"Перекресток четырех дорог".

Размер шрифта: - +

Глава 22. Дорога для двоих.

— Никогда, никогда я больше не позволю ей плакать. А если и будут слезы, то только от радости и счастья, — целуя соленые щеки девушки, давал себе слово Алекс.

Это была их ночь. Ночь тихих признаний и страстных поцелуев. Ночь познания и узнавания. Ночь полного единения души и тела. Они лежали, тесно прижавшись, смотрели друг на друг, не мигая, и не могли насмотреться. И слова здесь были лишними. Потому что глаза передавали все те чувства, которые долго копились в их сердце. Каждый из них не хотел уснуть, боясь что другой исчезнет.

Утром Алекс проснулся внезапно. Светлые волосы его любимой разметались по подушке. Захотелось поцеловать эти пушистые ресницы и припухшие от вчерашних поцелуев губы. Но Маша так сладко спала, что он осторожно выбрался из-под одеяла и пошел на кухню. "Приготовлю завтрак. Будет сюрприз", — но заглянув в спальню и увидев, что девушка еще не проснулась, схватил спортивный костюм и, одевая на ходу мастерку, выскочил за дверь. Через дорогу от дома был небольшой цветочный магазинчик. Выбрав самую красивую красную розу на длинном стебле, поспешил домой.

Аромат кофе витал в воздухе. И Марийка проснулась. Сразу же захотелось выпить хоть глоточек. В животе громко заурчало. организм подавал знаки, что пора бы и подкрепиться. Смутившись от осознания того, что она лежит голая, вскочила и быстро надела на себя джинсы и футболку. Потом пошла в ванную приводить себя в порядок. Увидев в зеркале свое отражение, засмеялась и стала приглаживать рукой растрепанные волосы. Выйдя из ванной, попала прямо в объятия Алекса, тут же смутившись и покраснев. Поцеловав девушку в курносый носик, как он и хотел с утра, мужчина торжественно произнес:

— Завтрак подан, моя принцесса!

— Ух, ты! Какая сервировка! — на кухонном столике, накрытом на двоих, в самом центре, в хрустальной вазе стояла алая роза. Такого внимания Марийка не ожидала. Ей никто никогда не дарил цветов. От волнения даже слезы набежали на глаза. Она подняла их на Алекса и часто-часто заморгала, прошептав:

— Ты меня балуешь.

— Привыкай, принцесса, теперь так будет всегда. Одна принцесса — хорошо, а две — лучше. Вас же две: ты и Верочка.

Это был их медовый месяц. Их связала любовь крепко-накрепко. Каждый вечер они спешили домой, чтобы броситься друг другу в объятия. Ему нравилось, как она, стоя у плиты, произносит его имя: "Александр", нараспев, растягивая букву "а". Но еще больше нравилось, когда она ночью шептала:"Сашенька!" В душе у него тогда звучала музыка, и от счастья хотелось подпевать ей: "Моя..."

Она привыкала к тому, что он называл ее Машей. Но больше всего нравилось, когда звал Принцессой. Тогда она представляла его Принцем, нашедшим свою любовь. Она с детства верила сказкам, в которых всегда добро побеждало зло, а влюбленные жили долго и счастливо.

Вечером позвонила Верочка. Маша не успела прибежать с кухни, и трубку взял Алекс.

— Привет, Алекс. А где мама? Ты ее не обижаешь? — во весь голос кричала девочка. Ей казалось, что раз она далеко, то надо говорить громко. Но девочку слышала не только Маша, вошедшая только что в комнату. Дед, сидя у телевизора, шептал Вере: "Ну, и чего так кричишь, стрекоза. Говори тише. А то тебя услышат и без телефона".

— Ты что, принцесса? Как я могу обижать ту, которую люблю?

— Ура! Ты любишь маму и вы теперь поженитесь?

— Конечно, дорогая!

— Бабушка, дедушка, они поженятся! И теперь у меня будет папа! — Вера подпрыгивала и хлопала в ладоши. Счастливая от такой неожиданной новости, девочка бросила трубку, подбежала к деду и расцеловала его. "Вот что ребенку надо для радости, оказывается. В добрый час!" —улыбнулась Зинаида. Наконец-то, счастье улыбнулось ее дочери.

 Благодарю всех, кто подписался и читает.

Спасибо за звездочки.

 

 

 

 

 

 

 

 



Людмила Володина

Отредактировано: 22.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться