь Скифии. От жары мучились зайцы, куропатки, степные орлы. Но больше всех мучился Уркас – молодой скиф в истрепанной кожаной одежде и пересохшими от жажды губами. Он еле плёлся от усталости и проклинал всё на свете: погоду, отсутствие растительности и водоёмов, но больше всего он проклинал вождей своего племени.

- Чтоб вы сдохли, ублюдки! – бормотал Ургил. – Не даёте людям жить! Какого черта вам понадобилось сгребать всех мужиков и идти войной на сарматов?! Наши племена ведь пару лет назад объединялись против персов, а теперь - снова между собой собачиться?! Твари! Вот сами и воюйте, а простого банщика оставьте в покое!

Внезапно до слуха Уркаса донесся топот копыт. Он догадался, что это воины из его племени, которые ищут таких, как он – нежелающих идти на бессмысленную войну. Уркас припал к земле, успев присыпать песком свою голову в капюшоне для маскировки. Он затаил дыхание, с ужасом прислушиваясь, как топот усиливался. Это значит, что всадники приближались. Вся надежда могла возлагаться только на невнимательность воинов.

Конников было только двое. Большими отрядами скифские преследователи не передвигались. Да и особого энтузиазма у них не было – бороздить степь по такой жаре. К тому же один из всадников скривился и в очередной раз схватился за живот.

- Опять? – удивился второй, глядя на своего больного напарника. – Ты что, совсем не следишь за тем, что в рот тащишь?!

- Не то слово, - выдохнул тот. – Похоже, заяц, которым меня угостил сосед, умер своей смертью. Поехали обратно, пока я копыта не отбросил.

- Думаешь, искать нет смысла? Ладно, нужно тенёк найти. Если кто и свалил этим путём, наверняка, скоро сдохнет без воды. – всадник согласился. Они вместе развернули коней и поехали обратно.

Уркас еще долго не мог поднять голову, боясь быть замеченным. Он ощущал, что действительно может не дойти, поскольку силы были на исходе. Южная граница Скифии была уже совсем близко. Можно было бы дойти до Меотиды, и на каком-нибудь плоту двинуться дальше, мимо Пантикапея через Понт Эвксинский, к землям неизвестных племён, подальше от своих воинственных вождей. Но это были слишком далеко идущие планы. А сейчас нужно было добраться хоть к какой-нибудь реке, напиться и спрятаться в тени.

Ближе к вечеру, после нескольких часов поползновений, Уркас все-таки добрался до реки. На ее берегу красовались ветвистые ивы, под которыми можно было отдохнуть. Хотя и здесь не было гарантии, что его не обнаружат скифские поисковые отряды. Подойдя ближе к реке, Уркас внезапно услышал плеск воды и смех. Женский смех. Парня это насторожило. Ну, и, понятное дело, заинтересовало. Он подполз поближе и, притаившись в камышах, увидел на берегу женскую одежду. В воде, похоже, плескались дочери какого-нибудь скотовода или торговца. Они, судя по беззаботному смеху, ни о чем не беспокоились, в отличии от скифа. Им явно не так хотелось есть или пить, они не испытывали смертельной усталости. Пользуясь случаем, Уркас утолил жажду, лежа в камышах и продолжая наблюдать за купальщицами. Беспечные девушки не чувствовали беспокойства по поводу того, что их могут заграбастать и погнать на войну.

И тут Уркаса осенило. Это ведь сугубо мужская суровая доля – бросать все свои обыденные дела и бежать на поле боя по чьей-то прихоти, чтобы там поймать сарматскую стрелу или огрести топором.  А женщины остаются в стороне от войны. Так почему бы на время не стать… женщиной?!

Как раз одежда на берегу лежала как нельзя кстати. Уркас воспользовался ситуацией, чтобы украсть платье с накидкой на голову. Со своей льняной добычей он отполз подальше для облачения в обновку.

Процесс одевания оказался не таким быстрым. Сбросив свои скифские лохмотья, Уркас расправил складки на платье, набросил на голову накидку и завязал на ней шнурки, пригладил бороду…. Черт! Борода! Что же делать? По счастью у скифа имелся с собой нож, небольших размеров, но достаточно острый. Кое-как заточив его о камень, Уркас принялся за болезненную процедуру бритья, столь необходимую для маскировки. Бедный скифский банщик до этого никогда так не плакал, как в тот момент. Спустя некоторое время дело было сделано. С порезами на подбородке и со слезами на глазах, но – сделано. И теперь весьма миловидная стройная девушка среднего роста скромно шагала через степь в южном направлении. Так было гораздо быстрее, чем передвигаться ползком.

Путешествие затруднялось темнотой. Уркасу было страшно при мысли о стае диких зверей или шайке разбойников. Он осторожничал по максимуму. От голода его спасали дикие орехи и маслины, хотя этого было недостаточно, чтобы чувствовать себя уверенно в путешествии. Новоиспеченная девушка снова вернулась к способу передвижения ползком и не заметила, как отключилась от жуткой усталости.

Уркаса разбудил внезапный треск возле лица. И сразу же он ощутил что-то вязкое на подбородке и приятный вкус во рту. Кто-то разломал перепелиное яйцо и напоил уставшего путника, точнее путницу, отрубившуюся прямо в лесу.

- Бедняжка! Она совсем истощена. Наверное, заблудилась. – скиф услышал приятный женский голос над собой. Когда он открыл глаза, то увидел над собой двух девушек, странно одетых и вооруженных копьями и луками.

- Похоже на то. Думаю, сбежала от своего мужа-тирана. – более жесткий голос второй девушки выражал сильнейшее негодование и еле сдерживаемую злость. – Я бы этих мужиков всех до единого перебила!



Михаил Стрига

Отредактировано: 24.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться