Отложенная беременность, или Любовь после смерти

Часть 1. Глава 3

* * *

Вероника     

Джип Ильи Алексеевича с дерзким ворчанием катил по грунтовой дороге.

В закрытое окно светило яркое утреннее солнце. Пейзаж был красивым и приятным глазу.

Глядя в окно, не заметила сама, как я на какое-то время задремала, подперев голову рукой. Локоть упёрся в дверную панель.

И едва я собралась зевнуть, как джип вдруг подпрыгнул на какой-то кочке!

Я больно ударила локоть и ещё прикусила язык.

Зашипела себе под нос.

— Выехали на дорогу, что ведёт в посёлок, — пояснил Илья Алексеевич. — Как видите, дорога здесь неважная.

— Действительно, — сказала я, ухватившись за ручку над головой.

Дорога была не неважной, а отвратительной. Узкая полоса, с рытвинами, ухабами, ямами и кочками, была кое-как засыпана щебнем, который с удовольствием вылетал из-под колёс как патроны из ружья.

Мало того, что дорога была ужасной, так она ещё и пролегала рядом с обрывом и уходила вверх в горы!

Действительно, по такой дороге может проехать только джип с 4WD.

Я спиной вжалась в кресло и со всей силы держалась за ручку. Второй рукой сжимала свою сумочку.

Стало очень страшно. Гора была крутой, и мне казалось, что джип вот прямо сейчас возьмёт и упадёт назад на крышу и покатится прямиком в обрыв! А там высокие пики хвойного леса и каменные глыбы!

Мгновенная смерть...

Кажется, я даже заскулила себе под нос от страха. И не заметила этого.

— Да не бойтесь вы. Дорогу эту я знаю, как самого себя. Каждую кочку знаю, каждую ямку. Это только кажется, что она такая страшная.

Он ободряюще улыбнулся и посмотрел на меня.

Я яростно замотала головой и махнула рукой.

— На дорогу! На дорогу смотрите!

Илья Алексеевич лишь усмехнулся.

К моему счастью и облегчению, этот ужасный подъём скоро закончился. Мы взобрались высоко и ехали уже по прямой дороге, тоже усыпанной гравием.

Я перевела дыхание и откинула назад упавшие на лицо непослушные пряди волос.

Теперь я могла спокойно насладиться пейзажем, что мелькал за окном.

Действительно, местность была очень красивой.

Поднявшись на джипе наверх, я будто оказались в мире, который сошёл с ярких иллюстраций журналов о путешествиях. Кругом горы, но такая ширь, такой простор! Кажется, что я смотрю в бесконечность!

Яркие краски и контрасты меня приятно ошеломили: сочная зелень долины и слепящая белизна гор.

А воздух?            

Я приоткрыла окно и вдохнула этот упоительный воздух, который был совершенно прозрачным.

Мне даже показалось, будто я прозрела. Ведь так чётко я видела каждое дерево, камешки, горы, небо. До этого, я словно носила мутные очки.

Никогда не была в горах и не знала, что тут так красиво и свежо.                                                                                   

В городе всё окутано маревом влажного и загрязнённого воздуха и нет такой чёткости, как здесь.

Из-за гравийной и неровной дороги ехали мы не очень быстро.

Вдруг, я увидела небольшую речушку, что бежала между камней. Даже не речушку, а ручей. А потом ручей скрылся в лесу.

Переключила взгляд на древние сосны и кедры.

Выше деревьев были горы с белыми вершинами. И чистое голубое небо.

Я не заметила, что улыбаюсь.

На место моего недавнего волнения и страха, пришло ощущение безмятежности и правильности.

Смотрю на эту красоту и простор, и теперь понимаю, за что Макс любил горы.

Я только что попала в мир, который мгновенно проникает в тебя и изменяет. Я словно оказалась на другой планете, где меня окружила неудержимо притягательная красота: удивительная, но холодная, безжалостная и неизменная.

Любуясь природой, я даже не заметила, как мы приехали до дома Ильи Алексеевича.

Едва двигатель умолк, как нас тут же обступило величественное спокойствие местности.

Перевела взгляд на особняк и застыла в настоящем потрясении.

Это был огромный, сложенный из крупного белого камня особняк, сверху увитый плющом, а снизу – он был покрыт мягким, зелёным мхом.

Вокруг дома – ухоженный цветущий сад. Чуть дальше я увидела другие постройки и услышала кудахтанье кур, рёв быков, ржание лошадей.

Вышла из машины и засмеялась.

Это место было прекрасным!

Из дома вышла дородная женщина – гораздо моложе Ильи Алексеевича. На вид ей было не больше пятидесяти пяти. Сильные руки, большая грудь, круглое лицо. Высокая и статная. Именно таких женщин обычно изображали на картинах русские художники.

— Аня, вот позволь представить тебе нашу помощницу, Веронику Игоревну Устинову. Она станет помогать тебе с Ваней. Вероника, это моя жена, Анна Сергеевна…



Татьяна Михаль

Отредактировано: 03.06.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться