Переступая черту

глава третья

Глава третья

После того, как за Алисой закрылась дверь, Дан лишь хмыкнул. Он, конечно, ждал слегка агрессивной реакции – это было делом для него привычным – но не настолько. Словно он оскорбил девушку своими словами или действиями, хотя себя Воронцов виноватым точно не считал. Он делал свою работу так, как привык.

Дан был по природе таким человеком, которому чужды были лишние сантименты и проявления чувств. Это распространялось и на работу – от него мало кто мог дождаться сочувствия, и уж тем более жалости. Участие – да, без этого в его деле было никак не обойтись. Хотя, многие его коллеги по ремеслу так и поступали – без лишних разговоров выписывали рецепты на препараты, расписывали дозировку и отпускали психически нестабильных людей обратно в мир.

Воронцов же предпочитал к лекарствам прибегать лишь в самых крайних случаях. Он верил, что вылечить зачастую можно просто словом. Главное – знать, что именно сказать. И в случае с Алисой Дан был уверен, что знает, куда жать и какими аргументами апеллировать.

Но Воронцов ошибся. Такое с ним случалось крайне редко, и такие моменты мужчина не любил.

- Дан Валерьевич, всё в порядке? – в дверь, предварительно постучавшись, заглянула его личная помощница.

Чуть вздрогнув, Дан поднял глаза на девушку и, подумав пару секунд, кивнул:

- Да, Кристина, всё прекрасно.

- Просто эта девушка так быстро ушла, что я подумала… - как-то робко начала говорить Кристина, но мужчина её мягко прервал:

- Всё хорошо. Наши с Алисой взгляды на ее проблемы несколько разошлись. Но катастрофы не случилось.

- Ох…тогда, может быть, вам что-то нужно? Раз уж я заглянула.

Воронцов покачал головой:

- Нет, спасибо. Раз у меня освободилось немного времени – разберу накопившиеся бумаги. Если что-то понадобится – я позову.

Кивнув, секретарь вышла, прикрыв за собой дверь. Этот тихий щелчок разительно отличался от того грохота, с которым кабинет покинула его потенциальная пациентка. А с виду и не скажешь, что эта скромная на вид девушка такая буйная. Разве что в карих глазах нет-нет да и сверкнет огонек, доказывающий, что Алиса Флорес не так проста, как кажется на первый взгляд.

Дан всегда гордился тем, что безошибочно составляет психологические портреты людей после буквально нескольких минут общения. Пару раз, конечно, случались осечки, но лишь потому, что Воронцов сам закрывал глаза на очевидные факты. Все совершают ошибки, и мужчине в какой-то момент очень захотелось быть обманутым.

Но в этот раз он, по всей видимости, тоже допустил оплошность. Его сбил с толку внешний вид Алисы – то, что являлось одной из основ. На первый взгляд – серая мышка, в простых джинсах, водолазке с закрытым горлом невыразительно цвета – то ли серого, то ли грязно-голубого, волосы забраны в растрепанный хвостик, ни грамма косметики на лице, полное отсутствие маникюра. Всё это говорило о крайне пренебрежительном отношении к себе, не желании следить за модой и полном отсутствии вкуса. Но стоило ей сесть – и Дан оказался в тупике. Алиса сидела как королева – горделиво выпрямив спину, закинув одну ногу на другую. Всё это – и тот же пресловутый огонек в глазах – говорило о том, что перед психотерапевтом сидит уверенная в себе женщина, умеющая правильно и выгодно подать себя, знающая себе цену и не стесняющаяся назвать её.

Так где же была истина? В облике, который можно было при желании и скорректировать, или повадках, которые проявляли себя на уровне подсознания? Устав ломать над этим голову, Дан поднялся на ноги и, взяв со стола телефон, набрал номер того, кто мог сказать больше, чем пустые догадки. Тем более, он обещал своему другу в двух словах рассказать, как прошла встреча.

Эдуард ответил после двух гудков.

- Дан, что-то срочное? – судя по голосу, парень что-то жевал.

- Не особо. Просто хотел сказать, что у тебя интересная подруга.

- В каком смысле? – явно удивился Гейден.

- В прямом, Эд. Наорала на меня, чуть не зарядила мне в лоб стаканом и умчалась, гонимая то ли ветром попутным, то ли демонами, - с легкой усмешкой сообщил Дан.

Парень по ту сторону телефонной линии присвистнул, явно впечатленный:

- Неплохо. Ну а кроме этого – как всё прошло?  О чем говорили, к чему пришли?

- Эд, ты ведь знаешь – я не могу рассказывать тебе о таких вещах. Врачебную этику никто не отменял.

- Но ведь это моя подруга! – воскликнул парень с легким возмущением.

- Даже будь это твоя жена – всё равно ты бы ни слова от меня не услышал, - равнодушно бросил Дан.

- Тоже мне, друг называется, - проворчал Эдуард, - Она хоть на контакт пошла? Это ты мне можешь сказать?

- Это могу, - кивнул Дан, отходя к окну, - Скажем так – между нами лёд. И он точно не собирается таять в ближайшее время.

Эд хохотнул:

- Если ты прибег к строчкам из попсовых песен – дело точно плохо.

- Я бы не сказал, что плохо, - возразил Воронцов спокойно, - Просто несколько иначе. Но это даже интересно. Всегда любопытно встречать новые экземпляры.

- Эй, мы вообще-то о моей подруге говорим, а не про товар на полке в супермаркете. Ты тоже мой друг, но давай всё же не переступать некоторые грани.

Дан кивнул, хотя друг и не мог его видеть. Окинув кабинет рассеянным взглядом, мужчина зацепился глазами за цветок на журнальном столике. Когда он оформлял свой кабинет, то меньше всего его заботил такой аспект, как комнатные растения. Но Дан знал, что такие элементы декора помогают настроиться и в принципе действуют расслабляюще на пациентов. Поэтому он просто взял первый попавшийся горшок с цветком, который более-менее вписывался в интерьер.

Никто никогда не делал никаких замечаний относительно нахождения в кабинете растения. До этого дня.