Первые из последних. Покорители молний.

Эльфийское обличье. План для людей.

Магия эльфов оставляет неизгладимое эмоциональное впечатление. Пока Мериниэль делал свое дело, я тихо радовалась, что он не мой враг. Но если мы не вернем Веренея – он им станет. Эльфийка из дома бывшей жрицы оказалась стройной, очень худой и очень высокой. Я критически оглядывала себя со всех сторон.

- Главное не вызвать у Датария подозрений. Он не должен обращать на тебя внимание, иначе он быстро все поймет. – заявил в итоге Мериниэль.

- А живых эльфов там не было? – поинтересовалась я. Жалинта – эльфийка, под которую меня замаскировали – была той, кто пробудился, с сохранившимся рассудком. Чтобы сходство было оптимальным, Мериниэль что-то сотворил с моей кожей, и она стала мне казаться змеиной. Казалось, что все тело постоянно чешется, а в некоторых местах появились длинные пугающие шрамы.

- Бедняжка Жалинта умерла своей смертью в юном возрасте. Семья была простая, она осталась бы спящей навсегда, если бы Сусанна не пожалела эльфийку, погибшую от голода.

- От голода? – медленно переспросила я.

- Ну, да. У нее была болезнь девочек. Ну, когда они есть не могут.

Надо же. Эльфийки тоже сидят на диетах. Не от голода она умерла, а от анорексии, наверное.

- Попытайся не встречаться с ней. Когда двойники встречаются – они отдают друг другу свои свойства. Заболеешь, как она.

Ага. И стану эльфийкой. Я молча пошла к себе в комнату. Наступала ночь. Завтра у меня тяжелый, совершенно непостижимый день.

Пока я в печали стояла у окна, ко мне ввалилась Талирисия.

- Ты что, хочешь у Валетисии навсегда поселиться? – без дурных помыслов поинтересовалась я.

- А, надоело все. – поделилась она. – В последний раз, когда мы с семьей были вместе, те, с кем я заключала договор, хотели, чтобы я подсыпала отцу снотворное, а у него были важные переговоры. С тех пор у меня одна цель – побыть подальше от родственников. Не хочется причинять им вред. Но мне так все надоело, я уже не знаю, чего хочу.

- Ну, а как Лайтай?

- Да не нужен он мне. Это папа мне его приволок. Как меня все достало! Возьми меня с собой?

- Куда?

- В дом жрицы. Все знают, что у меня плохие отношения с семьей. Пусть Датарий думает, что я пришла позлорадствовать над мелким.

- Кем? – не поняла я.

- Ну, я про братца своего.

Талирисия уселась на подоконник. Легкомысленный поступок, учитывая, что мы высоко над землей.

- Как я понимаю этого Датария. – заявила она. – Я бы тоже ушла туда, где на меня не будут давить.

- Нет. Он хочет в мой мир. Тебе там не понравится.

- Поэтому ты так хочешь вернуться? – усмехнулась Талирисия.

- С чего ты взяла? – удивилась я.

- Ну, ты могла бы проводить время намного лучше. С мелким или с этим полуантропоморфом.

После ее слов к нам явился «этот полуантропоморф». Талирисия невесело фыркнула и ушла к себе.

- Что у тебя с лицом? – поинтересовалась я.

- А что? – грустно спросил Фредерик. – Нормально все. Я еду на переговоры с антропоморфами у разлома.

- У тебя что, все зубы болят?

- Нормально я себя чувствую. Слушай. Помоги, а?

И он изложил нехитрую гипотезу. До сих пор к людям в этом мире относились очень плохо. Но положение можно восстановить. Он понял это, когда начал путешествовать по заданиям Валетисии. Она уже считала его своей правой рукой и специалистом по переговорам. Ему хотелось сделать жизнь людей другой.

- Мы с тобой можем все изменить. Хорошо бы, конечно, чтобы работу выполнял простой человек. Но ты сама видишь, как здесь все сложно.

Я не спорила. Я была готова помочь. Видеть, как у такого равнодушного человека, как он, появилась цель, было удивительно, и отчего-то было обидно, что он отодвинул изначальную цель на задний план. Но мне показалось, что его план можно воплотить, и игра стоит свеч.

- Я не знаю, сколько у меня времени. – призналась я.

- Любое время ценно. Я прошу тебя вести себя разумно. И не вмешивайся больше в личные отношения с эльфами, ладно?

И он ушел. Я проводила его озадаченным взглядом. Кто бы мог подумать. Тот, чье сердце до сих пор спало, пробудился и взялся за дело.