Отражение

3

На поверхность, мы выбрались быстро. Оказалось, что всё это время, мы почти у стены пансиона лежали. Как говориться "хочешь что-то спрятать, положи это на видное место". В нашем же случае, это самое "видное место" было порядком замаскировано. Хотя чего ещё от Охотников ждать? Мастера же.

Стоит ли говорить, что со стороны, мы на мертвечину ожившую походили? Вонючие, грязные и злые. Хорошо, что люди нас не видели, а то с них сталось бы за нами с вилами погоняться. В четыре руки, мы поставили "потолок" на место и, не теряя времени, короткими перебежками устремились в лесок.

В молчании, мы шли порядка часа, и наконец, набрели на ручей. Там, в ледяной воде умылись, напились и позволили себе немного передохнуть. Стоит сказать, что спаситель, смыв с себя боевой раскрас, на поверку оказался довольно симпатичным крепким парнем лет двадцати, с серыми раскосыми глазами и россыпью веснушек на лице.

Я уселась у каштана, оперлась об него спиной, и со стоном вытянула гудящие ноги. Как хорошо-то!

 - Далеко ещё?

- Уже нет. Минут десять хода и мы дойдём до входа в катакомбы.

- Катакомбы? - переспросила, невольно подавшись вперёд.

- Да, ходят слухи, тут раньше город стоял. Город Великого.

- Да брось, - усмехнулась я. - Ты веришь в эти сказки?

Собеседник пожал плечами.

- Лабиринт-то остался, - глухо отозвался он.

- А куда остальное подевалось? - поинтересовалась я.

- До начала времён, Великий сотворил два мира. Они были прекрасны, и были они отражением друг друга. И была в них магия. Люди не знали горя и болезней, были они бессмертны, и жили в мире друг с другом. Но со временем, люди стали забывать, кому всем обязаны. Их поглотили пороки: жадность, злоба и зависть. Кровь окропила землю, и тьма завладела сердцами людей. Великий, с болью в сердце смотрел на своих детей, но ничего не мог сделать, ибо для детей своих, он умер. О нём все забыли. Но пришёл день, и люди вспомнили о нём, и решили потребовать для себя ещё больше благ. Великий разгневался. Он уничтожил свой город и навсегда разделил миры. В Верхнем мире, он оставил все свои дары, а вот Нижний мир лишил многого: магии и бесконечной жизни. Поняли люди свою ошибку, и стали молить Великого смилостивиться, но Великий остался глух к их словам. С тех пор, и по сей день, мы пытаемся выпросить прощение.

- Что имеем, не храним. Слышала я эту историю.

- Не веришь?

- Не в этом суть. От моей веры ничего не изменится, и Великий раскрыв объятья, не обратит свой взор на наш прогнивший мирок. Меня больше интересует мирское, касающееся непосредственно меня. Но, признаю. Людям необходимо в кого-то верить. Знать, что кто-то там, возможно, всё же присматривает за тобой и поможет в трудную минуту. Человек так устроен.

- Правду о тебе говорили, - хмыкнул спаситель.

- М-м-м, мне прямо интересно стало, какие же слухи ходят о ничем не примечательной мне?

- Всякое говорят, - со смешком отозвался собеседник, поднимаясь на ноги.

- Эй! Это не ответ!

- Пошли.

***

Стоя у полуобвалившегося входа в пещеру, не внушающего никакого доверия, я поёжилась. Пни и развалится, а быть погребённой заживо мне как-то не хотелось.

- Ну, чего застряла? - спаситель вынырнул из темноты лабиринта с зажжённым факелом в руке. - Опять боишься-опасаешься?

- Не смешно.

- Ага. Смешно будет, когда нас поймают, - согласился тот.

- Слушай, ааа!.. - вскрикнула я, когда меня просто схватили за руку и втащили в треклятые катакомбы.

Оказавшись внутри, я вцепилась в руку провожатого и огляделась. С достаточно высокого потолка свисало кружево паутины, на полу, у самого входа, лежала занесённая сюда ветром листва. Кое-где, на старых стенах, испещрённых трещинами, разросся мох. Жутковатое запустение.

- Насмотрелась?

- Слушай, а ты тут уже ходил? Знаешь все повороты, да? - с запозданием, я решила уточнить, кому вверила свою жизнь.

- Уж тебя, при всём желании не потеряю.

- Ну спасибо.

- Обращайся.

- Нет, я серьёзно. Спасибо.

В ответ получила только кивок.

А дальше были длинные, пыльные, голые коридоры. Они, то расширялись, то сужались, и постоянно петляли. Проходя по ним, я даже подивилась. Вот сколько лет стоят, а внутри почти целы. Спаситель пару раз сверялся с картой, и продолжал уверенно нас вести. Я очень надеялась, что к выходу. Вскоре, пламя факела дрогнуло, и я почувствовала легкий ветер. Неужели дошли?

- Стоять! - рявкнули рядом.
От переизбытка эмоций, судя по скривившемуся лицу провожатого, я слишком сильно сжала его руку. А нечего пугать!

- Твою... чего орать-то? - скривился спаситель.

- Малой?

Я еле сдержалась, чтобы не фыркнуть. Вот значит как. Мелкая, да? Отыграться решил?

- Ни слова, - словно прочитав мысли, предупредили меня.

- Да, я вообще молчу, - заверила я Малого, но всё же прыснула.

От неминуемого членовредительства, меня спас коренастый, бородатый мужчина, вышедший к нам.

- Мирия значит, - протянул он, внимательно осмотрев меня с ног до головы. - Ну, пойдёмте к огню. Нечего тут стоять. Продрогли небось, да оголодали.

Сглотнув, я бросила взгляд на Малого и... пошла. Деваться всё равно некуда.

У выхода из пещеры, полукругом были выставлены кибитки, в центре стоянки разведены костры. На поваленных деревьях, с бурдюками в руках, сидели хмурые Охотники, и как-то не верилось мне, что они водичку попивали. Поодаль стояли стреноженные лошади. Каждый мой шаг на чужой территории, сопровождался внимательными взглядами Охотников, от которых не по себе становилось.

- Легкой охоты вам, - произнесла я, остановившись у костра.

- И богатой добычи, - послышался нестройный ряд голосов.

Мужчина, что встретил нас, улыбнулся, и махнул рукой одному из сидящих. Тот быстро поднялся, наполнил горячей кашей миски и поднёс их нам. Я пробормотала слова благодарности, которая впрочем, осталось незамеченной.



Катерина Зиборова

Отредактировано: 24.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться