Пепел порталов. Fatum

Глава 19

Лететь в гогглах было значительно удобнее, чем без них: на большой высоте не слезились глаза, правда, трещина все портила, но Гай терпел.

Рядом с лекарем, спина к спине, сидел Руэ. Вторую горгулью, которую всеми правдами и неправдами выпросила Элислая, отдали Кобусу. Гай покосился на пожилого мужчину, который порой вел себя хуже капризного ребенка.

Когда Гай с Руэ отсиживались в полуподвальной каморке одного из временных штабов «Волчьей квинты», к ним, нарушая все правила, постоянно наведывался Кобус. Сначала он просто пожелал им счастливого пути. Во время второго прихода он вдруг изъявил желание отправиться с ними, потом он снова отказался, потом пришел и сказал, что передумал. Руэ с Гаем даже затеяли шутейный спор насчет того, в каком составе они полетят – вчетвером или втроем? Спор выиграл Руэ.

В корзинке Кобуса тоже было тесновато из-за того, что в ней расположился новичок из «Квинты» по имени Лемрок. Последний слишком рьяно рвался в бой с нишрукхами и самовольничал, поэтому было решено приставить парнишку к беженцам, направлявшимся в деревушку Энедернерд.

Они вылетели ближе к вечеру, лишь только ожили горгульи, которые днем обращались в камень. Вопреки ожиданиям, Элислая не пришла провожать Гая, до него долетали обрывки фраз, из которых он понял, что тригерит открывает порталы для солдат-имперрусов.

«Но почему она была вся в саже или пепле? Неужели что-то взорвалось?» – недоумевал Гай.

Благодаря хитрому приему с порталами солдаты-имперрусы смогли зайти в тыл некоторым отрядам противника и начать вести бой по своим правилам.

«Порталы! – промелькнула шальная мысль. – Их снова открывают, но не для меня. Впрочем… так ли это важно теперь?»

Он провел ладонью по лицу, словно стряхивая наваждение, закравшуюся мысль о том, так ли ему теперь дорог тот далекий Твиндорр? Гай снова вздохнул и сосредоточился на полете. Лететь на Барбаре, когда тебе постоянно указывает дорогу Лемрок, было нелегким заданием. Молодой альбинос искренне недоумевал по поводу того, что аэронавт из Кангро не знает маршрута. Элислая пыталась что-то объяснить, но ее объяснения получились настолько скомканными и спутанными, что Лемрок решил расспросить аэронавта потом, на первой же дневной стоянке. Стоянка была рядом с каменоломней, возле порога которой «плескались» песчаные волны и росли покрытые чешуей кусты, усеянные крупными закрытыми бутонами. Гай из любопытства прикоснулся к одному из бутонов, удивляясь тому, какой он твердый и шероховатый на ощупь.

Местная маленькая пустыня не шла ни в какое сравнение с Поющими Песками, а главное, здесь не водились змеи. Зато обитали песчаники. Гай едва не выстрелил в одного такого, увидев человеческую фигуру, состоявшую из воздуха и песка. Заслышав вопль лекаря песчаник развеялся по ветру.

– Зачем так кричать? – проворчал Кобус, на секунду отвлекшийся от своих колбочек. – Песчаники хоть и любопытны, но весьма безобидны. Правда, песка от них много.

– Они что, полностью изучены? Откуда известно про их безобидность? – поинтересовался Гай, огибая то место, где полминуты назад стоял песчаник.

– Ну не то чтобы… – начал ученый.

– Вот тогда и не говори, – перебил Гай. – Когда изучат, тогда и поговорим.

Кобус пожал плечами и пробормотал:

– Может ты и прав.Только предупреждаю, что с восходом Фатума здесь возможно появятся песчанные духи. Смотри не запаникуй, эти огоньки безобидны и весьма пугливы.

Лекарь кивнул. Ему приходилось слышать о песчанных духах от Кворка. Поэтому к появлению светящихся огней был более-менее готов.

Из-за присутствия песчаников было решено нести дежурство по очереди.

– Меня поставьте самым первым, – встрепенулся ученый, едва речь зашла об очередности. – Все равно я не смогу быстро заснуть из-за начавшегося эксперимента, – он указал на побулькивавшую колбочку. Колбочку нагревала «Легкая печь, образец номер два». Гай с опаской косился на маленький переносной агрегат, непостижимым образом очутившийся в руках ученого. Похоже, он все-таки успел вернуться в лабораторию! Но не это пугало лекаря. Его пугала нумерация. Обычно самые удачные агрегаты Кобуса начинались с цифры «десять».

Дежурство Гая проходило когда Ехидна вошла в зенит, но к счастью, на путников, расположившихся у входа в каменоломню, солнечный свет не падал. В основном, благодаря естественному каменному карнизу. Ну и Лемрок озаботился загородить солнечную сторону подручными средствами: камнями и парой иссохших досок, похожих, на отломанные спинки скамеек. Во время дежурства песчаники появились только несколько раз – одного Гай заметил возле горгулий, а других четверых вдалеке – на фоне исходящего маревом горизонта. Кобус оказался прав и песчаники действительно оказались безобидными или просто решили, что путники не представляют для них угрозы и поэтому не тронули их. Лемрок, как и планировал, расспросил Гая о том, почему «аэронавт из Кангро» не знает легкого маршрута до Эндернерда. Хитрый Гай придумал себе контузию и Лемрок немного успокоился, посчитав такое объяснение вполне правдоподобным.

С приходом Фатума Гай и альбиносы возобновили путь. Две следующие стоянки не были столь будоражащими как первая, но они по привычке продолжали выставлять дозорных.