Из России с любовью

5

Джон

Он проснулся от звонкой трели: надрывался его телефон.

- Да.

- Привет. – Голос девушки казался слегка охрипшим.  – Прости, что не отвечала. Я была в рейсе, а мобильник забыла дома.

Как же все было просто. Она не отвечала, потому что не читала его сообщений!

- Думал, что ты дала мне отставку.

- Даже не мечтай! – Рассмеялась она.

После разговора Джон чувствовал необыкновенное тепло в груди. Он понимал, что это гораздо большее, чем просто симпатия. Он не может без нее. И эти чувства взаимны.

А за окном мела метель, и ярко светило солнце. Британец улыбнулся. «Генерал Мороз», как его назвала The Daily Telegraph, прочно ассоциировался в сознании его соотечественников с почти благоговейным ужасом. Но здесь его называли Простой Русский Дыбак, и Джон уже не боялся этого сплошного ледяного ада, он подружился с ним – знал, как его приручить.

- Чай, Джонушка? – Спросила Мария Федоровна, когда парень спустился в столовую.

Старушка обожала, когда холодным зимним утром вся семья встречалась за столом в натопленном доме.

- О-у-е-е-е. – Радостно пропел британец, садясь на стул и ощущая необыкновенный прилив сил.

Он бросил взгляд на окно.

Морозная сказка с ярким солнцем и искрящимся снегом, который так звонко хрустит под ногами. Очень холодно и очень красиво. Обжигающе красиво, просто потрясно!

В его голове моментально родились строчки новой песни. «Still got a Fire in Me»[1] – он быстро набрал заметку и спрятал телефон в карман.

- С медом и лимоном. – Улыбнулась бабуля.

Он улыбнулся в ответ.

В воздухе витал аромат свежей выпечки, корицы, цитрусовых и едва различимые нотки нового хита. Британец положил руки на горячую чашку и вдруг понял: а ведь вот оно – огонь на кончиках пальцев. Счастье, переполняющее его сердце, ровно так и ощущалось.

[1] Still got a Fire in Me – Во мне все еще горит огонь (пер. с англ.)

Сергей Романыч

- Такие дела, мадемуазель. – Долизав последние капли шампанского со стола и подкрепившись фруктовой нарезкой, Сергей почувствовал себя местным Остином Пауэрсом – уверенным и чертовски соблазнительным. Вот только флиртовать ему было не с кем, кроме старой бабушкиной игольницы, утыканной длинными иглами и булавками, стоящей в шкафу за стеклянной дверцей.

Они так и переговаривались через эту перегородку. Точнее, Сергей говорил, а игольница отвечала ему многозначительным молчанием.

- И я сражен вашей красотой, клянусь. – От его дыхания на стекле оставались облачка конденсата, на которых он крохотной лапкой рисовал сердечки, сквозь которые бросал на объект соблазнения томные взгляды.

И только ежик собрался пописать, чтобы запахом привлечь незнакомку, как звонкий лай противного Зямы заставил его подпрыгнуть на месте.

- Гав! Гав! Гав! Гав! – Это чучело с блестящими черными ушами носилось, царапая когтями пол, и громко лаяло.

- Да что стряслось? – Устало фыркнул ежик.

- Гости! Гости! – Высунув язык, сообщил Зяма.

Звонко тявкнув, он снова убежал в прихожую.

- О, мои птички певчие! – Радостно приветствовала вошедших Мария Федоровна. – Проходите, ребята! Хорошо, что приехали! Устали, небось, после своих корпоративов новогодних? Ничего, бабуля сейчас вас накормит, в баньке попарит, в Контру обыграет. Ярик, Боря, Никитка, Миша, Леся, проходите, солнышки мои!

Сережка приготовился свернуться в клубок, разглядывая незваных гостей. Вошедшие люди громко шумели, скалились, занимали все доступные поверхности, рассаживались на стулья. Одно радовало: сейчас стол опять заставят едой, и можно будет чем-нибудь поживиться.

- Мария Федоровна, а куда мне поставить клетку с моими девочками? – Спросила гостья. – Не с кем было в этот раз оставить, пришлось возить сестричек с собой.

- Ставь сюда. – Указала старушка. – Не замерзли?

- Нет, у них внутри флисовый домик с обогревом.

- Вот так. Сюда. Хорошо.

- Вы точно не против?

- Я? – Мария Федоровна как-то странно хрюкнула, искоса поглядывая на носящегося по гостиной пса. – Что ты, нет! У нас тут где-то еще Сережка бегает. Так что не скучно будет твоим девчонкам.

Сережка насторожился. Нетерпеливо вытянул носик, втянув запах, исходивший из домика. И вдруг все его иголки встали по стойке смирно.

- Молли, Долли, ну-ка, выходите! – Пропела блондинка. – Познакомьтесь с бабушкой.

Сначала из флисового кокона показался черный блестящий нос. Затем… еще один. Они появились, как две богини Афродиты, ступающие медленно и лениво на землю из пены морской. Белая шерстка, длинные упругие иголочки, изящные лапки с элегантными коготками.