Персик

Глава 1

Часть первая

Глава 1

в которой Лёша знакомится с Григорием и Персиком

Героя этой истории папа сначала хотел назвать Фемистоклом, но, подумав, сказал, что больше подойдёт имя Дормидонт. Мама, как всегда, с ним не согласилась – ей нравились имена Жан-Мишель и Максимилиан. Но бабушка сказала, что он будет Лёшей в честь дедушки.

Лёша вырос и поступил в университет. Не в Сорбонну, как хотела мама, и не в МГУ, о чём мечтал папа, а в тот, на который хватило бабушкиной пенсии.

Учился Лёша легко. Памятью он был в маму – того, что говорилось на лекциях, ему было достаточно, чтобы сдавать экзамены. Пока однокурсники проводили ночи над конспектами, он на зависть им, лёжа в кровати, читал что-нибудь интересное. А потом спокойно получал очередную пятёрку.

До середины второго курса Лёша имел репутацию ботаника-заучки. Но после того, как однажды он уложил на асфальт двух футбольных фанатов, почему-то решивших, что именно он должен ответить за поражение их команды, никому и в голову не приходило отзываться о нём пренебрежительно.

Как-то раз после телефонного разговора с бабушкой на тему «Уже четвёртый курс! Что ты себе думаешь?» Лёша всерьёз задумался о своём будущем. Нет, он не закрыл «Краткую историю времени» Стивена Хокинга, не встал с кровати и не бросился обивать пороги учреждений, куда через год мог принести свой диплом. Лёша не любил неопределённости – возьмут на работу или не возьмут, а если возьмут, как там всё сложится... Знать бы наверняка, заглянуть бы в будущее!

Лёша пролистал книгу до конца. Много рассуждений о времени и пространстве. Всё очень занимательно, но вот о способе своими глазами увидеть будущее ничего не говорится. Придётся додумывать за классика.

Лёша отложил книгу, натянул до подбородка одеяло и попытался сосредоточиться. Минут десять он разглядывал трещины на потолке. Потом закрыл глаза. Перед его внутренним взором сразу возникла одногруппница Настя Плясунова. Сказав наваждению: «Топай отсюда, не мешай!», Лёша повернулся на бок и открыл глаза. Тут он увидел Маклауда, мирно дрыхнущего на своей кровати. Носатая физиономия соседа по комнате никак не гармонировала ни с Настиными прелестями, ни с проблемами темпоральности.

Лёша встал с кровати, оделся и вышел на свежий воздух.

Он не стал вливаться в пёстрый поток коллег-студентов, бредущих на занятия. Вместо этого направился в университетский парк. Там он сел на землю, прислонившись спиной к поросшему мхом стволу векового ясеня, с твёрдым намерением продолжить осмысление ставшей актуальной проблемы.

Только Лёша закрыл глаза, как перед ним опять-таки возникла Настя. Сперва он хотел отогнать наваждение, но потом рассудил, что пространственно-временной континуум никуда не денется – где стоял, там и стоять будет, – а что сейчас показывать будут, посмотреть интересно. Настя, подбодрённая неожиданной благосклонностью, поднеся к самому его лицу свои выдающиеся достоинства и соблазнительно улыбаясь, принялась, медленно, расстёгивать пуговицы прозрачной блузки. Расстегнув третью, она, хрипло дыша не иначе как от страсти, наклонилась к Лёше, вывалила огромный язык и, смачно чавкнув, лизнула его губы. После чего сказала мужским голосом: «Проснись, пацан, замёрзнешь!».

Лёша открыл глаза и прямо перед своим носом увидел приветливый оскал бульдожьей морды. По свисающим складкам её щёк текли густые слюни. Увидев, что объект реагирует, пёс фыркнул.

Похоже, в этот раз поза для размышлений была удачной, ибо Лёша сразу сообразил, что услышанный им голос вряд ли принадлежал слюнявой псине, и возвёл очи горе́. Проследив взглядом за отходящим от собаки поводком, на другом его конце он обнаружил человека.

– Могу сказать, что тебя ждёт в будущем, пацан, – сообщил тот.

Лёшино сердце ёкнуло.

– И что же? – с надеждой в голосе пролепетал он, вытерев рукавом рот.

– Геморрой тебя ждёт! Кто ж сидит на сырой земле? И прямо задницей! Холодно ещё для единения с природой – начало апреля.

В подтверждение сказанного пёс, мотнув головой, громко чихнул, обдав Лёшу фонтаном брызг.

Лёша вскочил на ноги.

– Смотри, Персик, соображает! – предсказатель аж подпрыгнул на месте. – Правильно, пацан! Знаешь, как говорят: береги задницу смолоду.

Эта парочка напоминала воздушный шарик, привязанный к булыжнику. В роли булыжника был белый с рыжими пятнами английский бульдог. Он стоял, основательно упёршись в землю своими четырьмя кривыми лапами. Привязанный к нему человек был похож на шарик – был низеньким и кругленьким. Его диаметр в талии ненамного уступал его росту. Человек был одет в длинный до полу расстёгнутый бежевый плащ. Под плащом был светло-синий тренировочный костюм с надписью «Динамо» на груди. Обут он был в серые пластиковые сандалии на босу ногу. Голову венчала чёрная бейсболка с эмблемой команды «Нью-Йорк Янкиз».

– Гляжу – что это Персик нашёл? Может, выкинули чего? Таки да! Целого студента выкинули! – радостно комментировал события незнакомец. – Какая-то Настя его выкинула, а он тут мечтать о ней устроился!

Риторика никогда не входила в число Лёшиных достоинств, но тут он окончательно утратил дар речи, поражённый проницательностью незнакомца.

– Чё молчишь? Немой? – продолжал тот. – Меня Григорий зовут. Давай краба!



Михаил Поджарский

Отредактировано: 25.12.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться