Первый человек

Размер шрифта: - +

Совет мира и восстановление союза

Глава 14

 

Строительство дозорных башен началось на следующий день. Энди проснулась раньше обычного и застала Падифа на краю плато, пополняющим Хранилище снов. Она присела рядом с ним. Мертвое озеро, распластавшееся внизу, почему-то не вызвало у нее привычного страха, даже наоборот – ей понравилась его черная блестящая поверхность…

Падиф открыл глаза и внимательно на нее посмотрел.

– Хотел бы я знать, что скрывается в темноте твоей памяти… – таинственно подумал он.

– Не стоит, – качнула головой она.

– Почему?

Сознание Энди застыло. Она медленно повернула лицо к Падифу. Он никогда раньше не интересовался ее прошлым. Он только говорил, что не видит его. Его любопытство заставило девушку подумать больше, чем пытался передать ей Падиф.

– То, что было в моем прошлом не годится для этого мира.

– Почему? – Падиф не отставал. Она нахмурилась: как будто они с таленом поменялись местами – он спрашивал, а она не хотела отвечать.

– Там слишком много… жестокости, – нехотя подумала она.

– Здесь тоже много жестокости, – разбил ее оправдание Падиф.

– Но… – начала она и вдруг прервалась.

Собственно, а чем жестокость ее мира отличается от зла внутри этого? Если только масштабами, но для таленов жестокость войны была страшнее, чем вымирание континентов.

Падиф поднялся на ноги, будто позабыв тему их короткой беседы.

– Ладно, пошли уже к первому пункту… Кстати, как мы их назовем?

– Кого?

– Башни! Имя – это образ в физической действительности – оно должно быть подходящим!

– Как сентиментально, Падиф! – не сдержалась она.

– Хорошо. Тогда я буду называть тебя «Эй ты!» – договорились? – резко, но играючи, оппонировал ревен.

Энди нахмурилась.

– Назовем их… Пунктами опоры, Тревирос Рамази, – выдала она.

Решено было начать строительство с башен, располагающихся по периметру вокруг Приюта. За весь день Энди и Падиф объездили порядка восьми строек, не успев добраться до самых отдаленных на юге и юге-востоке. Везде талены встречали ее серьезно – она только удивлялась, как быстро они скоординировали свою работу. В Кейп-Тире на это потребовались бы дни и дни бумажной работы, согласований, поисков…

Талены работали друг с другом, как единое сознание: недовольство одного становилось проблемой всех, потому и успех мог быть только общим. Они не подчинялись никому – и в то же время зависели друг от друга. Ее они воспринимали так же, как себя: у одной из башен у окраин скал Энди сама приняла участие в строительстве. Для возведения фундамента там нужно было перенести и облицовать камни. Леканы, работающие там, не справлялись. Она чувствовала, как они устали. Поэтому решила испробовать те силы, которые подарило ей озеро Салиест Темпела. У нее легко получилось сдвинуть камни и придать им нужную форму. Ранее она бы слегла на две недели, попробуй сделать это.

– Падиф, а как же быть с Нариньей и Танхетом? С Лераном? – спросила она, когда вечером они вернулись на Предзакатную ступень, – Как же они примут меня?

– Завязать им рты, – отшутился Падиф, но, встретив серьезный взгляд подруги, собрался, – Наринья не проявляет способностей. Танхет уже знает, что случилось на Салиест Темпела. Теперь он не может и дальше противиться тому, что ты – истинный вален. Как он поступит дальше – это мне не ведомо. Но скорее всего он все равно тебя не примет, но это не должно тебя смущать или останавливать. Леран же уже поддержал тебя.

– Но что же будет с Нариньей?

– Наринья отлично обучена и сильная тален. Поэтому она перейдет в тот же отряд, где состою и я, – подняв брови, покачал головой юноша.

– Ведь ей ничего не будет плохого из-за того, что она не соответствует планам правителя?

– Ох, Энди, конечно, нет! – засмеялся Падиф, – Зато нашей группе мощное подкрепление, тем более верное руководителю! – воскликнул он мысленно.

После случая со строительством фундамента она обращала на себя внимание, как солнце ночью. Талены в крепости глядели на нее неотрывно. Они просто не могли поверить в то, что перед ними настоящая вален. Они сомневались так же, как сомневался бы житель Кейп-Тира, если бы ему предоставили доказательство существования вампиров.

Через пару дней случилось то, что, по словам Падифа, должно было случиться. Энди призвали к участию в совете леранов и ревенов в Приюте. Теперь в Приюте появились кузницы, конюшни, оружейные, кухни. Вдоль стен ютились маленькие жилища. Это была не просто крепость – маленький городок, временный дом. Здесь было все, кроме лугов, чтобы выращивать овощи.

Совет проходил внутри башни. Когда она зашла внутрь, то попала в звездное небо. Приглядевшись, девушка поняла, что стены были покрыты серебром. Невольный возглас восхищения и удивления вырвался из ее легких. Солнечный свет, проникая сквозь окна, холодел в отблесках металла, загустевал.

Падиф, немного пройдя вперед, позвал ее двигаться дальше. Холл был пуст: ни предметов, ни людей, только деревянная винтовая лестница в дальнем конце. Здесь даже не было дверей: единственный путь отступления, который оставили себе талены, – по верхним мостам, вдоль них на внешнюю стену. Но если враги загонят защитников крепости в башню, то тогда последним будет уже некуда отступать, потому как стена будет сломлена. Девушка сглотнула и поняла, что строители рассматривают свою судьбу здесь однозначно: либо победа, либо смерть.

Следующие три этажа были уставлены всякой утварью – но людей там тоже не было. С четвертого этажа отходили мосты, поэтому все стены просвечивали проходами, свободными от дверей. Сквозь них она разглядела снующих по стене людей и Инскримен: далекая равнина, преломляемая редким деревом, пик горы Ревен, серое, отливающее зеленым полотно Хафиса.



Наталья Блинникова

Отредактировано: 08.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться