Паренек из Уайтчепела

Font size: - +

эпизод шестой.

                                                                      Эпизод шестой.

– Джек?! – не удержался от восклицания инспектор Ридли, выволакивая из-под кровати упирающегося мальчишку. – Ты как здесь оказался? – и тут же потемнел лицом. – Быть не может?! – произнес он уже другим, гневным голосом. – Только не говори, что подросток, еще недавно похваляющийся своим честным заработком, сегодня опустился до злостного грабежа... – Ридли хватанул того за ухо и вздернул повыше, да так, что несчастный Джек с видом затрапезной балерины забалансировал на самых кончиках своих стоптанных ботинок.

– Ай-ай-ай, больно же! Оторвете! – заголосил он испуганным голосом. – Я не виноват, правда. Нечистый попутал, сэр... Это все с горя. – И с дрожью в голосе: – Я мамку три дня как схоронил. Простите меня... – И завыл почти в голос: – Боооооольно же!

Инспектор Ридли выпустил ухо паренька.

– Как это мать схоронил? – спросил он ошарашенным голосом. – Что с ней случилось? Рассказывай.

Джек приложил руку к покрасневшему уху.

– Так чахотка случилась, сэр, – сбивчиво начал он. – Давно уж, не меньше года как. А после смерти Энни ей только хуже стало, – и совсем глухим голосом заключил: – Третий день, как померла.

– А доктор? – возмутился Ридли. – Доктора звали?

– Приходил один... – протянул Джек таким голосом, что всякому стало бы ясно: толку от такого шарлатана, что от козла – молока.

Ридли схватился за лицо, поводя растопыренными пальцами по отросшей щетине.

– Ко мне-то что не пришел? – спросил он наконец. – Твоих денег хватило бы на лучшего из докторов...

Лицо парня скуксилось, как прогнившее яблоко, и он с трудом просипел:

– Так я думал вы это так сказали... – И еще тише: – Для вида только.

Кулаки инспектора безмолвно сжались, подражая его же крепко стиснутым зубам. Джек невольно ссутулился, памятуя о тяжелой руке собеседника – от его затрещин даже затылок ломило. А тут целый кулак...

Мужчина, если и заметил это, вида не подал: развернулся к Дрискоулу, тяжело дыша и сглатывая так, что его кадык заходил туда-сюда, подобно детской карусели, и наконец поинтересовался:

– Сэра Каннинга оповестили о случившемся в его доме?

– Нарочный отбыл еще час назад, сэр, – отрапортовал констебль, и Ридли молча кивнул.

Стиснутые кулаки с усилием, но разжались, и он ухватил парня за второе, еще не отмеченное его цепкими пальцами ухо.

– Отродясь не встречал такого дурака, – процедил он при этом, вперив взгляд в перемазанное лицо Джека. Тот не посмел отвести глаз...

Так они и стояли, пока у парня не затряслась нижняя губа.

– Простите, сэр, – прошелестел он совсем уж жалким голосом.

И Ридли, как бы удовлетворившись этим, выпустил его ухо:

– У матери своей умершей прощения просить будешь... а мне лучше о случившемся расскажи. – И пригрозил: – Да поживее! Пока я тебя в застенке-то не сгноил, крысеныш ты мелкий.

Джек испуганно задышал, словно та самая крыса, загнанная в угол, и, шмыгая перемазанным носом, зачастил:

– Это все случайно произошло, я даже не думал, сэр... – Джек вцепился в свои куцые волосенки. – Сидел на берегу, размышлял о жизни… без матери-то (только накануне ее на погост и свезли), а тут эти... рыжий Джо и его ребята. В округе все их знают, они всякими темными делишками промышляют. Только я с ними никогда не связывался... А тут Джо меня заприметил: «Эй, – говорит, – парень, подзаработать хочешь? Дельце непыльное, а прибыток отменный». Я с дуру и согласился. Подумал, деньги, они отродясь нужны... заработаю побольше да уеду куда.

– Куда? – оборвал его Ридли. – Ты ж лондонская крыса, такие, как ты, не уезжают – так и сдыхают на этой зловонной помойке...

– А я бы уехал, – с уверенностью заявил Джек. – Опостылело все... вот тут сидит, у самого горла, – и поводил по нему ребром ладони.

Ридли хмыкнул, недоверчиво, почти издевательски.

– Дальше что было? – прервал он короткую интермедию в рассказе парня, и тот продолжил:

– А дальше велели лицо сажей вымазать и ждать у Лондонского моста, мол, мне только-то и надо будет, что в окно дома протиснуться да дверь им открыть... Делов-то никаких, я даже запыхаться не успею.

– И что, запыхался?

– Не пришлось, сэр, – замотал головой парень. – Мы когда к нужному дому-то подошли – темно было, что в Вудлендской шахте: ни зги не видно – Джо меня сразу к окну чулана и поволок, сказал, что щеколда там хлипкая, от одного усилия спрыгнет... и тут мы увидели дверь заднего хода, слегка раскачивающуюся на ветру.

– Хочешь сказать, дверь заднего хода была открыта? – удивился инспектор Ридли.

– Именно так, сэр. Открыта. Как будто бы специально для нас приготовленная: заходи и бери, что хошь... – И вздохнул: – Так мы и сделали. Вошли. В доме тишина полнейшая... Только часы где-то тикали. Парни развеселились, мол, бог грабежа благоволит к своим «призракам» ... Тогда-то я и понял, с кем на самом деле связался.

– До этого не знал? – ожег его взглядом Ридли.

И Джек с горячностью вскинулся:

– Не знал, сэр, памятью матери клянусь, не знал.

Инспектор кинул:

– Дальше что было...



Евгения Бергер

Edited: 16.01.2019

Add to Library


Complain