Первые из последних. Покорители молний.

Жалинта и Вереней. Обмен.

Мы с Талирисией вернулись на свой этаж глубоко за полночь. Эльфийка, как обычно, успела напрочь промокнуть и крупно дрожала всем телом. На фоне Жалинты, оно было пухлое. Я кокетливо поежилась в своем скромном теле, почесав пятку о голень.

- Знаешь, мой братец знает, что я здесь. – сообщила она.

- Почему ты с ним не миришься? – спросила я. – Ты же их любишь.

- Поэтому и не мирюсь. – призналась она. – Когда наша семейка собирается вместе, из-за нас с нами начинают происходить несчастья.

Еще поежившись, она сообщила:

- Я не хочу наводить на них беду. И мне очень хочется уйти навсегда. Если бы было, куда – давно ушла бы.

- Ты собираешься биться с Валетисией, что ли? Вам с Датарием ничего не светит.

- Не знаю я, что я собираюсь делать. Меня всё достало.

Я понимающе кивнула и спросила:

- Хочешь коньяка? Я думаю, что у жрицы есть.

- Хочу, но не буду. У меня важные дела. Вот закончим с семейными проблемами – у меня будет длительный запой с медицинскими последствиями.

Где-то близко раздался звук бьющегося стекла. Мы обе вздрогнули.

- Что это? – испуганно спросила я.

- Датарий меня на свидание позвал. – зарумянившись, сообщила Талирисия. У нее немедленно прошла дрожь. Эльфийка глупо улыбнулась и пошла переодеваться. Звук разбитого стекла шел от ее окна, из-за двери. Датарий по старинке звал девушку методом кидания камешков в окошко.

Я почесала голову и подумала, не пойти ли приставать к Веренею. Он думает, что к нему лезет романтичная Жалинта. Ну, если честно, мне кажется, что как-то так она за ним и бегала. Удобно быть в чужом облике – можно вести себя не так, как обычно. В своем обычном виде я никогда не осмелилась бы высказать свои симпатии.

Но мне не дали заняться личной чужой жизнью. Пока никого не было, явилась жрица. пришлось идти с ней смотреть портал.

Она прятала его в самом непредвиденном месте – в главной зале.

- Ну, ты наглая. – призналась я, разглядывая заслоненную пыльной бархатной портьерой стену из камня. Это был не просто набор кирпичей, а цельный валун, которому придали относительно прямоугольную форму. Из-под валуна шло нежное, едва заметное сияние. Золото.

Жрица виновато развела руками.

Камень был зачарован так, что его нельзя было сдвинуть с места ни одной грозой. Сюда нужно было вести новую колдунью и ораву других магов, накладывавших заклятие на портал. Я посмотрела на сияние и задвинула булыжник портьерой.

- Как ты думаешь, Датарий о нем знает?

Жрица молча покачала головой.

Из коридора раздался шум. Послышались голоса – Талирисии и Датария. Мы со жрицей в панике переглянулись. Действительно, какая неожиданность – хозяева вернулись.

Датарий долгим задумчивым взглядом осмотрел Жалинту. От его проницательного взгляда мне стало не по себе.

- Что здесь происходит? – задал логичный вопрос он. Боже, на моем фоне он такой нормальный и адекватный.

- Зачем ты интересуешься прислугой? – фальшиво пискнула у него из-за спины Талирисия.

- Так. Ничего. Пыль протираю. – плохо соврала я тонким голосом.

- Почему здесь заключенные? – он попытался ткнуть пальцем в жрицу, но та ловко пустила в него шаровую молнию. Эльф с трудом развеял его, и в виде побочного эффекта создал мини-торнадо, который бесконтрольно пошел по дому. Вокруг него образовалась гора поваленных вещей.

- Стой! – взвыл Датарий. Замерли все, кроме торнадо. Эта серая штука принялась кружить вдоль по стене, перешла на потолок и там развеялась, достигнув вытяжки в виде мансардного окна и с легкостью разбив его.

- У тебя в доме жрица. – констатировала Талирисия.

- У меня здесь также твой братец, и покойная дочь высокородных родителей. – огрызнулся он в ответ.

- Это не я! – раздался голос из темного коридора. Из темноты поспешно появилась Жалинта.

- Не понял. – оторопел эльф, с которого немедленно слетела гневливость.

- Это не я! – тонким звенящим голосом повторила эльфийка. – Посмотри же. Это – девчонка из дворца Валетисии.

Мне очень захотелось врезать ненормальной. Это она от обиды. Вереней ее отверг.

Датарий окатил меня подозрительным взглядом.

- Как так? – спросил он. – Как Валетисия могла подвергнуть такой опасности жрицу? Здесь же этот покойный, который, кажется, твой друг.

После этих его слов Жалинта сверкнула очами, а потом села прямо на пол и самозабвенно заплакала. Боже, какие страсти. Надо же так влюбиться. Мне даже стало завидно, у этой покойной в крови кипели страсти.

- Отдай мне Веренея. – выдала она. – Тебе все равно нужен не он, а жрица.

Да уж. Теперь у Датария было целых две жрицы. Причем, одна из них – косорукая, и это я.

- Не. Отдай его мне. – вырвалось у меня.

Наступила тишина. Даже влюбленная перестала реветь, тихо шмыгая носом.

- Чё? – не по-эльфийски переспросил Датарий.

- Ну, ты же хочешь мой дар.

У Талирисии отвисла челюсть. Жрица одобрительно кивнула. Жалинта перестала шмыгать носом. Я не заметила, как она так быстро встала. Но пиналась она очень больно. Пришлось дать ей сдачи. Завязалась неловкая, но интенсивная драка. Эта зараза очень больно тыкала меня своими костями, пиналась и пыталась порвать мои волосы. Пару раз я метнула в нее молнии, и в доме жрицы пошел дождь. Призрачная хозяйка молча испарилась.

Датарий и Талирисия, невинно пострадав, растащили нас. Взлохмаченная Жалинта пинала меня, пока я была в ее облике. Запоздало я вспомнила про предупреждение Мериниэля. Ой-ей, что-то будет.

- Я меняюсь. – сообщил Датарий, с трудом сдерживая Жалинту.