Парящий замок (обитель чародея Тарна)

Приложение. Афганистан.

Штаб квартира Министерства обороны Великобритании, Лондон, Уайтхолл, 2009 год.

      — Серия взрывов в Манчестере доказала то, что наш незримый противник чрезвычайно хитер и опасен. — Генерал Николас Хаугтон, начальник штаба обороны ВС Великобритании, сделал многозначительную паузу, во время которой собравшиеся в комнате переговоров журналисты начали ускоренно делать заметки в своих блокнотах. — Наш новый враг обратился к еретическому оружию — магии, что само по себе отбрасывает методы ведения боевых действий на двести, а то и на триста лет назад, и наша армия совершенно не готова к такому повороту. — Щелканье камер и многочисленные вспышки, Хаунгтон хмурился, глядя на листок перед собой и пытаясь прочесть напечатанный текст. Прочистив горло, он продолжил:

      — Трудно вести войну с тем, кто не пользуется мобильными телефонами, электронной почтой и добровольно отказывается от современных технологий, предпочитая передавать инструкции из уст в уста и пускать в ход карточки со смертельными проклятьями. Чародеев невозможно вычислить в толпе, как и их безликие создания. — Генерал снял очки и посмотрел прямо в многочисленные объективы камер. — Наши солдаты льют сейчас свою кровь в Афганистане, пытаясь остановить эту тьму с востока. Мир уже сейчас должен объединиться и приложить все усилия к тому, чтобы халифат никогда не получил власть над миром. Агенты специального назначения уже проникли в террористическую сеть, и теперь стало доподлинно известно, что с нами ни в какие переговоры вступать не станут, ибо неверные, не признающие истинную веру — должны умереть. — Как только Хаугтон закончил фразу, ролик оборвался, и вновь появилась заставка BBC News.
 

***

Афганистан, пустыня Регистан, провинция Нимроз, двумя часами позже.

      — Я слышал, что командование распорядилось прислать в каждый отряд по одному колдуну, видимо правительство все еще надеется обойтись без привлечения верховных чародеев.

      Ник Фокс — младший капрал, закрыл вкладку сайта BBC и встал из-за стола, при этом слишком громко отодвинув стул, тем самым привлекая внимание единственного собеседника, что склонился над походным ранцем.

      — Ты прав, — отвлеченно вторил полковник отряда Разак, положив в походный ранец бутылку солодового виски «Шивас Ригал». В голове этого старого вояки звучал приказ, пришедший по факсу меньше часа назад, в котором сухим официальным тоном говорилось о том, что его отряд снова перебрасывали дальше на юг. Их новой целью ставили сбор информации и обеспечение прикрытия отряду Дельта, — как по мне, так уже поперек горла все эти нововведения, лучше бы думали над тем, как установить постоянную связь с отрядом Дельта, который застрял в зоне аномалий.

      Младший капрал удивленно посмотрел на полковника:

      — Неужели слухи о том, что Дельта напал на след Аль-Кур не вымысел?

      — Откуда мне знать? Капитан Джон Уотсон две недели не выходил на связь, возможно, он и его отряд уже давно мертвы, а в том месте, где они остановились, нас поджидает целая армия этих чертовых созданий, — раздраженно произнес полковник Разак.

      — Также докладываю, что из управления Лондона вновь просят в срочном порядке прислать отчет, с подробным описанием существ, напавших на нас.

      Полковник нахмурился:

      — Все сведения, что имелись в нашем распоряжении, были высланы им в предыдущем отчете. Или они полагают, что безликие нападают на нас каждый день? — он закрыл ранец. — Пусть Джек заводит двигатель вертушки, через десять минут вылетаем из лагеря.

      — Разве не безопаснее было бы лететь утром, сейчас глубокая ночь?..

      — Младший капрал Фокс, — резко оборвал полковник, сделав резкое ударение на его звании, — я не нуждаюсь в советах. Если я сказал, что вылетаем через десять минут, значит никаких пререканий быть не должно. Соблюдайте субординацию!

      — Да, сэр! — Фокс отдал честь и стремительно покинул палатку.

      Как только младший капрал скрылся из поля зрения, полковник устало сел на складной походный стул, стоявший рядом с единственной лампой. Подперев голову, Разак постарался сосредоточиться, но странное иррациональное паническое чувство, которое он испытывал, заставляло его мысли обращаться то к Богу, то и вовсе к жене и своим детям, которых он не видел семь бесконечно долгих месяцев. Как бы странно ни звучало, но ни один военный не признается, что страх приходит только с наступлением второго или третьего боя. Сейчас он чувствовал себя трусом, которому предстоит распоряжаться десятками жизней и отвечать не только за самого себя, но и за бойцов, которые отправятся на выполнение операции вместе с ним.

      Глянув на свои наручные часы и произнеся одними губами молитву, Разок резко поднялся со стула, подхватив с пола походный ранец. Быть в такие минуты одному губительно для душевного равновесия.

Выйдя на холодный воздух, который юркой мышью проник под куртку и пробежался вдоль позвоночника, Разак поморщился. Из-за резкого перепада температуры свело челюсть, но силой воли он поборол инстинктивное желание стучать зубами.

      — Полковник, — один из солдат, стороживших лагерь, мгновенно отдал честь. Разак лишь кивнул, стараясь всячески игнорировать то, что происходило сейчас в его голове. Его пугали собственные мысли и желание сбежать, которое прежде никогда не возникало.

      Послужной список полковника Разака был идеальным, ни одной проваленной миссии, самый высокий показатель психологической стойкости, ровно как и гарантия выживания его солдат. Все это было достойно похвалы, но то, что происходило сейчас… Военный не мог понять, что могло оказать столь губительное влияние на его разум. В какую минуту все пошло не так? Закрыв глаза, в памяти вдруг предстала панорама той ужасной ночи, того, как ночное небо озарил залп ракеты, и появились они…

      — Вам плохо? — настороженно решил поинтересоваться солдат, но полковник лишь отрицательно мотнул головой и увереннее перехватил лямку рюкзака.

      Та же форма, те же жесты, вот только глаза… в них не было ни капли человеческого, бесконечная бездна, сотканная из боли и едва сдерживаемой ярости. Тот, кого полковник принял за Стивена Суэггера — офицера-австралийца, который отличился в военной компании в Ираке, и с которым Разак уже воевал плечом к плечу — уже им не являлся.

      Автоматная очередь хлестнула по солдатам, Стивен превращал своих товарищей в дергающихся марионеток. От предсмертных криков стыла кровь в жилах, Разак в первые несколько секунд растерялся, не в силах поверить в происходящее. Меньше чем через минуту на земле уже лежали десятки мертвых тел, навсегда застывших в неудобных позах.

      Воцарилась гнетущая тишина. Стены амбара были щедро раскрашены кровью. Стивен не пожалел своих пуль ни для кого…

      Раздался лай собак, и Разак вздрогнул, мгновенно выпадая из воспоминаний, и посмотрел в ту сторону, где предположительно находился источник шума.

      Несколько дежурных побежали на проверку, на бегу снимая автоматы с предохранителей. Полковник Разак тотчас выхватил свой укороченный Armalite M4 из кобуры, расположенной под левым плечом, и двинулся следом. Поскольку в перечень его обязанностей входило обеспечение того, чтобы все проблемы решались, причем не важно как и какие. В длинном подствольном магазине его самозарядного автомата были двенадцать спаренных патронов 12-го калибра. В каждом патроне девять свинцовых картечин 32-го калибра. Меньше чем за три секунды Разак мог выпустить сто четыре пули и тем самым быстрее всех решить любые проблемы.

      Когда полковник прибыл на место, собаки истошно лаяли на амбар для самолетов и рычали, стоило только людям приблизиться к нему. Полковник догадывался, что, возможно, это как раз то, чего он опасался, но не пристало военным сдаваться без боя.

      Один из солдат все же решился открыть двери ангара, но ничего определенного разглядеть в кромешной тьме не удалось, а блеклые лучи карманных фонариков едва ли могли давать полную картину.

      — Делимся по двое и обследуем, — приказал Разак, доставая из нагрудного кармана фонарик, — если вдруг встретите человека, не медля задайте ему вопрос, если молчит, стреляйте, иначе будет поздно, ясно?

      — Да, — хором ответили солдаты и, разделившись, вошли в ангар. Разак недовольно смотрел на четырех овчарок, которые кружили возле входа и жалобно скулили. Полковник плюнул, включил фонарик, направляя его перед собой, и вошел.

      Первые три минуты ничего не происходило и те, кто вошел в амбар с разведкой, уже решили, что это ложная тревога, однако рядом с «Черным ястребом»* обнаружилось кое-что странное.

      — Кошки? — сержант посветил на пол ангара, где рядом с боевым вертолетом действительно обнаружилось сразу пять представителей семейства кошачьих.

      — Странно, — один из солдат протянул руку вперед, желая, дотронуться до одной из них, но Разак вовремя подоспел и одернул его.

      — На вашем месте я бы не стал доверять ничему, что может повстречаться в этой пустыне.

      — Сэр, это ведь животные, обычные коты и кошки, — попытался оправдать свою беспечность боец, но полковник оттолкнул его, сам же встал впереди, заслоняя своим тело солдат. Маленькая и, как выяснилось, очень сердитая стая кошек немедленно зашипела на него, учуяв исходящую от людей угрозу.

      — Лучше нам отойти, — тихо произнес Разак, делая шаг назад и наблюдая за тем, как животные выгибали спины и каждым движением своего тела выражали гнев и недовольство.

      — Мы им не нравимся… — прокомментировал один из солдат и почти сразу после этого заключения, как бы в доказательство, все присутствующие стали свидетелями удивительной метаморфозы: стая из пяти кошек вдруг превратилась в огромных зверюг, скалящих на них мощные клыки. Но это было далеко не всё. В конце ангара зажегся огонь, и словно из ниоткуда появились безликие. Они выглядели точно так же, как вошедшие с полковником бойцы. Разак увидел среди этих созданий самого себя, своих товарищей и подопечных. В голове мелькнула шальная мысль, что стрелять неправильно и бесчеловечно, это дико для человеческого осознания, но если не ты…

      Разак решил, что рычащие исполинские кошки сейчас представляли для них чуть меньшую опасность, ведь стоит его отряду разъединиться, так эти безликие твари запутают всех и в перестрелке может пострадать настоящий человек. Глаза его вызывающе горели, а страх прошел…

      Бой был заведомо проигрышным, да и откуда полковнику и людям, что вошли в ангар, было знать, что безликие давно окружили их боевой лагерь, что сражение за собственную жизнь шло не только там, но и за пределами металлических стен.

      В ту ночь погиб весь отряд под непрерывным огнем их же орудий. Полковник Разак бился из последних сил, но безликие твари все появлялись. В ту ночь этот человек успел убить не только своих друзей, но и свою жену, двоих детей… всех дорогих сердцу людей, в которых то и дело превращались безликие.

      Разум его помутился и он выстрелил в самого себя.

      На рассвете ветер с провинции Нимроз понес на север приторный, удушливый запах разложения. Солнце быстро высушивало трупы, и через неделю не осталось уже ничего, кроме скелетов, облаченных в непомерно большую одежду и бронежилеты.

________________________
      *«Черный ястреб» — Sikorsky UH-60 «Black Hawk» — многоцелевой вертолет, являющийся одним из самых лучших в мире. Грузоподъемность: 1500 кг грузов и различного оборудования внутри грузовой кабины или до 4 тонн на внешней подвеске. Десантная версия принимает на борт 14 бойцов. Боевая нагрузка ударных машин: 2 пулемета, 4 точки подвески. Стандартный комплекс вооружения — НУРСы, противотанковые «Хеллфайры», контейнеры с 30 мм пушками. Морские версии вооружаются 324 мм торпедами и противокорабельными ракетами AGM-119 «Penguin».