"Перекресток четырех дорог".

Размер шрифта: - +

Глава 28. Нет! Он мой!

 Виктория медленно шла по городу, в котором прожила несколько лет своей жизни. Здесь практически ничего не изменилось. Все также спешили прохожие по своим делам. Обгоняя друг друга, мчались машины. Она никого не интересовала. Какой-то молодой человек пробежал мимо, задев ее плечом. На ходу извинившись, он тот час забыл о ее существовании. В душе у Виктории уже копилось какое-то раздражение на этот город, на этих людей, на свою никчемность. Оно переросло в чувство гнева до такой степени, что захотелось сделать больно еще кому-нибудь.

Виктория спешила на последний рейс, чтобы вернуться домой, в свою реальность: "Что толку копаться в прошлой жизни? Уже ничего не изменить. Нет. Осталось еще одно неоконченное дело". Она достала из сумочки телефон и набрала знакомый номер, надеясь на то, что он его не сменил:

— Алло, — знакомый голос раздался в трубке. Она на минутку заколебалась в правильности своего решения. Говорить или просто промолчать. По сути, ничего плохого он ей не сделал. Любил. Исполнял любую ее прихоть. Но ей это было не нужно. Месть затуманила ее разум и взяла верх над здравым смыслом. Нет. Он тоже виноват. Сделал ей ребенка. Нарушил так тщательно продуманный план.

— Привет, дорогой. Как поживаешь? Узнал?

— Вика? Ты где? Оставь уже нас в покое. Ты сделала все, что могла. Я тебе благодарен за сына. Но ты от него отказалась. Он — мой. Слышишь? — где-то далеко раздался довольный смех и звук отъезжающего транспорта.

— А ты уверен? Я ведь тогда была женой Алекса. Ты случайно не забыл?

— Вот гадина. Скажи, что это неправда, — но Виктория уже отключилась. — Это неправда. Он мой.

Сомнения уже закрались в его сердце. Всю дорогу домой они не давали ему покоя.

Он вышел из машины и долго стоял задумавшись. Последние пять лет жизни промелькнули перед глазами. Работа в гостинице Алекса дала свои результаты. Он купил машину, потому что Алекс достойно платил всем сотрудникам. Правда и от них требовал полной отдачи.

Он женился на Оксане, с которой познакомился в ЗАГСе, когда Алекс с Машей расписывались. Девушка очень привязалась к его Ромке, и когда сыну исполнился годик, они тоже узаконили свои отношения. Конечно, он теперь не кидался в омут с головой. Чувства возникли сразу, но он должен был их проверить. Узнать нужен ли ей, как она ему. И сын был на первом месте для отца-одиночки. Они жили теперь в собственной трехкомнатной квартире, которую взяли в ипотеку. Ромку забрали от матери, ему нужно было общаться со сверстниками, посещать детский сад, а не сидеть возле бабушкиной юбки. Мать, конечно расстроилась, но все понимала. Теперь она ждала их в гости по выходным и праздникам. С появлением Ромки она очень изменилась и перестала держать зло на Марийку.

Открыв дверь собственным ключом, Федор вошел в квартиру. Было уже поздно. Но Оксанка встречала его в коридоре. Каким чутьем она угадывала, когда он придет, он не понимал. Но так было всегда. Интуитивно почувствовав его настроение, она подняла глаза:

— Что случилось? У тебя неприятности на работе?

Но Федор непонятным взглядом посмотрел на девушку, схватил ее в охапку и прижал к груди:

— Оксана, я тебя так люблю. Обещай, что не обманешь меня. Как я устал от всего, — стоя в коридоре, они долго целовались.

— Ромка спит? Зайду к сыну, — поцеловав ее еще раз, он пошел в детскую.

Оксана так и осталась стоять в прихожей, со страхом представляя, что будет, когда Федор узнает ее тайну.

Сын спокойно спал на своем диванчике, раскинув руки в стороны. И Федор долго всматривался в его лицо. Но определить, на кого он похож, он уже не мог. "Определенно, нос, как у меня. Овал лица, как у Вики. Господи, дети так быстро растут и меняются. Нет. Он мой. Это я его первым взял на руки. Это я менял ему памперсы и кормил с бутылочки. Я, а не Алекс. Что бы не случилось, я его никому не отдам". Тихо прикрыв дверь, чтоб не разбудить сына, он вышел из комнаты.

Они лежали в одной постели и впервые не занимались любовью. Федор все никак не мог отойти от внезапной новости. Но вдруг он повернул голову к жене. Он долго смотрел в ее лицо. Чувствуя, что она не спит, спросил, как ударил:

— Ксюша, а почему у нас нет детей? Я хочу девочку, такую же красавицу, как ты. Может, ты болеешь? Давай обратимся к врачам.

Но та не отвечала, упорно делая вид, что спит.

Алекс тоже ворочался в своей кровати. И, чтобы не мешать жене, пошел на кухню. Он решил заварить успокоительный чай, который всегда имелся у его Маши. Подождав пока он настоится, взял чашку и на цыпочках прошел в кабинет. Сделав пару глотков, он поморщился. "Трава настоящая, как такое можно пить?". Встал, подошел к окну, долго смотрел в ночь. Такая же темнота сейчас царила и в его сердце.

"Я не верю, что Вика сказала правду. Не удалось отомстить, вот и кусает теперь потихоньку. Но, если это правда, то выходит, что Федор растит и воспитывает моего сына. Он его так любит. Даже если это окажется правдой, я не смогу его отнять. Нет. Пусть все будет, как есть. Нельзя травмировать ребенка", — мысли одна другой неприятнее не давали уснуть.

Прилег на диванчик здесь же. От усталости и переживаний глаза закрылись. Последнее, что он подумал: "Ребенок ни в чем не виноват".

Начался дождь. Огромные капли барабанили по стеклу. Грустно подвывал ветер им в такт.



Людмила Володина

Отредактировано: 22.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться