Падшая

Размер шрифта: - +

Глава 1

Я мчалась уже вторые сутки.
Хотелось спать и пить. Забавно – несмотря на тот хаос, что творился вокруг, проблемы остались теми же – недосып и жажда. Значит, в каком-то смысле апокалипсис лично для меня давно уже наступил.

Чёрное полотно пустынной трассы всё неслось под колёса Gunfire, изредка ударяясь о резину мелкими впадинами исчертивших проезжую часть трещин.

Асфальт пока оставался. Однако сквозь него уже проглядывали серые жилки щебня, словно мясо сквозь израненную плоть. А вот с бензином уже начались серьезные проблемы. Я слышала, за него теперь едва ли не убивают.

Ещё наблюдение, пока не забыла -  я разучилась строить предложения. Несколько дней говорю только с собой в своей голове и даже эти скудные мысли постоянно тонут в кровожадном рёве мотора да разбавляются воплями из динамика. Завывание электрогитар, рёв баса и грохот ударных, кричащих на всю округу отражаются гулом в моем опустевшем сердце - облезлый, то и дело дающий сбои и внезапно перескакивающий с дорожки на дорожку диск коллекционного издания не принадлежит мне.

Байк, отражающий лучи утреннего, но уже старательно поджаривавшего пустыню, солнца, тоже никогда не принадлежал мне. Именно поэтому он по-прежнему сиял, несмотря на засуху, царившую вокруг. На его металлической шкуре не было ни единой вмятины, а на хроме и краске невозможно было увидеть даже самого мельчайшего скола.

В отличии от меня. Ветер, несущийся навстречу мне, оседлавшей стального жеребца, яростно терзал черные локоны или то, что от них осталось. Глаза привыкли к потоку воздуха, во взгляде наверняка по-прежнему застыла леденящая пустота. Я увидела ее однажды в зеркале уже после того, как всё случилось. И то, что я увидела, мне не понравилось.

Всё – и байк и музыка и я сама - было тенью, восставшим из забвения призраком человека, которого я так и не смогла отпустить.

Джерри…

***

Выбранный путь лежал через Ранчо дель Панса, стоящее чуть в стороне от трассы, дальше на север до развилки, где мне наконец предстояло решить, куда отправиться дальше: по девятьсот шестьдесят третьей, которая в конечном итоге приведёт к границе самопровозглашённой Республики, или свернуть на Юго-Восток по одиннадцать семьдесят четыре, уходящей к побережью с кровавым ожерельем Свободных Городов.

Ещё через десяток минут пути на горизонте появились очертания построек небольшой деревушки, жители которой, преимущественно, занимались скотоводством, продажей лёгких наркотиков и добытого в Мёртвых Городах оружия. А спустя некоторое время я разглядела и столб чёрного дыма, клубами уходящего в безоблачное небо.

В желудке с прошлого вечера был лишь глоток виски и потому пустыня, одним своим видом усиливающая жажду, уже начинала раздражать. Я жила теперь только будущим и оно, как ни странно, придавало сил. Настолько же, насколько отнимало прошлое. У них была своя договоренность, свой баланс. И сейчас столб дыма, зловеще уходящий в небеса, чуть было не пошатнул это хрупкое равновесие.

Не рискнув поднять тучу пыли, я остановилась на дороге, раздумывая, ехать ли на огонек или не бередить воспоминания. Главный костер своей жизни я еще не забыла и не надеялась когда-либо забыть. Надо же, оказывается, глядя на огонь, я каждый миг ждала его появления - запаха подгорелого мяса, тошнотворного и ужасающего. Он, конечно, не был бы слышен на таком расстоянии, но, каждый раз делая вдох, я напрягалась в ужасе, почти ощущая фантом сладковатого привкуса, навсегда врезавшийся в память и потеснивший аромат его тела. Тела моего Джерри…

Стоило только железному коню сойти с растрескавшегося асфальта на ухабистую колею, как правая рессора тут же жалобно скрипнула, напоминая о своём весьма плачевном состоянии. Байк же, стыдясь за болячку, желая показать своей всаднице что он вполне ещё пригоден для лихих скачек, рванул вперёд, оставляя за собой шлейф поднятой в воздух пыли. Но я успела заметить широкую полосу спёкшейся крови, уже успевшей впитаться в песок и лишь поджарившейся на серой ленте асфальта.

Через полминуты я восседала на чуть повалившемся набок притихшем мотоцикле, наблюдая за тем, как пятеро чумазых мужиков с угрюмым видом растаскивали завалы сгоревшего здания, стоявшего прямо посреди небольшой площади, отделявшей пожарище от остальных построек. Столпившиеся вокруг люди молча смотрели, то ли боясь, то ли не желая помогать. Вскоре толпа стала заметно редеть - желающих помочь извозившимся в саже мужчинам так и не нашлось.

 

Монотонное и совсем уж траурное действо быстро наскучило и мне. Поймав взгляд чумазого мальчишки, стоявшего чуть поодаль и жадно вперившегося в  "двухколесное сокровище", полушепотом, чтобы не привлекать к себе внимания, я процедила:

- Чё у вас тут?
 Тот резко вскинул взгляд и от неожиданности отступил на шаг назад. С секунду лихорадочно соображал, сбежать ли подальше от незнакомки или же поддаться любопытству и заговорить с ней. В конце концов, мотнув растрёпанной шевелюрой в сторону сгоревшего строения, парень улыбнулся, обнажив неровные чуть пожелтевшие зубы, и выдал ломающимся голосом:

 - Это, что ль? - парень вернулся на исходную, шагнув навстречу и сковырнув большим пальцем босой ноги небольшой камешек из дорожной пыли, заискивающе заглянул мне в глаза, а уж потом, нагловато ухмыляясь, произнёс:

 - Есть чё пожрать? Или на байке прокати. Тогда скажу...

Вот что еще можно было от него ожидать?

Мальчишка, высказав свои условия, горделиво приосанился и сложил тощенькие ручонки на груди.

- Ща я вон друзей твоих спрошу, ага? За посидеть на байке, как думаешь, согласятся? – я сделала вид, что потеряла к парню интерес.

- Эта… погодь! - резко выпалил мальчишка и тут же тихо выругался сквозь зубы, запоздало осознав как легко он купился, - Эта, я на посидеть согласен... - шмыгнув носом и утершись разорванным в клочья рукавом потерявшей цвет рубахи, продолжил он и взглянул на меня с такой обидой, что на секунду мне даже стало его жаль. Ха! «Жаль» быстро улетучилась, когда пацан вновь открыл рот.



Эдда Фэй, Денис Вепс

Отредактировано: 23.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться