Первый глоток

Размер шрифта: - +

Глава 20

Внезапное появление катера у дома ведуньи осталось неоцененным – Олег снял маскировку не раньше, чем убедился в отсутствии посторонних глаз.

– Придется садиться в лужу.

– Я тебе сяду! – пригрозил Глеб. – Включай подушку.

– Марат разворчится.

– Марата я беру на себя, – сказал Глеб. Прижимистость энергетика успела войти в поговорку. Как, впрочем, и его мастерство. – Включай!

Флаер замер, едва не касаясь травы. На раскисшую от дождя поляну Настя спрыгнула первой. Прикрыв рот рукой, зевнула – вчера она долго не могла уснуть. За окном всплыли над дорожками, отсияли и пригасли на ночь шары-светильники; грянул, насытил водою землю и убрался в сторону холмов дождь – сон выжидал. Он пришел под утро, захватив и большую часть рассветной поры…

За окном было серо и мокро. Вычищенная одежда приятно холодила кожу. От ткани шел приятный, незнакомый Насте аромат. Наскоро причесавшись, юная ведунья подхватила с тумбы наушник транслятора и выскочила в коридор.

Налево? Направо?

Налево был вход, кажется. А столовая?

Настя свернула направо. Зеленоватые стены и светлые панели дверей поражали как чистотой, так и безликостью. На втором шаге выданные вечером шлепанцы слетели с ног.

 – Демоны вас побери!

Похоже, тапки вняли совету, а может, носить их следовало иначе – после третьей остановки Настя огляделась, подняла беглянок и дальше пошлепала босиком.

Поворот направо – тупик. Возвращение. Новый поворот.

Куда она идет? Не по гармошке ли в секцию?

Одна из дверей с тихим шуршанием уползла в стену, и в коридор вышел невысокий плотный человек.

«Роман», – пряча тапки за спину, припомнила Настя имя Кириллова собеседника.

Ни удивления, ни интереса. Землянин пожелал гостье доброго утра, посоветовал поторопиться на завтрак и зашагал прочь. Настя хотела окликнуть – изо рта вырвался жалобный писк. Роман остановился. Краснея от смущения и досады, юная ведунья призналась, что запуталась в переходах и одинаковых дверях.

– Запуталась она! Олега бы дождалась – не запуталась. И как ты, позволь спросить, дверь одолела?

– Дверь? Та-ак… так Олег же вчера выходил. Я видела. Мне просто поесть захотелось. А разве нельзя?

– Захотелось ей! Видела она!

Из-за угла вывернул еще один Настин знакомый – тощий, бледный и долговязый.

– А вот и стихийное бедствие грядет, – с откровенным злорадством пробормотал Роман и в полный голос продолжил: – Младший пилот Коршун!

Парень, чей вид смотрелся карикатурой к звучной фамилии, втянул голову в плечи:

– Да, Роман Эдгарович?

– Отведи гостью в столовую.

– Почему я? Всегда я! Олег вчера…

– Олег вчера, а ты сегодня. Давай, Валерочка, не упрямься.

– Я с дежурства!

– Вы меня слышали, младший пилот? – Роман повысил голос, и Коршун сник. – Отведете гостью в столовую, после чего можете идти спать. Выполняйте!

Эксперт удалился, не оглядываясь.

– Пошли, что ли, – сказал младший пилот и побрел по коридору назад, к повороту – откуда так недавно и так не вовремя вывернул.

Босые ноги спутницы звонко шлепали по полу – проводник не слышал. Брел, понурившись, то и дело прикрывая рукой очередной зевок. Насте стало неловко. Устал человек, а тут гостей провожать заставляют.

Может, расшевелить?

 Два-три брошенных на удачу вопроса, немного лести и недавний выпускник астронавигационного училища или, как услужливо перевел транслятор, «ученик школы звездных проводников» ожил. Спина распрямилась, заблестели глаза, руки с неутомимостью птичьих крыльев, раз за разом рассекали воздух. Забыв, кто перед ним, Коршун вещал о полетах на челноке, сыпал терминами, вворачивал жаргонные словечки. Транслятор переводил, как мог. Суть рассказа ускользала, но вид проводника развлекал. Настя, улыбаясь, кивала. Валере, похоже, большего не требовалось. Его слушали! И он говорил. Цель похода осталась за спиной – пришлось возвращаться.

После тесноты коридора, столовая показалась просторной. Или дело было в отсутствии посетителей? Стену напротив входа занимало панно: речка с каменистым дном, покрытые лесом берега, холмы на горизонте. Стоило задержать взгляд, по камням, клокоча и пенясь, потекла вода, над холмами заклубилась сизая хмарь.

– Никак ведунья пожаловала? – раздался от окна женский голос. – А я думала, у местных принято рано вставать.

Рокот воды оборвался, река замерла. Недалеко от входа сидела Ксана-Оксана. Словно нарочно притаилась в углу! Блондинка улыбалась странной, приторно-гадостной улыбкой.

 «Тапки!» – спохватилась Настя.



Елена Евдокимова

Отредактировано: 29.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться