Паук приглашает на танец

Font size: - +

Главы 28-30

Глава 28

 

Как оказалось, граф выражался вовсе не фигурально, когда сказал, что леди Фабиана охрипла от криков. Её голос действительно потерял прежнюю чистоту и звучность. Она то и дело откашливалась, прочищая горло. Я заметила, что взгляд мистера Дрейка обрёл большую осмысленность по сравнению со вчерашнем днём. Не ускользнуло это и от внимания Дезире. Началось с того, что она обратилась к нему с пустячной просьбой – помочь застегнуть браслет - но тут же одернула себя, видимо, решив, что тот не посмеет отлучиться от графини дальше отбрасываемой ею тени. К удивлению гостьи (а ещё больше самого мистера Дрейка), он довольно легко исполнил её просьбу.

Леди Фабиана, наблюдавшая эту сцену, окликнула его, и мистер Дрейк немедленно повиновался. Но на его лице застыло всё то же недоуменное выражение, будто он и сам поразился своей самостоятельности. Ещё несколько подобных эпизодов, и Дезире крепко задумалась. Потом позвонила в колокольчик и велела прибежавшей на зов Норе принести абрикосового сорбета.

- Вы составите мне компанию, леди Фабиана? - любезно обратилась она к хозяйке.

Графиня потёрла горло и метнула в неё убийственный взгляд:

- Что за дурной вкус.

- А вот я бы не отказался, - бодро отозвался мистер Дрейк. – Принесите и мне порцию. Да, и захватите вообще чего-нибудь перекусить. Рисовый пудинг и хорошая баранья лопатка придутся как нельзя кстати. Кажется, со вчерашнего дня крошки во рту не было… Я вообще не помню, когда ел в последний раз, - ошеломленно закончил он.

- Нет, Дамиан, - повелительно повысила голос графиня и тут же закашлялась. – Что за плебейский выбор.

- Но всё же…

Леди Фабиана вздёрнула брови, и он немедленно умолк, но вот это «но всё же» не укрылось от цепкого внимания Дезире. Было видно, что и графиня раздосадована.

- Нора, принеси мистеру Дрейку фаршированных перепелов, печеный картофель и йоркширский пудинг.

- Слушаюсь, миледи.

В этом месте я их оставила, решив воспользоваться советом мистера Фарроуча и действительно провести эксперимент. Пока Симона отвернулась, я стащила нож и слегка порезала себе палец. Стоило красной капле проступить на месте лопнувшей кожи, и поверхность колокольчика с надписью «Мисс Аэнора Кармель» помутнилась – совсем как утром, когда я неважно себя чувствовала. Я надавила сильнее, и к потертости прибавилась ржавая сеточка. Обратный эксперимент я проводить не стала.

К вечеру Иветта засобиралась в деревню. Беула с тоской наблюдала за её жизнерадостным порханием по кухне.

- О, прости, Беула, - спохватилась счастливица, - но это ведь не последние танцы. Ты ещё сходишь.

- Схожу, - мрачно согласилась Беула. – У нас ведь что ни день пляски устраивают.

Она вышла проводить нас на крыльцо:

-  И гляди, чтоб Гален не слишком веселился там без меня, - напутствовала она.

- Непременно, - прощебетала Иветта, - нарочно ему ноги отдавлю, чтоб лишнего не танцевал.

И мы отправились в путь.

Погода стояла привычно пасмурная, кобальтовые облака стелились так низко, что, казалось, протяни руку и ухватишь клок сумрачной дымки. Замок казался каким-то притихшим. Унылые серые окна следили за нами настороженными глазницами.

Когда мы шли к воротам, среди кустов мелькнул синий бархат.

- Да, ты просто ослеп! – с раздражением шипела Дезире невидимому собеседнику, на местоположение которого указывали только покачивающиеся ветви. – Как ещё это можно объяснить?

- Ты не можешь знать наверняка, - возразил мужской голос, в котором я узнала мистера Дрейка. – Это чушь! Да, хоть бы и так, что с того? – с вызовом закончил он.

- Ну, раз нравится быть посмешищем…

Заслышав на дорожке наши шаги, они понизили голоса и углубились в садовый лабиринт.

В пути Иветта что-то весело напевала и, вместо того, чтобы обходить лужи, грациозно их перепрыгивала, выкидывая ножки в танцевальных па. Забрызгав во время одного особо изящного пируэта подол, она досадливо поморщилась и пристроилась рядом со мной, стараясь ступать чинно, как и положено приличной юной девушке в предвкушении танцев. Я как бы невзначай поинтересовалась, что она думает о неприятности с испорченным портретом.

- Ох, жалко-то как! – всплеснула руками она. – Хозяин на нём сущий ангел!

Я навела её на подробности, и вдруг выяснилось, что граф светловолос, широкоплеч, голубоглаз и вообще подозрительно похож на одного моего знакомца из деревни. Ранее этот же вопрос я задала по-отдельности Норе, Симоне и Беуле, и каждая из них подтвердила, что хозяин необычайно хорош собой, прямо-таки самый красивый мужчина, из всех кого им доводилось видеть… вот только каждая описала его по-своему. Выяснилось, что Кенрик Мортленд невысокий, но жилистый, и с рыжими вихрами, но при этом здоровенный усатый брюнет, гладковыбритый, но с окладистой бородой.

Поскольку к этим описаниям я могла прибавить ещё и своё, то поняла, что моя догадка верна. Открытие меня возмутило: какая нечестная игра! А, главное, как он это делает? Как обходит императорский запрет?

Едва закончив отвечать на вопросы о графе, Иветта взялась за меня:

- А вот у вас, мисс Кармель, - озорно подмигнула она, - признайтесь, кто-то есть, там, дома?

- У меня нет кавалера, Иветта, если ты об этом, - я осторожно обошла ямку с мутной жижей, в которой расправлялись красные нити глины. – У нас с этим сложно.

- Отчего же? Вы, пусть и не красавица (ой, простите, но совсем ведь необязательно быть раскрасавицей, чтоб поклонник сыскался. Напротив, иногда совсем вредно!), но девушка воспитанная и знающая. Наверняка, и про вас сыскался бы жених.

- Всё не так просто… За всю жизнь я встречала лишь двух мужчин нашего вида. Одним был почтенный директор нашего интерната…



Варя Медная

Edited: 18.08.2015

Add to Library


Complain




Books language: