Паркер Джонс спешит на помощь 18 +

Размер шрифта: - +

8

17.КУМИР

Девушку в белом платье Тимми выдворил из шатра. Странное ощущение нахлынуло на Паркера Джонса. Фанатка или мошенница, он пока не понял. Правду или нет сказал о той девушке промоутер из «VAS», но она была так похожа на Софи.

– Пак, сливаем в сеть? – Дэйзи, сунув Паку под нос планшет, пролистала несколько фотографий.

– Отфотошопьте только, – ответил Паркер, покосившись на экран. – Цвет лица поправьте, уберите прыщ на носу. И мускулы мне, что ли, пририсуйте, как у этой, помешанной.

– Все сделаем, – улыбнулась Дэйзи.

А промоутер из «VAS» назойливо пытался попасть Паркеру Джонсу на глаза. Стильно подстриженный, в идеально выглаженном костюмчике «Burberry», сразу видно, что русский. Ходил он осторожно, как кот. Беседовал с Дэйзи и той драчливой дурой. Девчонка все порывалась повиснуть на кумире, но Дэйзи и промоутер деликатно ее удерживали.

Паркер посмотрел часы. Еще двенадцать минут и три секунды из положенных победительнице конкурса. И девицу уведут. И он, слава богу, больше никогда ее не увидит.

– Вы не волнуйтесь, мистер Джонс, – вкрадчиво обратился к Паркеру промоутер. – Конфликт улажен. Ту, другую, с треском выдворили из клуба. Она надолго запомнит.

– Я просил вас не об этом! Хочу, чтобы вы нашли ее и привели ко мне!

Паркер Джонс попытался сказать это жестко, но вышло как–то вяло. Он даже удивился. Сил не оставалось совсем.

– Простите? – промоутер аккуратно поправил шелковый галстук, явно итальянский. – Кого я должен найти?

– Фанатку в белом платье! Что тут неясного! Вы знаете, если бы я мог изъясняться на вашем языке, я бы на чистейшем русском сказал бы то же самое. Мне нужна та девушка! А эту, накачанную, забирайте обратно!

– Мы решим вашу проблему, мистер Джонс. Мы здесь для этого.

Промоутер похлопал по плечу помешанную, показал ей на часы и тут же вывел из шатра. Паркер Джонс обессиленно рухнул на стул и велел Дэйзи нести десерт. Русская кухня… Вот чем они решили его удивлять, не шапкой–ушанкой, не охотой на медведей, не сибирскими горами и озерами в заповедниках, а блинчиками с черной икрой, русской водкой и расстегаями. Но Паркер Джонс предпочел родной бифштекс с кровью и стакан минеральной воды. Блинчики и пироги слопала свита еще в обед.

Да и как–то неуютно в России. В глухой шатер спрятали, нет, сначала огородили отель, еле на балкон удалось проскользнуть… Хотелось поглядеть на них, русских, он слышал, что они двадцать пять лет ждали его.

Тут кто–то из официантов поставил перед ним тарелку, на которой лежал клин торта карамельного цвета, щедро присыпанный пудрой.

– По–русски – шаньга. По–нашему – штрудель. Попробуй, Пак, – заискивающе сказала Дэйзи. – Сахар ты не любишь, но яблоки у русских кислые.

– Что ж, сделаем исключение, – вздохнул Паркер Джонс и воткнул десертную вилку в самый центр клина.

Русский пирог неожиданно понравился. Паркер Джонс с удовольствием ел «шаньгу». За двадцать пять лет успешной карьеры он привык, что все его обслуживают. Дэйзи контролирует звонки и входящую почту, менеджер занимается промо, продюсер – оберткой, именно он делает звучание группы приятным и доступным. Музыканты в студии воплощают его мечты, верят в его идеи. Иногда и свои предлагают. И тогда звучат они намного лучше, увереннее, сыграннее, гармоничнее, эмоциональнее. Группа на высоте, что бы ни писали в фанатских чатах критиканы. Это стадо без личного мнения. Принято ругать – ругают, принято хвалить – хвалят.

От десерта отвлек темноволосый зализанный парнишка в коротком клетчатом пиджачке и горчичного цвета брючках. Он вошел в шатер, показал Алану и Тимми какую–то бумажку и нагло развалился на стуле напротив звезды.

– Вы кто? – с удивлением спросил Паркер Джонс.

– Дмитрий Ивановский. Журнал «Музыкальный магазин».

Паркер Джонс недовольно поморщился. Он ничего не слышал о таком журнале.

– Дэйзи! – подозвал он помощницу. – Проверь.

– Ок. – Дэйзи сверилась с расписанием. – Все верно, Пак. Визит господина Ивановского запланирован. «Музыкальный магазин» – входит в десятку самых читаемых журналов в России.

– Приступим? – спросил журналист.

Паркер Джонс неохотно кивнул.

– Но прежде подпишите вот тут, – Дмитрий Ивановский протянул через стол компакт–диск, упакованный в стандартную пластмассовую коробку.

Паркер Джонс увидел желтый парашют и ему поплохело… Он ненавидел эту свою музыку, эти свои слова, которые с течением времени стали чужими. Через силу Пак пел во время шоу главный хит этого альбома. Пел, правда, хорошо, высоким тембром, к которому все привыкли. Но никто даже не догадывался, что на душе у него кошки скребут.

И группа поддерживала его в этом отвращении. Гитарист нарочно рвал струны, чтобы подпортить хоть чем–то идеально выстроенную мелодию. Не получалось. Ничто великий хит не брало. Ни откровенная фальшь в инструментале, ни сбивчивый барабан, ни нарушенный ритм. Фанаты на концертах как пели вместе с Паком эту песню, так и поют.



Мария

Отредактировано: 12.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться