Пепел порталов. Fatum

Глава 6

Вторая неделя пребывания Гая в Эндернерде походила к концу. Он уже немного привык к местным жителям. Однако все, что касалось жизненного уклада и быта по-прежнему приводило лекаря в полнейшее замешательство. Он не понимал, как можно употреблять в пищу яйца ящериц и варанов, которые еще и пели, когда неслись и эти звуки были похожи на звуки губной гармошки. Он не мог привыкнуть к дополнительному языку альбиносов – языку жестов, без которого, в нем сразу же распознали бы чужака. Еще Гай страдал без выпечки, не слишком успешно заменяя свои любимые булки, лепешками из бадусовой муки. Ему приходилось мыться в реке и там же бриться, глядя на свое отражение в луже. Лезвие, которое ему одолжил староста, было хорошо заточенным, потому что в деревне было аж два точильных камня. Если бы Гай так сильно не скучал по родному Твиндорру, то наверняка нашел бы в пребывании среди альбиносов некоторые плюсы. Ведь у него был кров над головой, еда и хорошая компания в лице старосты и Кворка. Вдобавок, жители деревеньки хорошо относились к нему, не считая нескольких горлопастых мальчишек, которым все равно кого задирать – лишь бы продемонстрировать браваду. Гай не реагировал на их подначки, а Кворк, становившийся пару раз свидетелем подобных дразнилок, вспыхивал словно спичка, грозясь привязать их к позорному столбу на пригорке.

Когда Гай с Кворком оставались один на один, любопытный альбинос выспрашивал о традициях Веллара и очень удивлялся всем тем вещам, о которых рассказывал новый знакомый.

– Хочешь ко мне в гости? – как-то спросил его Гай.

Поджигатель недоверчиво улыбнулся:

– Шутишь? Альбиносы Квинты в жизнь не разрешат мне.

– Да кто они такие, чтобы разрешать? – возмутился Гай.

– Они хранители порталов, путешественники по мирам, – в голосе Поджигателя проскользнула нотка зависти. – Я тоже попробовал бы, но к таким, как я лик Фатума не поворачивается.

– Но я же попал сюда! – возразил Гай.

– По чистой случайности. И, судя по всему, ты не очень счастлив.

– Да, правда. Но равно все, я не понимаю, зачем той Квинте препятствовать желающим путешествовать сквозь… точнее, между мирами.

– Как тебе объяснить. Это особая каста, приближенная к имперру Хейдну. И среди Квинты нет места чужакам вроде меня или даже тебя.

– Но как я понимаю, подобные путешествия не только их привидения.

– Привилегия, ты хотел сказать?

– Да, точно! Неужели они не одни такие… путешественники?

– Да, – нехотя согласился Кворк. – Есть еще ковен «Телос». На них работают два тригерита.

– Кто такие и чего добиваются? – Гаю было не интересно, однако он спросил, чтобы лишний раз практиковаться в этвасском. Ведь может статься, что Кворка рядом с ним не будет и что тогда? Привет разоблачение и прощай навеки любимый Твиндорр?

Выражение лица Кворка приняло страдальческий вид. Он явно не любил отвечать на подобные вопросы, но отвечать пришлось.

– Я уже говорил тебе, что многие имперрусы хотят на Фатум. А ковен Телос бьет этим хотельникам по рукам. У них и последователи есть и все убеждены, что Фатум нужно охранять от любых посягательств альбиносов, что наше место здесь. «Мать Флора не оставит своих детей» и все такое. Но по мне так это все вранье. Все хотят на Фатум: и ковен и мы, простые альбиносы, и «Волчья квинта» всем своим малым составом. Только портал открыть не могут.

– А нишкрукхи тоже хотят на Фатум?

Кворк вздрогнул и снова процедил сквозь зубы;

– Еще как!

– Кто такие имперрусы?

– Имперрусы – это все мы, жители империи. У нас была империя до войны с нишрукхами. А после войны все полетело к Церберу и Ехидне. Империя едва не раскололась.

– А что там за какой-то ковен?

– Группа фанатиков, хранители старинных устоев. Официально ковен не подчиняется имперру и тот сильно негодует по этому поводу, потому что опасается раскола Империи. Ведь во время войны у них появилось много последователей. Одно могу с точностью сказать: ковен «Телос» враждует с имперрусами и Квинтой, зато дружит с нишрукхами.

– Расскажи о них. И о кентабрах, – попросил лекарь. Вот здесь он не слукавил. Ему действительно было любопытно узнать о странных существах. Но больше всего Гай интересовали их черепа. И еще он с радостью заполучил бы скелет кентабра для домашней коллекции.

Гай приготовился выслушать интересную историю, но Кворк разочаровал его, напрочь отказавшись давать какую-либо информацию.

– Одно скажу, если увидишь нишрукха или кентабра, беги прочь со всех ног. Вот тебе мой совет, – Кворк поднялся и ушел, оставив Гая на пустынном берегу горной реки.

«Вероятно, они сильно надоели Кворку, – подумал Гай. Он вел себя точно так же как Гай, когда Поджигатель выспрашивал у него про револьвер. А Гай нехотя отвечал на вопросы об оружии его мира. – Интересно, здешние тригериты… или как их там?.. уже успели прихватить с собой парочку револьверов? Судя по вооружению нишрукхов и встреченных нами имперрусов, вооружение у них так себе», – думал Гай, вытаскивая из-за камня спрятанную вощеную дощечку. Правда, как потом объяснил Кворк, на дощечке был вовсе не воск, а специальная смесь из сока синего гриба и глины, абсолютно безвредная и временами даже полезная, ибо та смесь облегчала приступы подагры.