Паства

Размер шрифта: - +

Пролог

Двадцать лет назад я поклялась, что нога моя больше не переступит порога церкви.

Я никогда не была особо религиозной. В нашей семье не было принято молиться перед едой или сном, ходить в церковь по воскресеньям и справлять праздники. Мы не отрицали существование Высших Сил, только не желали разбираться в этом детально. Считали себя современной семьей, далекой от предрассудков.

Так было до тех пор, пока мы с Викки не оказались в Блесстауне.

Двухтысячный год для кого-то стал началом новой эры и надеждой на счастливые перемены, но не для нас. В тот год мы потеряли родителей. Случай до боли банальный: автокатастрофа. Они возвращались из ресторана. Папа выпил совсем немного, но этого хватило, чтобы потерять контроль над машиной. Лил сильный дождь, автомобиль занесло, и он слетел с обочины. К тому времени, как приехали спасатели, родители уже умерли.

 После похорон мы с Викки решили уехать из Чарльстона. Там все напоминало о них. «Чтобы начать новую жизнь, сперва надо сменить обстановку», — так всегда говорила сестра. И мы приняли решение переехать в другое место.

 

Блесстаун, как всегда, красив и спокоен. Здесь почти ничего не изменилось за прошедшие двадцать лет. Хотя листовок о пропаже людей стало значительно меньше. Значит, никому не пришло в голову продолжить дело этого сумасшедшего. По крайней мере, хочется в это верить. Хочется верить, что Блесстаун, наконец, благословил кто-то свыше и смыл с него грязь и кровь[1].

Я долго думала, стоит ли сюда входить. И решила, что стоит. В конце концов, это совсем другая церковь. За двадцать лет я поняла, что глупо избегать их все. Глупо цепляться за прошлое, когда твой путь еще не окончен.

В будние дни здесь почти безлюдно. Я робко уселась на скамью в первом ряду, и взгляд тут же приковался к алтарю, за которым возвышалось распятие. Сколько же времени понадобилось, чтобы я вновь могла смотреть на него без страха и отвращения! Сейчас оно даже успокаивает, расслабляет. К общей атмосфере еще предстоит привыкнуть и окончательно убедить себя, что это просто церковь.

— Лилит Нолан. — Кто-то сел рядом так тихо, что я не заметила, хотя за последние годы научилась быть внимательной и улавливать самые мелкие детали. — Давно не виделись.

Вздрогнув, я повернула голову. Бенджамин Питерс — местный священник. Помню его совсем юношей — выпускником семинарии. Тогда он только готовился стать проповедником и краснел всякий раз, когда отец Гленн разрешал ему вставить пару слов в свою речь. Теперь Бенджамин уверен в себе, и во взгляде у него появились мудрость и смирение. Сколько ему сейчас? Должно быть, немного за сорок. А виски уже тронула седина. Что ж, эта работа только кажется легкой.

— Отец Бенджамин, — тихо ответила я и почему-то почувствовала облегчение, глядя на его легкую улыбку. Никогда не думала, что придется обратиться к нему таким образом. Все это время он оставался в памяти малышом Беном. Но теперь мы оба выросли, и каждый пошел своей дорогой. Он добился желаемого, а я? Даже не знаю, кто я теперь. Женщина с поломанной судьбой и прокля́тым именем, принесшем мне больше горя, чем свалилось бы на голову, зови меня как-то иначе.

— Как давно ты... — Бенджамин осекся, но я поняла, о чем он хотел спросить.

— Освободилась? — Я чуть приподняла правую бровь. — На прошлой неделе. Не думала, что ноги принесут меня в церковь, но рада, что получила возможность с тобой попрощаться.

— Попрощаться? — Его лицо вытянулось.

— Я уезжаю из города. Не могу оставаться здесь после всего... ну, ты знаешь.

— Лилит, прошло уже двадцать лет. Эта история забылась. В Блесстаун пришли добрые времена.

— Я рада. Но воспоминаний слишком много. Я не из тех, кто может с ними жить. Однажды я уже переехала, убегая от мыслей о родителях.

— Так, может, пора перестать бегать? — Бенджамин ласково взял мою ладонь в свою. — Оставь прошлое в прошлом и живи настоящим.

— Не могу. К тому же, я все решила. Поживу у подруги в Спенсере, пока не найду работу и квартиру. За это время, надеюсь, кто-нибудь купит мой дом. Спасибо, что присматривал за ним, пока меня не было.

— Надеюсь, ты будешь иногда навещать старого друга, — грустно улыбнулся Бенджамин.

Я сжала его ладонь.

— Может, мы еще увидимся. Рада, что ты получил то, о чем мечтал. Уж проследи, чтобы никто не заварил кашу, как двадцать лет назад.

Бенджамин с улыбкой покачал головой.

— С этим покончено. И, знаешь, это все благодаря тебе. Неизвестно, сколько бы это продолжалось, не поступи ты так... как поступила.

— Я убийца, Бен. — В глазах появились слезы. — Понимаю, что другого выхода не было, но это не успокаивает. Мои руки в крови.

— Те люди были монстрами...

— Ты священник! Не оправдывай мой грех! — Голос оказался слишком громким для этого места. Я мгновенно замолчала, испытав стыд.

— Я не оправдываю. Но Господь все видит. Он тебя помиловал.



Aili Kraft

Отредактировано: 11.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться