Парабатай

Размер шрифта: - +

))12((

— Иззи, — постучала я в дверь девушки и тут же заглянула внутрь, — я могу войти?
Девушка отложила в сторону старинную книгу и, кивнув головой, грациозно встала мне на встречу.
— Ты почему не спишь?
Я пожимаю плечами и присаживаюсь в предложенное кресло.
— Смотри, — на моих руках спортивная толстовка, а на вороте рубашки с внутренней стороны кровавый отпечаток букв.
— Магнус Бэйн, — шепчет Иззи, — что это, Клэри?
Я еще раз страдальчески пожимаю плечами и передаю толстовку в руки Охотницы.
— Эта рубашка была на мне во время падения, а этот отпечаток остался на ней после. Алек его видел и не посчитал нужным мне об этом сказать, — с горечью в голосе говорю я Иззи, — почему? Ведь это важно, не находишь? А еще он меня расспрашивал о Тэссе Грэй? Я уже всю голову сломала, какая в этом связь?
Изабель в задумчивости стучит пальчиком по подбородку продолжая разглядывать кровавые разводы на ткани.
— Тэссе, говоришь?
Я без сил киваю головой.
— Я все же думаю, ты его не так поняла, Клэри.
Как же я устала, с трудом удается концентрировать свое внимание на лице и словах Иззи.
— Я его вообще никак не поняла, Из.
Изабель примирительно садиться на подлокотник моего кресла и обнимает за плечи. Слава Богу, у меня есть хотя бы она, человек который стал частью Саймона, а значит и отчасти моей составляющей. Никогда не думала, что эта заносчивая красавица такой терпеливый и вежливый собеседник.
— Из, как ты думаешь, что между нами происходит, — я вздыхаю, — только честно.
Не вижу ее выражения лица, но почему-то точно знаю — девушка улыбается.
— Тэсса Грэй. Уилл Эрондейл, брат Захария, ты помнишь их историю?
Подавляя напряжение, тру виски.
Головная боль не проходит.
— Да, Тэсса любила их обоих в равной мере и выбрала того кто больше другого уничтожал себя, — попыталась я рассудить ситуацию в которой я совершенно не разбиралась.
— От части, — прошептала Иззи мне в волосы на затылке, — они были парабатаями, — знакомо?
В последнее время я, правда, ощущаю себя сумасшедшей, которая не понимает, о чем с ней говорят здоровые люди.
— Ты о том, что Джем, то есть брат Захария знает, как это остаться без….
— Я не об этом, — не выдерживает Иззи, — неужели вы и правда не видите того что между вами же происходит? А если честно, — Изабель выпускает меня из рук и садиться напротив, — это в духе Магнуса Бэйна и если он вернется, весь институт встанет с ног на голову во главе с моим братом.
— Из, но при чем здесь я?
— Он любит тебя, это закономерно, что Магнус хочет вернуть свое.
— Бред.
— Бред для тебя это или нет, но я лучше знаю своего брата, Клэри Фрэй и поверь, он влюблен в тебя и что самое интересное, не боится проявить заботу на людях, а это уже ново.
— Клэри Фэирчайлд, — на автомате поправляю я, и понимаю, что в моей душе не смотря на огромную завывающую бурю сомнений совсем другая фамилия. Я бы хотела оставаться Клариссой Фрэй, носить фамилию мамы или даже Люка. Рано или поздно стать Клэри Эрондейл, но все не вышло. Кларисса Адель Моргенштерн, это камень на моей могильной плите.
— Извини, забылась.
— Ничего. Уже поздно, мне пора. Спокойной ночи Из, извини что побеспокоила.
Практически ничего не соображая, я выхожу из комнаты в довольно темный коридор и, петляя, иду в свою спальню. С каких пор институт стал моим домом? Наверное, с тех, как мама переехала к Люку, и я решила не мешать их маленькому уединенному и такому выстраданному счастью.
— Эй? — на полном ходу я врезаюсь в одного из здешних молодых Охотников и от неожиданности вскрикиваю в голос.
Да, плохая из меня ученица, раз так просто могу подпустить живое существо на такое близкое расстояние, даже не заметив.
— Клэри, ты в порядке?
Еще раз внутренне стыжу себя за то, что до сих пор не выучила всех имен приехавших на поселение новых охотников.
— Да, прости, — вглядываюсь в лицо парня, стараясь вспомнить, знакомы ли мы.
— Мэттью, — правильно трактует мое замешательство он.
— Мэттью, пытаюсь скрыть неловкость я и замечаю, как из-за плеча парня в тени коридора вырисовывается еще одна знакомая мне фигура, — Алек?
Мой новый знакомый дружелюбно улыбается Лайтвуду и протягивает тому руку для пожатия, но его жест остается проигнорированным.
— Три тридцать ночи, — вскидывает Алек брови, явно обращаясь ко мне, и я как завороженная наблюдаю за иссиня-черной челкой, падающей на его глаза, — не поздновато ли? Мэттью? — наконец замечает он парня и, отталкивая его плечом, встает между нами, — пожелай Клариссе спокойной ночи, до комнаты провожу ее я.
Забываю, как именно дышать.
— Спокойной ночи, — киваю я в ответ на пожелание доброго сна новому знакомому и, повернувшись спиной к Алеку, ухожу прочь.



Viktoriya Slizkova

Отредактировано: 22.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться