Отдай, детка! Ты же старшая! Книга 2

Размер шрифта: - +

Глава 4

Был ранний июнь. Страну трясло от преддверия ЧМ, а в Воронеже даже разместилась команда Марокко, и ее колоритные  болельщики  уже толпились по утрам  на  остановках вместе с остальным воронежским народом, пугая   местных необъятными одеяниями, похожими на древнеримскую тогу, и многочисленными  мужскими украшениями. Горячая пора у Горяновой схлынула:  коммуникации были проведены, основной каркас здания установлен, перекрытия проверены, остов  обшит, проводка  уложена, оставалась последнее – отделочные работы и  окончательный брокеридж торгового центра.  Горянова теперь вообще высыпалась,  у нее даже вполне  нашлось время, чтобы  раза два послушать вместе тетушкой Ануш отвратительные новости по госканалам, предпочитавшим Украину и Сирию родной стране,    и посмотреть  пару – тройку  странных  весенних сериалов, от которых, надо признаться, Даринка за эти полгода   сильно отвыкла. Поэтому когда Самвел Тимурович попросил ее  приехать среди недели, то она с радостью  согласилась, просидев до поздней ночи, собирая в  одно единое  материал о проделанной работе.

 - Спать иди, ачхик*!  - возмущалась тетя Ануш.

 - Сейчас, только циферки все приведу в божеский вид, чтобы читать было понятно.

  -  Вай! Самвел Тимурович в любом виде цифры прочитает! Он армянин!

- Да! Армяне вообще все гении,  талан на таланте! – не отрываясь от работы,  соглашалась Горянова, зная, что тетушку Ануш все равно не переспоришь, а поэтому старалась быстрее стучать  пальчиками по клаве, чтобы  в скорый срок  все закончить.

Завершила все к часу ночи, распечатала, довольная собой и жизнью вообще, и побежала поспать часика два – три: вылет предполагался ранним. В пять тридцать  утра Горянова, презрев свое неприятие маленьких  самолетиков, уже была в аэропорту, сияя  простой  незамысловатой красотой, облаченной, правда, в  новенькие джинсы от Томми Хилфигера и  шикарную  летнюю шелковую блузку от Алены Ахмадулиной – единственное ее приобретение за эти вполне денежные полгода. Деньги у Горяновой скопились немалые, потому как время тратить их не находилось. Да и желания особого не наблюдалось.   А самой большой суммой, снятой в январе с зарплатного счета,  оказался тот самый пресловутый долг Савелову, срощенный с деньгами, пошедшими на покупку горячего  новогоднего тура.  Ну не  могла Горянова принимать такие подарки…

  - Да я теперь богачка, -  невесело тогда усмехнулась Даринка,  - разглядывая  в телефоне немалый остаток после выплат Роману Владимировичу.

 Он тогда сразу перезвонил и ехидно, как только мог, заметил:

 - Горянова, то,  что ты дура бескорыстная,  не знал, но подозревал всегда…

 - Какие – то претензии, Роман Владимирович? –  Даринку неприятно кольнул  язвительный  тон Савелова.

 - Неееет! -  выдохнул он. – Кто ж в здравом уме от денег – то  откажется?

 - Вот и хорошо! Вот и не отказывайтесь! – обиду было ничем не скрыть.

 - Ты бы еще себе  проценты за использование начислила, - процедил начальник, -  так вообще было бы круто!

Даринка расстроенно засопела в трубку.

 - Горянова,  – немного смягчил тон Савелов, - ты  нормальной женщиной не хочешь побыть? Так, чисто для разнообразия? Или ты подарки только от  юродивых принимаешь? У остальных не комильфо?

 - Мы с вами не в тех отношениях, Роман Владимирович, чтобы  такие дорогие подарки принимать, а в остальном -  чем точнее расчет, тем крепче дружба!

Савелов на том конце помолчал, а потом  уточнил зло:

 -  Так вот оно что!  Дружба! Это ты, Горянова, мне, как  мужчине  от ворот поворот сейчас дала? А?  Молчишь? Ну, так хочу тебе сообщить, милая,  что я  к  тебе  в лавзону не напрашивался, и в любовники не набивался. Я, Горянова, еще не сошел с ума,   предлагая  тебе свое старперское  обаяние за копейки!

 Даринка возмутилась:

 - Вы не старпер, Роман Владимирович! Вы очень даже…

 - Да? Вот спасибо! Вот успокоила!   А то я по утрам в зеркало не смотрюсь!

  - Ну хватит, Ром! – Горянова расстроенно засопела в трубку. –  Не делай меня виноватой!  Просто  я  никому не хочу быть  должной…

 -  Ой – ё! И кто ж тебя такую уродил – то? – на том конце громко вздохнули. -  Горянова,   человеческие отношения вообще - то и строятся на долгах: денежных и моральных. Без этого нет привязки людей друг к другу… Хотя.. что я тебя, дубина стоеросовая,  учу?!  Ведь бесполезно же…  Бывай!

 Даринке почему – то сейчас вспомнился этот разговор. Они с Савеловым быстро тогда помирились, но суть его обиды она поняла гораздо позже, когда  научилась  с искренней благодарностью принимать  чужую любовь, заботу и  - дорогие подарки.  Горянова  за эти полгода в Воронеже научилась не только  отдавать, но и брать… Даринка улыбнулась, сидя в зале ожидания аэропорта,  вспоминая, как  получила  на День рождения коробочку  от тетушки Ануш с дорогими  армянскими серьгами, напоминавшими солнце.  Как металась в немедленном желании компенсировать ей расходы, как армянская мама обиженно поджала губы и впервые обозвала ее  на своем родном языке неблагодарной, как  кричала:



Фаина Козырь

Отредактировано: 13.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться