Отдай, детка! Ты же старшая! Книга 1

Размер шрифта: - +

Глава 30

 

 Ночью Горянова почти не спала, все думала, взвешивала на весах  свои сомнения и страхи и лишь часа в три угомонилась.  Утром она, первым делом, кинулась к телефону, но Ванечка не отвечал. Хотя,  как это частенько раньше  бывало, после ночной он крепко спал почти до полудня. «Ничего, - подумала Даринка, -  все равно вечером встретимся и поговорим. За этот  день все уляжется, как надо!» И с такими мыслями  поехала на работу. Вернее, не поехала, а пошла:  ее разлюбимая кореянка взбрыкнула и отказалась заводиться на морозе, шутка ли, на градуснике все  минус двадцать пять. Так что Горянова потеплее укутала нос  в свой умопомрачительный английский шарф из    шерсти тех самых пасторальных овечек с родословной, ведущей свой век от незабвенной Виктории – девственницы, и пошагала до  стоянки общественного транспорта. Высокие каблуки впивались в выпавший снег, делая походку  девушки весьма неоднозначной, но  компенсируя это удвоенной  согревающей энергией, которая выделялась за счет дополнительных истеричных телодвижений.

 В общем, в то утро Горянова вспомнила, что значит быть простым пиплом, не испорченным наличием личного транспорта.

 - Горяныч, ты герой! – вынесла вердикт Завирко, хохоча над рассказом Даринки о том, как она, расталкивая локтями  плотно сложившуюся публику, ворвалась-таки в маршрутку номер пятнадцать и раза два, а то и три дала по  ребрам какому-то самоубийце, пожелавшему протиснуться мимо нее и потащившему за собой ее трехметровый английский шарф.

 - Вот, Горянова, - подвела итог Завирко,- во избежание  страшных жертв среди мирного населения нашего городка, становись скорее английской королевой и разъезжай себе на карете, нечего аристократическими замашками простой люд смущать.

 -Нет, уж лучше я куплю другую машинку, морозоустойчивую, а еще  лучше гаражик. Для комфортного житья в наши дни становиться королевой совсем не обязательно…

 - Правильно, говоришь, Горянова, - усмехнулся, проходя мимо, Роман Владимирович, - у них, у королев, сплошная головная боль, а не жизнь…  так что давайте, Даринела Александровна и Ольга Николаевна, прекращайте светский раут и за работу, вас ждут  грешные земные дела!

 - Умеете Вы, Роман Владимирыч, настроение с утра испортить,  - пробурчала Завирко, когда он скрылся за дверью  - сатрап…

 - Я все слышу, - крикнул Савелов.

 - Чего? А так? – снизила голос до шепота Олька.

 - И так! Работать, быстро!

 - Пипец! Горянова, он  Большой ух! Вот он кто!

 - Завирко! Не начнешь работать, большое ухо будет у тебя! – снова  крикнул из кабинета Савелов.

  Пока девушки изумленно смотрели  друг на друга,  переваривая столь разительные  перемены  в  возможностях начальства, подошел Маркелов и гаденько так заржал:

 - Девки, вы чего, не знали, что у нас вчера вечером прослушку поставили, - и пальцем показал на  маленькую серенькую коробочку на стене, возле которой стояли подруги, -  генеральный распорядился, во избежание, так сказать,  промышленного шпионажа.

 - Етить твою кочерышку! Опять Альбертик чудит, – выдохнула Завирко, и они с Горяновой прыснули. – А я уж, грешным делом, подумала, что Савелов крептонита объелся, - снова шепнула Завирко, предусмотрительно отойдя от коробочки на значительное расстояние.

 - Маркелов! А сколько их? – шепотом просигнализировала коллеге Горянова.

 Тот поднял вверх два пальца и показал на стол Резенской, возле которого  на стене также  еле виднелась  серая коробочка.

 - Вот урод!

 И что тут скажешь? А ничего!  Про генерального,  как говорится, или хорошо, или ничего. Тэ́рциум нон да́тур…

_____________________________________________________________

  К двенадцати часам Горянова позвонила Ванечке раз десять. Тревожно  саднило сердечко, но Даринка, далекая от паники,  решительно успокаивала себя привычным способом – вгрызаясь в работу. А часа в два вдруг раздался звонок, звонил папа:

 - Доча, - сказал он,  - ты бы приехала сейчас…

 - Что – то срочное, пап?

 - Да разговор есть… Может, приедешь в обед? Только как будешь подъезжать, позвони, выйду, тебя встречу.

 - Зачем встречать? Я сама дойду…

 Но отец прервал и сказал так, как умел  говорить  только он, очень твердо:

 - Позвони! Поняла?

 - Хорошо! Только, папа, точно ничего не случилось?

 - Все живы, доча, - и он положил трубку.

  - Блин! – заволновалась Даринка и побежала к Савелову.

 - Опять отпрашиваешься? – возмутился тот, но потом поостыл, глядя на взволнованную Горянову. – Случилось что?



Фаина Козырь

Отредактировано: 11.05.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться