Первая Ступень

Глава 15. Последние приготовления

Лир ввалился в покои, шатаясь от усталости. Многочасовой военный совет с беснующимся Владыкой во главе — сомнительное удовольствие. Джафаридос выдёргивал из рядов собравшихся то одного, то другого Духа, чтобы наглядно продемонстрировать элементы придуманных наказаний — для Нэйр и тех, кто будет недостаточно ретив в их поимке. Большую часть этих покушений Торану удавалось пресекать, а остальные он с виноватой полуулыбкой перенаправлял на Лира или Арга. Лир не держал на Главного Советника зла. Он понимал, чем руководствуется Торан. Помощники Владыки были крепче других мирастийцев и ценнее в глазах правителя. Им хотя бы не грозила смерть.

Добравшись до покалеченного подоконника, Лир с облегчением опустился на него. Конечно, на диване удобнее, но с него море не видно, да и курить там не следует, — а именно этим Дух и собирался заняться. Что может быть лучше, чем отравить себя дымом после тяжелого дня?

Руки действовали самостоятельно. Нащупали в кармане заветную пачку, аккуратно её извлекли, вытащили сигарету и спрятали упаковку обратно. Правая рука поднесла сигарету к губам, а левая прищёлкнула пальцами, вызывая огонь. Использовать магию для таких низменных целей! Лир чуть было не улыбнулся. Учитель Санро пришёл бы в ярость... но он давно не заходил в гости. Удалившись от дел, учитель посвящал всё своё время изучению и приручению крий, в чём весьма преуспел. Возвращаться могучий Дух не собирался, что было не так уж плохо.

С каким удовольствием Лир увидел бы на престоле настоящего Владыку! Мудрого, доброго, справедливого... или хотя бы просто в своём уме! Он даже мог бы понять тех, кто с надеждой шептался о возвращении Нэйр, — если бы только не видел произведённые ими разрушения.

Лир был тогда ещё ребенком и не понимал, что происходит. Почему на лицах родителей застыло это странное выражение? Как это называется — страх? Тревога? Раньше Лир встревоженным видел отца только раз: когда разбежался по скале, чтобы, прыгнув, научиться летать. Хорошо, что мама — уроженка клана Погонщиков ветра — создала воздушную подушку! Отец тогда долго отчитывал его, а Лир всё никак не мог отвести взгляд от его глаз. На самом дне там ещё плескался страх..

А когда явились Нэйры, испуганными казались все вокруг. Что означала «опасность»? «Угроза»? «Погибель»? За три дня Лир выучил слишком много грустных слов. Ему не пришлось столкнуться с Нэйрами лицом к лицу, и в его детском воображении они рисовались кошмарными чудовищами, в облике которых едва ли что-то напоминало Духов. Потом он узнал, что завоевательницы выглядели обманчиво красиво, но это знание не подготовило его ко встрече с одной из них.

А он-то думал, что его воля крепка, и ненависть сильнее...

Конечно, Лир мог бы сказать в оправдание, что познакомился с Маргаритой до того, как она стала Нэйрой. К людям он, как и другие мирастийцы, относился с уважением и интересом, не как к низшим существам, а как к удивительным творениям природы с загадочной судьбой. Владыка предпочитал не отпускать помощников далеко от себя, поэтому Лир посещал Землю не так часто, как хотел бы. Всё же он нередко сходился с людьми, в том числе и с привлекательными девушками, иногда даже близко. Никто из них не проникал в его сердце так, как Маргарита. Один взгляд на тонкую фигурку, застывшую у перил моста, безвозвратно изменил Лира. Тот вечер, что они провели вдвоём, стал драгоценным воспоминаний, извлекаемым на свет только в особых случаях.

По губам скользнула горько-сладкая улыбка. Похоже, сейчас как раз особый случай...

— Лир?

Этот голос!

Лир развернулся — и остолбенел. Перед ним стояла она. Грустные зелёные глаза смотрели, как всегда, исподлобья. Маргарита немного похудела с их последней встречи и выглядела гораздо старше, чем тогда, на мосту, но это не имело никакого значения, главное, что она здесь, и это...

Кошмарно. Невозможно. Прекрасно.

Лир сделал шаг вперёд. Почувствовал, что руки сами складываются в атакующую позицию, и остановил их.

— Как ты здесь оказалась?

— Меня перенесла Эрга. По указанию Торана.

Как будто это всё объясняло! Торан предан Мирастис до мозга костей, как он мог вступить в сговор с врагами? И Эрга, сестра Владыки, спасшая его жизнь... Разве могла она от него отречься? Странная гостья лжёт. Но откуда ей вообще известны эти имена?

И, если судьба действительно столкнула Маргариту с Тораном, почему Нэйра до сих пор жива?

Должно быть, лицо выдало Лира, поскольку девушка поспешила объяснить:

— Торан заботится о будущем вашей Мирастис. Поэтому и помогает нам. Он считает, Джафаридос — отстой.

С этим высказыванием он не мог не согласиться, но...

— Но это не повод помогать вам! После всего, что вы сделали?

— А что мы сделали? — тут же спросила она.

Лир недоверчиво вгляделся в её лицо. Оно было, как всегда, бледно и спокойно, и так прямодушно — ни тени искусности.

— Будто ты не помнишь, — хмыкнул Дух.

Сердце пронзил изумрудный взгляд — такой же острый и неумолимый, как лезвие её кинжала.

— Что если так? Что если мы ничего не помним — ни я, ни другие девочки?