Первенец

Font size: - +

(обновление)

Рабочий кабинет в особняке – еще одно генеральское излишество с музейной мебелью и тяжелыми окнами на шторах вместо легких рулонов светонепроницаемой ткани. В кабинете всегда было пыльно, как не старались виликусы увлажнять воздух и поддерживать чистоту. Наилию казалось, что пыль источало само время, прилипшее узорами потрескавшегося лака к деревянной мебели, и устало свернувшееся складками на тканевой обивке. Когда-нибудь ремонт и до кабинета доберется, а пока Наилий приходил сюда, только если не спалось и хотелось поработать.

Сегодня наоборот сонливость одолевала, но генерал упрямо сидел в неудобном кресле и щурился на планшет воспаленными от недосыпа глазами. Марк снова забыл о разнице во времени между материками. Позвонил среди ночи и рассказал,   

что мальчишка, вьющийся вокруг Куны, все-таки рискнул свободой и возвращался в Равэнну на патрульном катере девятой армии. Чтоб тебя гнароши к столбу привязали, рядовой Амадей! Дурак малолетний! Марк ненавидел соперников. Категорически не выносил, даже если женщину уводили у другого. Готов был всех растерзать. Хотел небо закрыть и у себя Амадея в браслетах оставить, но Наилий попросил выпустить. Сам разберется.

Безопасность доложила, что приняли рядового на аэродроме. Амадей даже не думал сопротивляться. В клетку почти бежал и упрямо твердил, что все спланировал и сделал сам. Верно написано в характеристике: ответственный, старательный, в меру инициативный, сдержанный и корректный. Чудо, а не боец. Сидит себе спокойно в блоке для арестантов, а офицеры во главе с генералом всех демонов бездны по именам перебрали, решая, что с ним делать.  

Рэм отличился первым еще цикл назад. Генерал успел забыть про отданный приказ близко не подпускать Амадея к дому у заброшенного аэродрома, но сказанные слова обратно в глотку не затолкаешь. Исполнительный начальник охраны особняка поднял свои связи в службе внутренних расследований и оформил запрет покидать сектор. Хитро оформил. С выдумкой. Запрет игнорировался поиском в системе и открывался только по номеру генетической карты. Не знаешь, что он есть – не найдешь. А в гражданских транспортных службах по прямому запросу высвечивался. Они работали с отпечатками пальцев, связанными все с тем же номером генетической карты. В итоге свои не видят, служить запрет не мешает. Зато стоит дернуться куда-то улететь и тут же выставлялся непреодолимый заслон. Красиво. Похвалить что ли за это Рэма?

Наилий повесил на ухо гарнитуру и набрал номер капитана. Ответил главный охранник быстро. Сидел и ждал звонка?

- Ваше Превосходство.

- И к какому административному делу ты прикрутил запрет? – спросил Наилий.

Капитан поперхнулся и несколько мгновений прочищал кашлем больное горло. Старый прием. Закашляться можно даже если полностью здоров, а пока собеседник вежливо ждал окончания приступа, появлялось время на обдумывание ответа.

- Нет никакого дела, Ваше Превосходство, - наконец, ответил Рэм. – Есть лазейка в программном обеспечении, позволяющая создавать «пустышки», а к ним вешать запрет. Без номера приказа, срока действия и лишней волокиты.

Феерично. Наилий закрыл глаза и долго улыбался, постукивая пальцами по столу. А нужно было поаплодировать. Обычно запрет на выезд появляется у свидетелей, проходящих по административным делам. Под арест шел обвиняемый, а свидетелей вежливо просили не покидать сектор. Однако когда запрет нарушался, в клетку сажали уже их. Чтобы не бегали по планете и не мешали службе внутренних расследований проводить с ними процессуальные действия. Запрет выдавали на месяц и регулярно продлевали вплоть до заседания военного трибунала, на котором зачитывался приговор. Рэм все это перечеркнул с помощью одной программной ошибки. Амадэй теперь сидел в клетке без номера приказа, срока действия и лишней волокиты.

- Потрясающе, - холодно сказал Наилий. – И сколько теперь его держать под арестом?

- Максимум две недели, Ваше Превосходство. Потом, чтобы продлить арест нужно реальное дело. У меня есть два варианта, где Амадей мог бы пройти свидетелем. В одном драка с участием кадетов из его Училища, а в другом претензии банка к матери пропавшей без вести дариссы Аврелии. Боец дежурил в ту смену, когда мать пришла искать дочь к воротам особняка.

Рэм прохрипел речь до финальных слов и замолчал. Интересный получался выбор. Дело с дракой до трибунала доведут быстро и еще быстрее вынесут приговор, отпустив после него арестованного свидетеля на свободу. А пропавшую без вести сестру Куны могут искать, пока Амадей в клетке не умрет от старости. То что дело гражданское – не помеха. Взаимодействие в таких случаях давно было отработано. Оставалось решить – первое или второе? Ненадолго или навсегда?

- Я понял тебя, - тихо ответил Наилий. – Отбой.            



Дэлия Мор

Edited: 13.11.2017

Add to Library


Complain