Пепел порталов. Fatum

Размер шрифта: - +

Глава 11

Когда воздействие вещества похожего на хлороформ сошло на нет, Гай, держась за гудящую голову, осторожно поднялся и обошел помещение. Понятное дело, что здесь он никого не обнаружил. Элислая была всего лишь иллюзией. Лекарь прекрасно помнил о побочных действиях алхимических паров, и самыми распространенными из них были галлюцинации.

«Но почему мне привиделась она, а не кто-нибудь другой?» – недоумевал Гай, шагая к лавке и держась при этом за стеночку. Он плюхнулся на лавку и, прислонившись к стене, довольно долго взирал безучастным взглядом в потолок и вообще чувствовал себя как после ночного кутежа с мордобоем и выпивкой.

В немного прояснившемся разуме забрезжили дельные мысли: «Если братьев тут нет, а лестница валяется чуть поодаль от лаза, значит, они все-таки воспользовались моментом и сбежали…» – лекарь доковылял до ведра с водой, поставленной нишрукхами, и наполнил флягу, а остальное выпил до последней капли.

«Если этот, красноглазый, починит свои механизмы, то меня вновь заберут!» – Простая и логичная мысль заставила Гая пересмотреть планы на отдых после дозы предполагаемого хлороформа. Нужно было отправляться по следу братьев. Причем как можно быстрее. Непослушной рукой Гай извлек из кармана револьвер, погладил рукоять и запихнул обратно. Затем он помассировал щиколотки и запястья и наконец решился пройтись по комнате, не опираясь о стену. Теперь ему было гораздо лучше.

Лестница, приставленная к лазу, опасно шаталась от каждого движения карабкающегося по ней лекаря. К счастью, Гай благополучно добрался до самого верха, ни разу не оступившись. Темнота лаза казалась беспроглядной, однако времени на какие-либо сомнения не оставалось, и Гай пролез немного вперед, а затем спихнул вниз лестницу. Та упала, и сердце лекаря отозвалось таким же гулким стуком. Он не знал в какую сторону двигаться, и отлично понимал, что любое выбранное им направление будет билетом в один конец, если госпожа удача отвернется от него.

«Стрелы Юпитера! И зачем я только полез туда, куда меня не просили? – корил себя Гай, ползя на карачках вдоль темного и жутко пыльного тоннеля. – Сыграть в землю в чужом мире – просто сказка! А ведь я, идиот, когда-то мечтал о подобных путешествиях!»

В тоннеле было тесновато и Гай, продвигаясь вперед, полировал верхнюю часть тоннеля спиной, иногда макушкой, а нижнюю коленями и ладонями. Он старался дышать то носом, то ртом, потому что если лекарь дышал носом, ему сразу же хотелось чихнуть, а когда он дышал ртом, то по прошествии нескольких секунд начинал скрипеть песок на зубах. «Гигантский воздуховод» как мысленно обозвал Гай этот тоннель, не думал заканчиваться, но то, что он слегка пошел в гору, не могло не радовать, ибо это означало, что пленник на пути к поверхности. Сейчас лекарь мечтал выбраться из города нишрукхов так же сильно, как и очутиться в родном Твиндорре.

Гулкие удары сердца отмеряли расстояние. У Гая болели колени и руки, но путь вперед продолжался – уже не осознанно, а на автомате. Он словно отключился, думая о возможной погоне и прокручивая в голове встречу с Кассини. Правда, когда тоннель разделился на две половины, лекарю все же пришлось вернуться в реальность. Немного подумав, он выбрал правую развилку, потому что на секунду ему показалось, что оттуда пахнуло легким движением воздуха и запахом чего-то протухшего. Надежда затеплилась в груди Гая, и он удвоил свои старания. Чутье не обмануло: примерно через десять минут забрезжил свет – сначала едва уловимый, но разгоравшийся все ярче по мере продвижения вперед. Воздуховод закончился изъеденной ржавчиной и оттого хлипкой решеткой, которую лекарь выбил ногами.

Щурясь от света ламп, Гай осторожно выглянул наружу. Это было довольно просторное помещение, заваленное мешками. Причем, плотно набитые мешки источали не самый приятный на свете запах. По-видимому, здесь хранились отходы или удобрения. Впрочем, Гай хотел это знать меньше всего. Он долго прислушивался к малейшему шороху, издаваемому кругленькими одноглазыми зверьками, шнырявшими среди мешков, но кроме этих шорохов ничего не услышал. Наконец Гай покинул свое убежище, подстегиваемый мыслью о погоне. Его явление тут же вызвало новый переполох среди зверьков, разбежавшихся в разные стороны и попрятавшихся среди камней. Гай заметил, что зверьки так прекрасно мимикрируют, что их нельзя отличить от камня… Но как бы там ни было, лекарь поспешил через комнату к двери.

«Не заперто!» – Гай выдохнул с облегчением, обнаружив, что дверь поддалась его напору. Выход вел в самую обыкновенную пещеру, похожую на те, в которых он еще недавно собирал грибы. Снова прислушавшись и поняв, что поблизости нет ни души, Гай выскользнул на свободу. Он осознавал, что это еще не конец и что ему, по-видимому, предстоит трудный маршрут, но то, что здесь не было нишрукхов уже несказанно радовало.

«Возможно, мои выводы слишком поспешны, но я постараюсь избежать ненужных встреч», – подумал Гай, вытащив из кармана револьвер.

Он шел наобум, стараясь ступать легко и при этом издавать поменьше шума, ведь теперь успех побега зависел исключительно от внимательности Гая и быстроты его реакции.

По освещенному перемигивающимися лампочками коридору гуляло эхо, а Гаю очень хотелось кашлянуть, однако он сдерживался, опасаясь выдать себя. В отдельных частях коридора лампочки совсем погасли и в темных пятачках копошились уже виденные ранее Гаем, кругленькие мохнатые существа, которых он мысленно называл местными крысами. Пустые коридоры иногда разветвлялись, но лекарь неизменно выбирал коридоры, ведущие наверх. Через полчаса подобного путешествия лекарю начало казаться, что всеобъемлющая тишина давит на него словно надгробная плита. Он уже начал раздумывать о том, чтобы не идти, а бежать – так сильно ему хотелось выбраться на поверхность, как внезапно до его слуха донеслись отдаленные звуки. Внутри все похолодело, когда Гай понял, что он слышит звуки чьего-то противостояния. Он нервно сглотнул и, сильнее сжав в руке револьвер, продолжил путь. Эхо с издевкой подхватывало звуки борьбы и разносило по длинным коридорам и пещерам, похожим на кишечный тракт гигантского существа (у Гая были именно такие ассоциации). Благодаря эху, лекарь получил возможность идти вперед, не опасаясь выдать своего присутствия раньше времени. Лязг стали, стрекот, крики и голоса – альта и взрослого, – заставили Гая забыть об осторожности и перейти на бег. Кажется, он слышал голос Элислаи. Очередной коридор, наполненный частым дыханием эха, подражавшему дыханию Гая, оборвался. Ему наперерез шел другой коридор половину которого занимали рельсы. Здесь же была вагонетка. И пятеро нишрукхов. Двое из них корчились у стены. На полу в луже крови ничком лежал Сидджи, Руэ сражался с одним из нишрукхов, ничуть не страшась гигантского существа. Остальные оттесняли от вагонетки медноволосую девушку, вооруженную странным на вид оружием, похожим на кинжал со слишком широким лезвием. Судя по описаниям Кворка, это был спин. Гай не мог предположить, как действовало это оружие, но похоже, что ощерившиеся копьями нишрухи очень опасались направленного на них спинна. Запах паленых перьев ударил в нос и едва не заставил Гая чихнуть. В тот же момент Элислая воскликнула и схватилась за бедро – как бы она ни старалась маневрировать, проворное острие копья добралось и до нее.



Мария Митропольская

Отредактировано: 26.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться