Первая Стая (книга 2)

Часть четвертая. Стая не должна исчезнуть

Часть четвертая. Стая не должна исчезнуть

 

Я чувствовал воду – со всех сторон и над собой. Вода казалась мне мирной, хотя океан в принципе мирным не бывает. Может, это из-за контраста с моим собственным настроением.

Я волновался. Кроме меня на станции было еще девять зверей, все, разумеется, из первой серии. Итого десять – по два на каждого из Первой Стаи. Все указывало, что преимущество на нашей стороне, но я никак не мог успокоиться. Эта пятерка… в них есть что-то необычное. Не только навыки работы в команде, этого было бы недостаточно для такой слаженности. Есть что-то, чего я пока не понимаю.

Люди довольно быстро сообразили, по какому принципу нападает Первая Стая, что именно их интересует. Однако мне об этом принципе не сообщили, меня просто поставили перед фактом: надо сражаться. Так я и оказался на подводной станции, где обычно звери проходят реабилитацию после сильных ранений.

Забавно… Когда я был сильно ранен, мне не дали не только места – мне не дали времени для полного восстановления, сразу на задание бросили.

Руководство решило, что наш отряд непобедим. Уж не знаю, почему люди считают, что двое на одного – беспроигрышный вариант. Уверенность захлестнула их настолько, что они даже собирались оставить на станции весь персонал – вроде как бой пройдет снаружи, до построек вообще никто не доберется.

Но я воспротивился, заставил их провести полную эвакуацию. Безусловно, они дали мне очень сильных зверей – самых сильных, быть может, из всех. Но в Первой Стае есть нечто более серьезное, чем примитивная сила. Пока я и не мечтал понять их – я ведь ни разу с ними не встречался, а по фотографиям судить бесполезно.

Хотя… может, не так люди и наивны. Была часть плана, о которой знал только я: если все пойдет не так, я должен буду дать сигнал о запуске торпеды. Корабль, стоящий неподалеку, уничтожит всю станцию - вместе с нами. Очень хочется верить, что до этого не дойдет.

Встреча наша, надо сказать, откладывалась. Люди почему-то думали, что Первая Стая нападет незамедлительно, как только мы прибудем на станцию, но ничего подобного не произошло. Мы бездельничали уже два дня. Раз в сутки я связывался с руководством, предлагая свернуть операцию, но они упорствовали. Я считал, что Первая Стая почуяла нас, что они не нападут. Люди были о них не столь высокого мнения.

Ожидание изматывало, особенно в сочетании с волнением. Я не знал, чем себя развлечь, пока не нашел нечто вроде тренировочного зала. Здесь стояли тренажеры для разработки мышц после ранений, но они интересовали меня меньше, чем игровая площадка. Гонять мяч одному было не так уж весело, только остальные звери не спешили лишний раз пересекаться со мной. Я никого из них не видел раньше и тоже в друзья не рвался.

На третий день, во время очередной игры, у меня появилась неожиданная компания. В зал несмело зашел самый молодой из зверей, Алтай. Я его сразу запомнил по белоснежной броне; думаю, он из нового поколения, а не из тех, кого присылал на проект доктор Стрелов.

- Можно… играть?

Теоретически, он мог быть и старше меня, я ведь себя помнил всего год, а он – не меньше двух лет, если он действительно живорожденный. Но мы оба чувствовали, кто сильнее, и он предпочел не упрямиться, а подчиниться. Хвалю, хоть это и подхалимаж…

Не озадачивая себя ответом, я бросил ему мяч. Все наши последующие действия заключались в том, чтобы забрать игрушку у противника или удержать ее у себя. Меня интересовал не столько процесс, сколько разговор, его сопровождавший – выяснилось, что Алтай говорит очень неплохо.

- Где сейчас остальные? – я, по идее, должен был это знать, я ведь командир. Но мне не было до них дела.

Зверь первой серии проявил большую информированность:

- Отдыхаят… Двое снаружи, охота. Остальные отдыхаят.

- Кто снаружи?

- Шерхан и Анри.

Против Анри я ничего не имел, но Шерхан – мерзкий. Хуже Лео. Самодовольный и все время пытается смотреть на меня свысока. Послали бы они его к психоаналитику, что ли…

Не меньшей занозой в хвосте был и Юпитер – необычно жирный зверь, формой напоминающий гигантское ядро. Не хочу даже представлять, сколько он жрет! Самое противное, что он знал немало слов и умел огрызаться. По мне так проще было бы без этих двоих.

- Я могу спросить? – задумчиво посмотрел на меня Алтай.

- Спрашивай.

- Кто вы быть больше… человек или зверь?

Ха, а белоснежка – философ! Можно подумать, я сам себя не спрашивал об этом…

- Не знаю, - честно отозвался я, нечестно перехватывая у него мяч.

- Но вы… служить е им?

- Нет. Я не служу. Я с ними работаю. По своей воле – ведь я могу и убежать! Да хоть сейчас: покинул станцию и поплыл, ищи ветра в поле.

Мои слова озадачили его еще больше, он даже забыл, что должен проявлять хотя бы вялый интерес к мячу.

- Вы… не раб?

Ну надо же… А зверь не такой уж и зверь, вон до каких размышлений дошел. Конечно, все его философствования были примитивными, детскими, но это много. Похоже, у Цербера появился конкурент.

- Слушай, Алтай… Я сейчас твое непосредственное начальство, так?

- Что?

Придется выбирать слова попроще.

- Я главный. Ты признаешь это?

Он уверенно кивнул.

- Ты согласен мне подчиняться?

- Да.

- Так вот, я тебя отпускаю, если хочешь, можешь уплывать отсюда. Живи себе в океане, только на людей не нападай, а то поймают и сделают чучело. Что скажешь?

Я говорил совершенно серьезно, и Алтай это чувствовал. Я был готов отпустить его, хоть меня за это и не похвалят. А что они мне сделают? Не убьют, это точно, я им нужен. Так что пусть уплывает.



Юрий Арис

Отредактировано: 03.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться