Отрава для сердца моего

Размер шрифта: - +

Глава десятая

Глава десятая

Где-то капала звонко вода и этот звук вырывал Ясну из беспамятного тумана. Вода все капала и капала, а она боялась открыть глаза. Ей казалось, что если она откроет глаза, то увидит перед собой пасть этого чудовища, его глаза, горящие ненавистью. Вода продолжала капать и это уже стало невыносимо.

Ясна открыла глаза. Над ней нависал каменный потолок. Где она? Девушка повернула голову и увидела стены из пористого, напоминающего губку, камня. Она откинула одеяло, которым была укрыта, повернулась на бок и села, опираясь руками. Что ж, такая слабость-то? Выпрямилась и рассмотрела помещение, где находилась. Она сидела на жестком топчане, заправленном застиранной простыней, откинутое к стене стеганое одеяло тоже не блистало новизной и чистотой, в изголовье лежала плоская подушка. Впритык к противоположной стене стоял стол, на нем возвышался неуместный здесь канделябр с тремя свечами, рядом притулился колченогий табурет, над столом прибита деревянная полка из неоструганой доски, на ней лежали несколько штук свечей и стояла кружка. Деревянная дверь, обитая железными полосами, располагалась посередине еще одной стены. На четвертой стене, под самым потолком располагалось узкое окошко, сквозь него с трудом пробивались тусклые, редкие лучи солнца, в углу стояла ширма. И эта нарядная ширма, расписанная цветами и яркими птицами, смотрелась здесь неправдоподобной, бредовой, миражной. И именно оттуда доносилась капель. А в противоположном углу от ширмы, за топчаном, Ясна с ужасом увидела крюк и на нем висящие цепи. Это что, кандалы?

Ясна встала и, стараясь не смотреть в угол с кандалами, направилась за ширму. На вбитом в стену штыре криво висел рукомойник в виде чайника с двумя носиками, из его одного носика звонко падали капли в стоящий под ним погнутый тазик, там уже образовалась лужица. Здесь же стояло ведро, накрытое крышкой. Зачем оно здесь? А, понятно зачем. Ясна поправила рукомойник и вода перестала капать.

Девушка развернулась и вернулась к топчану, села на него и, еще раз оглядев все вокруг, задумалась о том, где же она находится. Было похоже на камеру каземата. Она в подвале замка? Или в остроге? А есть ли у волеронов остроги? Или муж заточил ее в подвале замка? Ясна зябко обняла себя за плечи, холод пробирался ледяными пальцами под платье. Она же была в шубе и шале, кто-то снял с нее теплые вещи. Спасибо и на том, что укрыли. Ясна потянула на себя одеяло и закуталась в него.

Что-то загремело за дверью, затем она открылась. В дверь заглянул усатый, немолодой мужчина, посмотрел на Ясну и отодвинулся, пропуская девушку с подносом в руках. Когда служанка вошла, дверь за ней захлопнулась, девушка вздрогнула, чуть не уронила поднос, затем прошла к столу и поставила его на стол. Развернулась к Ясне и поклонилась ей.

— Госпожа, - проговорила служанка дрожащим голосом, - я принесла вам покушать. Я подожду, потом мне велено унести все.

Так, очевидно, она находится в замке. Ясна вспомнила эту девушку, она как-то приносила обед вместо Иды, когда та навещала родню.

— Как тебя зовут?

— Алика, - ответила служанка.

— Скажи, Алика, ты знаешь что-нибудь про Иду? Что с ней? Где она?

— Простите, госпожа, - испуганно сказала девушка, - но мне велено ничего вам не рассказывать.

— Скажи только - она жива?

Служанка кивнула.

— Сейчас день или вечер? – спросила Ясна, гадая, сколько же она провела без сознания.

— Так это, утро еще, госпожа, - ответила служанка, - я вам завтрак принесла.

Ясна откинула одеяло, поднялась и подошла к столу, с сомнением оглядела табурет, села на него осторожно. Алика убрала крышки с тарелок. Что ж, голодом ее муж не заморит, и то уже хорошо.

Поковырялась в каше, отщипнула от сдобной булки кусочек, еле его прожевала и проглотила, сделала несколько глотков чая. Ничего больше в Ясну не влезло. Перед глазами все еще стояло чудовище, вспоминая его, Ясна передергивалась. Да и эта камера не добавляла аппетита. Что ее ждет? Поверит ли ей Амьер, что не собиралась она никуда убегать? В этом Ясна сомневалась. Сама виновата – опять доверилась Аруану.

— Госпожа, - отвлекла ее от горьких мыслей служанка, - если вам что-то нужно, скажите, я принесу.

— Принесешь все, что попрошу?

— Ну, нет, не все - замялась Алика, - может одежду там теплую, белье. И еще мне сказали ведро вынести.

— Не надо пока ничего выносить. Принеси мне теплый плащ или шубу и еще одно одеяло, здесь холодно.

— Ладненько, госпожа, - закивала служанка, - принесу. Еще свечей сказали добавить вам, я сейчас поднос отнесу и прибегу опять, все принесу.

Служанка ушла, забрав с собой поднос. Вернувшись через некоторое время, принесла еще одно одеяло, свечи, теплый плащ, шаль, толстые шерстяные носки. Ясна подумала, что сколько же ее здесь Амьер собирается держать, если так «заботливо» обустраивают, одна ширма чего стоит. А кандалы не убрали. Или это сделано специально, как акт устрашения? Когда он сам появится? Или не хочет ее совсем видеть? И что полагается жене за побег по их законам?

***

Ясна, кутаясь в одеяло, лежала на жестком топчане. Вставать не имело смысла, делать все равно нечего. Судя по еле пробивающимся лучам света из окна, настало очередное утро. Если посчитать сколько раз к ней по утрам заглядывало солнце, то она здесь уже четвертый день. Ее три раза в день кормили, служанка выносила ведро, приносила свежей воды в умывальник, но умываться ледяной водой было мукой. Ясна опять невыносимо мерзла, не спасало второе одеяло, она с трудом переоделась в свежее белье и платье, о мытье всего тела даже не стоило и думать.



Галина Турбина

Отредактировано: 29.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться