Оттенки пахнут прикосновениями

Давний запах роз

8. В любом деле решение — лишь начало. Когда человек на что-нибудь решается, сделав выбор, он словно ныряет в стремительный поток, который унесет его туда, где он и не думал оказаться.

Пауло Коэльо "Алхимик"

      Хантер уставился на меня, замерев на месте, в точности, как и я. Переглядка сопровождалась безудержным дыханием после страстной стычки. Все мои ранения, казалось, исцелились, будто поцелуи и прикосновения этого мужчины являлись своеобразным эликсиром. 

— Прости, мне не следовало... — мистер Бейли лихорадочно провел рукой по волосам и отвернулся, растирая ладонями лицо. 

— Вы не сделали ничего неправильного, — отрезала я, с трудом сглотнув застоявшийся ком в горле, — Иначе меня бы здесь уже не было.

      Я поднялась со стола. 

— Думаю, мне уже пора, — я не знала, куда деть руки, поэтому подняла пиджак Хантера с пола и подала ему.

— Зато я так не думаю, — мужчина обхватил своей рукой мою, теперь мы оба держали в руках элемент его одежды.

— Мистер Бейли, я...

— Знаю, нам нужно было притормозить, я все понимаю.

— Да.

— И я не сделаю больше ничего подобного, Хлоя, только если ты не попросишь, — Бейли швырнул пиджак на кресло и обхватил мои плечи, — Только, пожалуйста, больше не избегай меня.

      Я заглянула в небесные глаза, которые выкрикивали последнюю фразу их обладателя снова и снова. Губы, которые только что чуть ли не разорвали мои на маленькие кусочки, незримо пульсировали, а на шее остался след от моего пылкого прикосновения.

      Я отступила назад и оперлась о стол, не сводя глаз с мужчины. Мои действия показались ему... Странными?

— Правильно ли поняла итог нашей беседы: я на грани исключения? — деловито, сохраняя сдержанность, спросила я, будто бы пять минут назад мы не готовы были съесть друг друга.

      Хантер Бейли усмехнулся и присел в кресло напротив, закинув ногу на ногу и опустив волевой подбородок на свои красивые пальцы, тем самым рефлекторно демонстрируя собственную важность. Я чуть не подавилась слюной от того, как божественно сложено его тело. Картина в кабинете директора оказалась полной противоположностью той, которая здесь транслировалась до нашей... Взаимосвязи.

— Я ведь могу сделать так, чтобы этого не произошло.

— Знаю, — я не позабыла о статусе и влиянии Хантера Бейли, — но я не побегу плакаться родителям, если меня все-таки исключат.

— Ты действительно не планируешь окончить школу? Осталось несколько месяцев, и корочка, которая докажет, что тобой могут гордиться те же самые родители, окажется в твоих руках.

— Эта корочка ничем мне не поможет в жизни.

— Согласен, — кивнул Бейли, — Знаешь, несмотря на шаблоны, которые предписало общество самим себе много лет назад, образование, получаемое нами в учебных заведениях, и эта корочка при выпуске могут убедить почти каждого в том, что ты умна.

— Но почему я должна потакать каждому, следуя навязанным стандартам?

— Потому что иначе тебя объявят врагом традиционного режима, который формировался годами. Я понимаю, что какая-то бумажка не станет справедливым доказательством твоих умственных способностей, но, как директор, я обязан направлять своих учеников в ту сторону, которая является заведомо правильной, согласно нормам противников анархии в мире получения образования.

— Почему бы не рассказать мне о том, что Вы думаете на самом деле? 

— Должен же я хотя бы отчасти действовать, как мне полагается? — я пожала плечами, но безмолвный ответ на курьезный вопрос был положительным, — Если хочешь знать, я уверен, что ты поступишь так, как тебе заблагорассудится, и твой выбор окажется верным.

— А что насчет Вас?

— Меня? Я не очень благополучно окончил школу, а затем бросил университет.

      Я обомлела.

— И не скажешь.

— Вспомни, кто я.

— Да-да, бывший гонщик ночью, но директор заурядной школы днем, — я слегка усмехнулась, заметив приподнятый уголок губ Бейли.

— Доминик многое поведал тебе, не так ли? — серьезно спросил Хантер.

— И я благодарна ему за это, — тон моего голоса приобрел похожую тяжесть.

— Пойми, я был не против рассказать тебе больше, но...

— Я полезла к Вам с поцелуями, — закончила я и опустила взгляд вниз.

      Хантер резко встал и подошел вплотную, приподнял мой подбородок, чтобы контакт глазами снова свел меня с ума.

— Мы больше не будем говорить об этом.

— Хорошо, — выдохнула я, прикрывая глаза.

— Я снова хочу поцеловать тебя, Хлоя, Господи, что ты делаешь со мной? — прорычал мужчина мне в лицо, из-за чего бешеная волна желания пронеслась по телу.

— Я тоже этого хочу, — не успев закончить, Хантер мягко прислонился к моим губам. Теперь поцелуй не казался хищным и отчаянным, наоборот: нежность и чуткость окрылила меня до беспамятства. 

      Как после сегодняшнего мне вести себя с Домиником? Я прервала очередную затяжную патоку между нами и прикрыла рот ладонью.

— Ваш сын... Что, если он узнает? — прошептала я.

— Не хочешь выяснить, что было со мной, когда я увидел вас в тот вечер? — парировал Хантер, и сердце ухнуло в пятки. Легион бабочек в животе, не утихавший до этого, теперь беспощадно разрывал мои внутренности на части.

— Я лучше пойду, — с трудом проскользнув мимо Бейли, я устремилась к двери.