Пепельная столица

Размер шрифта: - +

Глава 22.ч1 В ядре Перекрестка

109 год 4 эры. 14 день сезона Парящего Дыхания.

Нуаркх помнил, как отсекал кусочки уха Ликорда и скармливал их дружелюбному питомцу Красного Карлика. Следом начиналась неясная смесь темноты, гулкого эхо и ярких вспышек холодного света. Тоннельник был рад очнуться не на Солнце, или другом воплощении Мира Мертвецов, но в хитиновой скорлупе полутемной каюты. Нуаркх плавно покачивался на растяжках традиционной тоннельной “кровати”. Скудное убранство палаты также включало лоскут циновки, пару невысоких костяных тумб и неуместно вычурное кожаное кресло. В объятиях тучных бордовых подлокотников вольготно располагалась Лантрисс Калменхайм, которая коротала ожидание очередной романтичной книгой о приключениях “крылатого Ксанриса”.

‑ Хаотри осталась в Шраме? – Поинтересовался тоннельник, чувствуя, как трезвость ума постепенно рассеивает миазмы апатии и забытья. Голос оказался удивительно звонким, из-за стального протеза вместо утерянного жвала. Не отрываясь от желтоватых страниц, Лантри кивнула. Нуаркх покачал головой.‑ Карлик! Выходит я застрял с парой самых больших зануд в Четырех Мирах.

‑ Нам тоже не терпеться скорее от тебя избавиться и вернуться к делам, которые поставило под угрозу твое спасение. – Холодно отозвалась девушка и подняла невзрачно-серые глаза, сокрытые за по-Синитски огромными очками в деликатной стальной оправе

‑ Ты понимаешь, что Накрисс Галард пишет эти книжонки, чтобы рассказать всем, сколь он хорош? Шутка в том, что на деле он заносчивый говнюк. – Пробормотал Нуаркх.

‑ Прости, но я не слишком доверяю твоей оценке. – Хрипловатым голосом ответила Лантрисс и плавно отложила чтиво металлической кистью, которая стыдливо скрывалась под длинной тканевой перчаткой. Со времен первой экспедиции в Цикломер Урба, бледная повзрослела и обзавелась зарождающимися морщинами. Ее лицо перестало постоянно выражать взволнованность, все чаще выказывая уверенность с различимым оттенком надменности. Годы, проведенные в частых разъездах и длительных переходах, не только оставили девушку с одной рукой, но и убрали лишние килограммы с талии.

‑ Мы же в скалогорбе Филмафея? Что здесь забыл культуролог? – Поинтересовался Нуаркх. ‑ Маски-переводчики внезапно перестали работать?

‑ Разве не очевидно, я теряю тут время с тобой? – Сдержанно отозвалась Лантрисс, ее глаза холодно блеснули.

‑ Я могу это расценивать как выражение привязанности, которую породили наши многочисленные приключения? – Тоннельник и вяло улыбнулся отекшим глазом. В тот же момент он начал раскачиваться из-за приступа ритмичного, болезненного кашля.

‑ Нет! Мне нет никакого дела до твоего состояния! – Девушка ответила громче, чем планировала. Ее смущенный взгляд встретился с проницательным грязно-желтым оком, и уткнулся в голубоватые колени. Спустя пару секунд Лантри нашла силы взглянуть на язвительное лицо тоннельника и твердо продолжила. ‑ До Филмафея дошли слухи об огромном Аргийским кукловоде, который поселился в подводных руинах прото-Аргийцев. Судя по длине щупалец, его нора – настоящий комплекс. Филмафей получает аксоны, я изучаю руины под защитой компетентного Лим’нейвен.

‑ Раз Филмафей решился на подобный риск, выходит его идея начала давать плоды? – Живо поинтересовался Нуаркх, с трудом подтянув культю к груди. ‑ Теперь и я заинтересован в восстановлении разорванных нитей Тепла с помощью аксонов. Впрочем, это было вопросом времени…

‑ Откуда мне знать, как продвигаются его исследования? Я всего лишь культуролог. – Ядовито отозвалась Лантрисс, победно складывая руки на груди.

‑ Действительно. Лучше у него спрошу. – Расслабленно отозвался Нуаркх и постарался пожать плечами, но острый приступ боли быстро заставил передумать. Проколотое легкое вновь вынудило тоннельника забиться от лающего кашля. Лантрисс удовлетворенно хмыкнула.

‑ Раз ты не ищешь приятной компании, чему я обязан твоим вниманием? – Продолжил тоннельник, когда горло перестали штурмовать комки сжатого воздуха.

‑ Я… хотела узнать про ритуал, который позволил Кантару поглотить искры Лим’нейвен. – Осторожно призналась девушка.

‑ Завидуешь? – Нуаркх решился на пару аккуратных смешков и заговорил в укоризненной манере. ‑ Завидуешь тирану, который погубил бесчисленные жизни и приблизил начало восьмой войны! В кого ты превращаешься, Лантри!

‑ Завидую. Поглощение искры должно было стать моим открытием. Я обнаружила шифр в узорах Цикломера! – Без стеснения призналась женщина.

‑ Время так быстро течет. Не успел заметить, как напуганная девочка обратилась властной, честолюбивой женщиной. – Не без гордости поделился Нуаркх, улыбнулся последним глазом и прощелкал: ‑ Я, наконец, понял, почему тебе нравятся романы о крылатом гордеце.

‑ Четыре Мира сделали меня такой. Заставили очерстветь, обвыкнуться с жертвами. – Оправдалась девушка, не обращая внимания на ироничное выражение, которое не покидало лица Нуаркха.

‑ Не драматизируй. Твой жизненный путь можно назвать непростым только со значительной натяжкой. Можешь представить, какое недоумение вызовут твои причитания у жертв Саантирской расовой чистки. – Отмахнулся тоннельник, жадно впитываю обиду, которой сочились глаза девушки и напрягшаяся, закрытая поза.

‑ Сложности и утраты могли наставить тебя на альтруистическую стезю. За эгоистичную трактовку жизненных уроков ты можешь винить лишь свою натуру, которая изначально содержала гнилое ядро. – Неспешно продолжил Нуаркх и уничижительно указал на грудь женщины когтистым пальцем.



Юрий Ишбулатов

Отредактировано: 09.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться