Первенец

Font size: - +

Глава 7. Новая старая жизнь

Аврелия и мечтать не могла, что Наилий спасет ей жизнь. Нет, когда-то представляла себя попавшей в беду, похищенной злобными инопланетянами и томящейся в плену. И чтобы генерал непременно в белом парадном кителе и за штурвалом серебристого катера примчался спасать. Приземлился прямо на крышу темницы и с одним только посохом раскидал всех врагов, а потом долго смотрел ей в глаза, не в силах оторваться. «Аврелия, свет моей души, – сказал бы он, – Аврелия…»

– Ты будешь травяной отвар?

– Мама, – расстроенно скуксилась она, но кивнула, пододвигая кружку к заварнику.

Куна уже отоспалась перед следующей сменой и теперь рассеянно жевала пшено. Второй день с кислой физиономией ходила, будто не радовалась, что сестра будет жить как нормальная цзы’дарийка. Вечно о себе. Проблемы у неё на работе, наверное, но теперь плевать. Маминого жалования хватит, а дарисса-зазнайка может больше не корчить из себя героиню. Столько пафоса и апломба было, когда бегала эти письма строчить. Бесконечные фонды, службы, отделы, департаменты - весь город на уши поставила, а таблетки прислал Наилий. Надо было дуре сразу догадаться ему написать, но куда ей?

– Я сегодня проверила, жалование уже на счете, – радостно сказать мать, наливая Аврелии отвар и усаживаясь рядом со старшей дочерью, – там больше, чем обычно, дождалась я премии. Раз таблетки есть, то можно потратить немного на себя. Куна, дочка, чего бы тебе хотелось?

Младшая чуть не подавилась отваром и уставилась на мать. Она ласково гладила старшую по плечу и ждала ответ.

– Поизносилась ты, дочка, все в форме, да в форме. Может быть, платье тебе купим?

Стоило чуть разбогатеть, так сразу нужно выбросить деньги на ветер?

– А чем форма плоха? – надула губы младшая. – Она служебная. Порвется – новую выдадут.

Мать обернулась что-то сказать, но Куна перебила.

– Не надо платье. Давайте лучше поедим, я соскучилась по сладостям. Можно сходить в кондитерскую и набрать булочек, пирожных…

– Я на специальном питании, – сморщилась Аврелия и загремела ложкой, гоняя по кружке травинки, попавшие в отвар, – и вообще, мама, почему ты меня не спрашиваешь, что я хочу?

Раз теперь не придется весь день лежать на кровати, то можно в город выйти. Она тоже давно не видела новых платьев. Как можно мечтать о генерале в обносках старшей сестры? Особенно теперь, когда Наилий обратил внимание. Диан-Фор-Два-Грост стоил бешеных денег, не каждой любовнице дарили настолько дорогие подарки. Наверное, фотографию увидел в медицинской карте и влюбился. Точно влюбился. Осталось дождаться, когда позвонит.

– И что ты хочешь? – улыбаясь, спросила мать.

– Новый планшет.

Мать замерла с приоткрытым ртом, а старшая съехидничала:

– Чем плох старый?

– Тем, что он старый, – возмущенно фыркнула Аврелия, – все уже по две-три модели сменили, а я до сих пор хожу с этим. Выход в сеть медленный, экран блеклый, разрешение низкое, динамики хрипят, микрофон слабый, еле ловит. Мы и брали-то его с рук, а теперь Домна свой продает совсем недорого. Мама, ну мне же нужно учиться, а как материалы читать? С лупой?      

Младшая поджала губы и уткнулась в кружку. Как Куне платье – так, чего ты хочешь дочка, а стоило ей что-то попросить – тишина. Несправедливо. Это она болеет и всю жизнь мучается в четырех стенах. Можно сказать, мир видит через экран планшета. И даже в этом отказывают.

– Дорого, дочка, – ласково заговорила мать, – нам нужно откладывать деньги. Таблеток много, но они закончатся…

– И опять ни планшета, ни одежды и пшено три раза в день, – истерично взвизгнула Аврелия, – может проще меня убить и все сразу станут счастливыми?

Экзопротезы заскрипели, когда она попыталась подняться, и колени больно стукнулись о стол. Злость набирала обороты. Мать и сестра никогда не выберутся из нищеты, потому что жить не умеют. Такой шанс, подарок судьбы, надо хватать освободившиеся деньги и выходить на другой уровень. Переезжать в хорошую квартиру, искать престижную работу, а они? Сладости? Отложить на будущее? Кредит надо брать, рисковать. Побеждают только смелые и наглые, а тихони и рохли загибаются в шлакоблочных бараках на окраине рабочего квартала.      

– Мама, давай купим ей планшет, – в середине обличительной речи заявила Куна и Аврелия сразу же примолкла, – а я заберу старый. Мне уже неудобно постоянно занимать терминал в кафе. Почту не проверить, не позвонить никому. И тебе надо что-то простое.

– Я обойдусь, – махнула рукой мать, – ладно, сходим завтра в магазин. Но не слишком дорогой. Поняла, Аврелия?

– Конечно, конечно! – захлопала в ладоши младшая и радостно заерзала на стуле, – но лучше у Домны. Мы и прошлый у неё брали. Ой, Куна, а ты какой номер указала в письме? Тот, что сейчас у меня на Домну зарегистрирован, старый чип в ящике лежит.

Вдруг Наилий проверит номер, а он другой принадлежит? Что если звонить из-за этого передумает?

– Контактный? – застыла в задумчивости Куна, но вспомнила. – Свой написала. А зачем тебе?

У Аврелии рот открылся от удивления. Как свой? Что значит зачем? 

– Ты ополоумела? Я тут сижу, звонка жду с предложением встретиться, а в письме твой номер. Куда Наилий звонить должен? Немедленно исправляй!  

Голова кружилась от очередной истерики и силы кончались. Задохнувшись на полуслове, Аврелия уставилась на старшую сестру и засопела. Дура! Зачем Наилию телефон никчемной, непонятной, безобразной дариссы? Откроет генетическую карту и ужаснется! Это ж надо было додуматься пихать свой номер под рассказом о сестре. Где логика?



Дэлия Мор

Edited: 13.11.2017

Add to Library


Complain