Отметины. Запомни навсегда

То что нужно

Пары тянуться бесконечно долго. Обжигающая боль в затылке, означающая пристальный взгляд, раздражает. Я в секунде от того, что бы подняться и ткнуть в глаза своему новому одногруппнику. На последнем занятии он уселся позади, и я буквально ощущаю, как его присутствие душит.

— На сегодня все, — оглашает об окончании занятия по физике Андрей Петрович и торопливо выходит из аудитории, прикладывая телефон к уху. Он с начала пары был немного дёрганным. Может что-то случилось? Надеюсь, хорошее или, по крайней мере, не сильно плохое. Все-таки он отличный мужик.

Шум довольных студентов, которых отпустили пораньше, охватывает душное помещение. Спешу собрать свои вещи, но как назло все валится из рук.

— Мне нужно бежать, — говорит Эл, отходя от парты. — Созвонимся.

Кивнув подруге, тянусь за задачником, но он убегает от моей руки и с хлопком падает на пол. Подскакиваю и поднимаю книгу. Нужно скорее убраться отсюда. Бросаюсь к двери за последним выходящим одногруппником, но она захлопывается перед моим носом.

Сильные руки усаживают меня на ближайшую парту, и передо мной появляются устрашающие чёрные глаза. Крик зарождается в горле, но широкая ладонь зажимает рот, не давая ему оповестить весь универ о происходящем.

— Тише-тише. Без лишних звуков, — произносит Максим с каким-то странным упоением. — Умница. А теперь попробуй дать отпор.

Замерев ошарашено гляжу на него. Что? О чем он говорит?

— Ну давай же, — Субботин отнимает руку от моих губ, легко улыбаясь. — Сопротивляйся!

Максим резко задирает мою футболку, грубо касаясь живота, а затем стискивая грудь. Дыхание рвётся, и судорожный вдох срывается с губ. Паника завладевает телом, а дрожь кажется вселенским землетрясением. Отпихиваю его от себя, с силой толкая в грудь, и, спрыгнув с парты бросаюсь к двери. Убежать не удаётся. Внезапно оказываюсь прижата к деревянному полотну. Облупившаяся краска колит щеку, а спина пылает от прикосновения крепкого тела.

— Не плохо. А что если так? — шепчет Максим мне на ухо, медленно скользя пальцами за пояс джинс.

Напрягаюсь и начинаю вырываться, ощущая, как он задевает край белья. Дергаюсь, стараясь освободится, но все что получается, так это вывернуться, оказавшись снова к нему лицом.

— Слабовато, — Субботин срывает квадратный пластырь с моей шеи, которым я залепила отметину, оставленную им, продолжая вжимать меня в дверь. — Но, думаю, ты как раз то, что мне нужно. После занятий со мной, ты сможешь дать достойный отпор.

Что за чушь он несёт? Этот тип реально больной!

— Что? — короткий вопрос, это все что удаётся произнести под гнетущим взглядом.

— Я буду тебя тренировать, — отвечает Максим, довольно улыбаясь, и гладит пальцами место укуса.

— Отпусти, — стараюсь говорить твёрдо, но решимости нет совсем, один лишь страх. Этот парень пугает меня. Очень сильно.

— Согласна поиграть со мной?

— Ты... Ты больной. Я не собираюсь...

Его хриплый мягкий смех прерывает мои жалкие попытки что-то сказать. Макс хватает меня за подбородок двумя пальцами и заглядывает в глаза, приближая своё лицу к моему.

— У тебя нет выбора. Лучше уж добровольно. Нам будет весело. Обещаю, — проводит губами по моим, выбивая воздух из легких.

Ярость диким криком разрывает голову, и я бью его коленом между ног. Удар не достигает цели. Максим ловко отскакивает назад, но и этого достаточно, чтобы у меня появилась возможность сбежать. Трясущимися руками дергаю ручку двери, но она заперта. Снова его смех заполняет аудиторию, замораживая меня изнутри. Как он...

— Как только мы договоримся, ты сразу сможешь выйти отсюда.

Разворачиваюсь к нему лицом, еле сдерживая слезы. Он псих. Что ему от меня нужно?

— Мы с тобой не договоримся, — с напускным бесстрашием говорю я, хотя коленки трясутся, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

— Дам тебе три дня подумать, — абсолютно спокойно произносит он, будто уверен, что уже и так все решено.

— Нет, — твёрдо произношу я.

— А я в тебе не ошибся, — говорит ухмыляясь. — Три дня, Лика, — Максим подходит к двери, тем самым заставляя меня шарахнуться в сторону и, отомкнув ее ключом, выходит в коридор.

Обессилено оседаю на пол и слезы все-таки вырываются наружу. Дикая дрожь мешает подняться. Что он имеет в виду? Какие тренировки? Совершенно не понимаю, о чем он говорит. Но одно знаю точно — следует держаться от Максима Субботина, как можно дальше.