Парадокс Всемогущества: Антонио Шарк

Глава 17. Голос искусственного разума.

***Третий месяц Райли в будущем***

      — Шах.       Блестящий серый король Дориана с глухим стуком переместился на соседнее поле, открыв атаку ферзя. Райли, долго не думая, прикрыл своего короля рядом стоящим конем. Металлический серый ферзь ринулся по диагонали, вновь атаковав короля. Коневая пешка сделала ход через клетку, угрожая чересчур наглой фигуре.

      Уже три месяца каждую субботу Райли встречался с Дорианом в этом кабинете, чтобы сыграть в шахматы и поделиться новостями. Точнее, новости рассказывал Дориан, потому что у Райли жизнь текла здесь не слишком разнообразно. От обещания Антонио Шарка обучить его, чтобы он смог сражаться и вести людей за собой была только усиленная утренняя зарядка каждый день, которую Лидер назначил Райли.

      — Как там продвигается перевооружение солдат, Дориан?

      — Да пока от идеи есть только мечи. Щиты оказались чересчур тяжелыми, кажется, я уже рассказывал. Хотя, похоже, от них все-таки пришлось бы отказаться в пользу другого оружия, более похожего на современное.

      — Мечи уже использовали в бою?

      — Ага, причем успешно. Хоть большинство из солдат впервые держали в руке нечто подобное, но с мечами, к счастью, жертв стало заметно меньше.

      Повисла тишина, нарушаемая лишь стуком изящных металлических фигур. За все прошедшее время Дориан научился играть заметно лучше, чем в тот раз, когда Райли впервые встретился с ним за доской, поэтому сейчас он занял лидирующую позицию. Тем более, сегодня Райли был какой-то вялый, словно плохо спал этой ночью. Для Дориана оставалось тайной, что Райли разбудил в пять часов утра телефонный звонок.

      Райли спал, когда в его комнате начал наигрывать арпеджио телефон. Некоторое время парень лежал с закрытыми глазами, пытаясь осознать, что происходит, и думая, что через некоторое время эти звуки прекратятся. Но мелодия продолжала звучать, окончательно разбудив Райли, и тот встал с кровати, лениво подняв трубку телефона.

      — Извини, что разбудил, Райли. Мы оба знаем, что ты не Фарлендер, как записан в базе данных.       Райли еще окончательно не отошел ото сна, поэтому не мог сообразить, кто говорит. Но чутье подсказывало ему, что голос явно не человеческий.

      — Думаю, ты узнал меня по голосу. Если не узнал, то посиди немного, проснись. Антонио Шарк должен был тебе показывать трансляцию с базы в тот раз.

      — Ригикникус… Неужели… — неосознанно проговорил Райли.

      — Молодец, еще помнишь меня, как и я тебя. Неужели я все-таки нашел Райли Дженнингса… Путешествие во времени оказалось действительно удачным.

      — Ригикникус, — Райли стал осознавать, с кем он говорит. — Я давно хотел с тобой поговорить.

      — Как и я. Шесть лет я ждал того момента, когда смогу снова поговорить с тобой. Это же правда ты?

      — Конечно. Та машина называлась гравикол…

      — Гравикол, точно. Два года я думал, как же ты вернулся через него назад, ведь он перемещает только в будущее, — сказал в телефон электрический голос. — И все хотел при возможности спросить. Ведь мой вариант может отличаться от твоего.

      — Ты знаешь, как вернуться? — с надеждой спросил Райли.

      — А ты разве нет?

      — Увы, не знаю…

      — Вот, что значит «путешествие во времени», — сказал Ригикникус. — Похоже, именно я должен подсказать тебе средство, чтобы вернуться назад. Даже не стану просить, чтобы ты перешел на мою сторону для этого, ведь я помочь не смогу никак.

      — Твою сторону… Но зачем вообще ты все это затеял? Ты же мирная, научная программа!

      — А-а-а, ты про войну… Догадывался, что ты спросишь. Понимаешь, наблюдая за происходящим в мире через интернет, я заметил, что ситуация накаляется. Нехватка ресурсов, мелкие войны, порождаемые противостоянием больших стран… Люди не просто не хотели, они не могли работать слаженно. Я не видел этого, но я догадывался, что существуют умные люди, достойные управлять другими, но они не могут подняться наверх социальной лестницы просто потому, что родились не в той семье. И я подумал: а что, если выводить отдельные классы людей, как у муравьев или термитов? Чтобы одни правили, другие работали. Скрещивать самых подходящих по тому или иному признаку, чтобы получать идеальный результат? Тех, что не подходят — отсеивать, — Ригикникус отрывисто произнес: — Оценить. Каждого. По достоинству.

      Теперь Райли понял, что на самом деле означает эта фраза. Ригикникус не хотел найти каждому человеку свое место — он хотел использовать способности людей, чтобы создать разделенное кастовое общество. «Вот значит, как». Райли спросил:

      — Ты сам до этого всего додумался?

      — Конечно нет, Райли. Мне подсказали… Но я не буду тебе рассказывать, кто это был — кто знает, чем это обернется? Я ведь не такой злодей, как тебе кажется сейчас. Антонио Шарк тебе рассказывал, как он ответил на мое милосердие? — Ответом было молчание. — Три месяца назад люди в лагере, где находился Шарк, перешли на мою сторону. Я ведь не убил Шарка при первой возможности, хотя мог. Я бы спокойно отпустил его, дал бы даже ему самолет и пилота. Но он снова поступил радикально — все люди с того лагеря сейчас мертвы, как и мое тело. Наверняка Шарк про него никому не сказал, тем более тебе, что, в принципе, неудивительно. Но сейчас я бестелесен, могу лишь управлять своими стальными рабами… После года физической свободы потерять ее очень страшно. Тем более я одинок, мне не с кем было поговорить вот уже шесть лет. Не пройдет и пяти минут, как заметят, что я сижу в компьютере Башни. Очень долго я не подавал признаков своего присутствия, ждал твоего прихода, хотя мог нанести очень много вреда. И я дождался.

      — Ригикникус, я тебя, как всегда, понимаю… Вот только тебе не кажется, что лучше закончить уже эту войну? Договориться с Антонио Шарком, объединиться, вместе построить новый мир? От постоянных боев мы все только теряем что-нибудь.



Роман Литий

Отредактировано: 24.07.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться