Перерождение. Часть 1

Размер шрифта: - +

Глава 25. ч.2

 

На меня никто из них не обращал внимания, поэтому я принялась исследовать свою клетку, то есть, кроватку, на предмет достойного выхода из нее. Ничего страшного, неудобно конечно, перила по грудь мне. Но спуститься аккуратно, чтобы без синяков при падении, надеюсь, получится. Больше ничего интересного в поле зрения нет. Придется поскучать, пока взрослые не разберутся. За режимом они будут следить, называется… А то, что сами же инспектора этот режим и нарушают, ничего, терпи, Маша. 

А что! Может прямо сейчас и начнем воспитательный процесс?

Я поднялась на ножки, вцепившись в перила кроватки, и, решительно глядя в глаза Виктора Александровича, завела «песню» на одной ноте, раскачивая кроватку и периодически повторяя   –   ням-ням, ням-ням…                                    

Оба Виктора с недоумением уставились на меня, вроде неодушевленный предмет заговорил. 

-   Надежда Борисовна!   –   первым отмер инспектор   –   подойдите, пожалуйста.

-   Наташа!   –   одновременно крикнул Виктор, с удивлением разглядывая меня, словно впервые увидел.

Женщины быстро сориентировались.

-   Да она же есть хочет   –   засмеялась Надежда Борисовна, на минутку став обычной доброй теткой   –    Наталья, мы обед пропустили, увлеклись немного   –   пойдем, как раз посмотрю, чем ты кормить малышку будешь, автоматически переходя на «ты» она вернулась на кухню.

-   А разве она не молоко пьет? Молока я купила, много   –   услышала я вопрос направившейся следом Натальи.

-   И молоко, конечно, тоже   –   женщина механически оглядывала кухню в поисках небольшой кастрюльки   –   но, представьте, что вы питаетесь одним молоком…

-   Так она же маленькая, ей молоко нужно! В роддоме их только молоком кормили.

-    Конечно, только рацион детей в этом возрасте уже отличается от новорожденных. Подайте мне, пожалуйста, манную крупу   –   Надежда наконец отыскала кастрюльку, достала молоко из холодильника, включила плиту и продолжила   –   откройте хотя бы интернет, а лучше, поговорите с мужем и найдите время для курсов. Где манка?   –   женщина, боясь оторвать взгляд от закипающего молока, коротко взглянула на смущенную девушку. Та виновато развела руками и опустила голову…

-   Понятно… А питание детское есть? ...  Хоть что-то?   –   вздохнув, Надежда Борисовна сняла молоко и поставила остудить.   –   Как же вы ребенка собираетесь воспитывать? Я сегодня оставлю список, что нужно будет купить, завтра зайду проверю. Пока хоть молока дадим, давайте бутылочку, кипятком облить надо.

-   Может из кружки напоим?    –   Наталья снова уставилась в пол и развела руками, показывая, что и этого нет. 
-   Бедная малышка   –   нахмурившись подумала женщина – этой девочке самой еще в куклы играть.     
Между делом она достала кружку, налила молока и, прихватив пару салфеток, пошла в комнату, откуда по-прежнему доносились довольно умеренные, но настойчивые требования ребенка.               

-   Надо же, даже плачет спокойно, повезло этой дурехе с дочкой.   –   отметила про себя, подходя к кроватке и пытаясь одной рукой взять девочку на руки. Но та вдруг отпустила перила и плюхнулась на попку, едва не выбив из рук кружку с молоком. 

-   Наталья Владимировна   –   не выдержала женщина   –   займитесь, наконец, ребенком.  Это же не кукла, за ним уход нужен   –   и, передав молоко девушке, присела на диван, придвинула к себе бумаги, что-то отмечая, дописывая. 

Мужчины сидели молча, переводя взгляды с меня на Наталью и обратно. А она стояла с кружкой в руке, словно не знала, что с ней делать. А, впрочем, скорее всего она и не знала, как быть. Осторожно подойдя к кроватке, Наташа взглянула на сидящую меня и беспомощно оглянулась. Неловко поднесла кружку к моему рту, предлагая выпить. Ох, как хочется пить, но пока повременю. Отвернулась и даже отодвинулась. Девушка повторила попытку, а я не просто отодвинулась, а еще и рукой взмахнула, словно невзначай задев кружку. Молоко слегка выплеснулось на постель, хорошо, на меня не попало. Мы некоторое время смотрели друг на друга, я   –   ожидающе, Наталья   –   настороженно. Она не выдержала и умоляюще обратилась к Виктору:

-   Витя, помоги, пожалуйста   –   ее подержать надо   –   я не смогу так напоить… 

Ха-ха! И зачем меня держать, думает, что если руки-ноги зажать, так я сразу все и выпью? Нет уж, пусть проверяющие сразу увидят, куда и к кому меня определили. А я и не то вытерплю.

-   Ну уж нет! Разбирайся сама со своим ребенком   –   брезгливо передернул плечами, так называемый, папочка   –   еще не хватало, мне с ней возиться!   –   он демонстративно откинулся на спинку дивана и отвернулся к экрану.

-   Простите, Виктор… м-м-м…   –   инспектор порылся в бумагах и, заглянув в одну из них, закончил   –    Владиславович, разве это не ваш общий ребенок? У меня по документам так указано.

-   Ну и что, что общий? Неужто ребенком не женщина должна заниматься? У меня работа, в конце концов, мне еще и обеспечивать их надо. А эти все пеленки-распашонки-подгузники…   –   он снова брезгливо поморщился и отстраненно застыл в прежней позе.



Олника

Отредактировано: 03.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться